Олег Волховский «Царь нигилистов. Книга 7»

Добротный исторический роман для медитативного чтения, действия которого развиваются почти в темпе реального времени. Он публикуется уже пятый год, а до сих пор не понятно, сможет ли главный герой (юный великий князь Александр Александрович, в чью плоть попал адвокат из XXI века) стать царём, как то было в реальной жизни. Во всяком случае, он к этому не стремится -- наоборот, одержим гуматистической идеей спасти старшего брата Никсу и изобрести лекарство от туберкулёза. Незнакомство героя в мире XXI века с медициной и фармацевтикой добавляет интриги: ему приходится продвигаться методом проб и ошибок, как и героям ретрофутиристических романов Жюля Верна и Марка Твена, с довольно наивной, ни искренней верой, что прогресс науки и техники не только повышает качество жизни, но и смягачет общественные нравы. Рекомендуется любителям достоверно описанных заклёпок на мундирах и последовательности поклонов у старобрядцев-миллионщиков на Рогожском. Можно утешаться неспешным повествованием, пытаясь отвлечься от современного мира безумных войн. Спасибо автору, который отказался нормализовать ненормальное.

Седьмой том продолжает ту же линию, что и предыдущие книги цикла: история движется не через крупные переломы, а через постепенные изменения, проекты и бодание идей с реальностью XIX века.

На этом этапе повествованиепо-прежнему распадается на несколько параллельных направлений. Внутри империи продолжаются эксперименты и реформаторские инициативы героя, а вокруг постепенно расширяется поле его влияния. Появляются международные сюжеты — например, история с Аляской. Параллельно идут более «бытовые» для цикла эпизоды: научные и технические идеи, культурная жизнь.

По ощущению это один из самых «спокойных» томов серии. Здесь меньше резких конфликтов и больше процесса: обсуждений, планов, административных решений, мелких побед и сопротивления среды. Цикл вообще строится как хроника альтернативной модернизации империи, и в седьмой книге этот хроникальный характер особенно заметен.

При этом сохраняется главная особенность серии — сочетание прогрессорских идей с реальной исторической обстановкой. Даже относительно простые инициативы героя требуют сложной дипломатии, согласования и осторожности, потому что любое нововведение упирается в привычки эпохи и интересы разных групп.

В итоге седьмой том читается скорее как очередной этап большой исторической партии, чем как самостоятельная драматическая история. Он продолжает расширять созданную автором альтернативную реальность и готовит почву для дальнейших событий цикла. Автор, когда уже будем крестьян освобождать? :))