Денис Драгунский «Жизнь Дениса Кораблёва. Филфак и вокруг: автобиороман с пояснениями»
Эта книга — продолжение бестселлера “Подлинная жизнь Дениса Кораблёва”. Там дело кончается поступлением в Университет на отделение классической филологии. Здесь — всё, что случилось потом: легендарные преподаватели, друзья-однокурсники, стройотряд и “картошка”, латынь и греческий, библиотеки и византийские манускрипты, вечеринки и, конечно, романы, влюбленности и измены. Предельно (а чаще всего — беспредельно) искренний рассказ о себе.
Даже если бы я дружил с волшебниками — я уже не хочу отыгрывать назад, как порой мечтал в юности. Не хочу, чтоб Кира вернула мне любовь, а товарищ Протопопов — характеристику для поступления в аспирантуру. Потому тогда у меня получилась бы совсем другая жизнь. Не моя, а вот этого мальчика двадцати трех лет — продленная до семидесяти пяти. Спасибо, не надо.
Действие автобиоромана происходит в незапамятные 1960–1970-е годы, поэтому каждую часть сопровождает словарь с пояснениями, что такое авоська, агитплакат, блат, жучок, толкач — и прочее и прочее.
2025 г.
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
kandid, 6 марта 2026 г.
У книги должен быть другой заголовок: «Страдания юного Дениса Вертера, или Какой же я был молодой и метущийся подонок».
Автор упоенно описывает, как «менял я женщин, как перчатки» и всех мучал, и сам мучался. Как поссорился с отцом перед его смертью из-за своей жены-стервы, с которой все равно скоро развелся, а перед отцом уже поздно было извиняться... И так во всем. Сейчас же пожилой автор решил показать общественности свое грязное белье: смотрите все, какой я был засранец! 😵💫
Единственное, что симпатично в этой книжке — остроумный словарик реалий советской жизни.
prouste, 3 марта 2026 г.
Ожидаемо приятные мемуары. Цветущая студенческая юность, в которой штудии сочетаются с пьянками и ( обильными) интрижками. Есть что вспомнить и рассказчик квалифицированный. Безоговорочно понравились мини очерки о преподавателях ( о каждом что то забавное, анекдотичное, но со вкусом). Применительно к своим эротическим подвигам вполне себе рефлексивный психоанализ: все идет от матери, плюс жена травмировала и аукнулось это всем другим его подружкам. И юношеская психология и переосмысления на склоне лет совершенно понятны и убедительны, какие то ситуации универсальны и примеряемы на собственный опыт. Драгунский как самостоятельный автор даже не второго десятка, а мемуарист славный.