Кен Джаворовски «Куда мы денем тело?»

В какой-то мере эта книга напоминает первый роман Джаворовски — «Грехи маленького городка». Вновь захолустный городок и персонажи, всеми силами пытающиеся свести концы с концами. Мы видим их сиюминутные беды и радости, их стремление поменьше общаться со всякими неприятными типами, коих в городке предостаточно. И стремление успеть еще что-то сделать в своей жизни. Порой им приходится собирать всю волю в кулак и действовать буквально на пределе своих возможностей, а то и переступать через себя.

Двоих персонажей мы застаем в момент каких-то очень серьезных испытаний, а третья героиня вроде бы пытается планово изменить свою жизнь, когда с ней тоже происходит чрезвычайное происшествие, которое становится для нее очень серьезным вызовом.

Эти три сюжетные линии разворачиваются одновременно и периодически пересекаются. И тогда герои предстают перед читателем не только через собственный поток сознания, написанный от первого лица, но еще и через восприятие друг друга.

Однако эта книга покороче первой и пожалуй как бы охватывает не столь глобальный и не столь душераздирающий спектр проблем.

Один из персонажей —Рид, юноша с особенностями — поток сознания которого, естественно, довольно своеобразен и в чем-то похож на детский. Вот только жизненного опыта и наблюдательности у него уже гораздо больше, чем у ребенка.

И лишь буквально в последней главе мы выясняем, что же такого произошло с Ридом, после чего тот приобрел в городке столь печальную славу. И после чего ему не остается ничего другого как героически согласиться на предложение брата и перебраться в заведение для людей с проблемами.

Сильное впечатление производит рассказ о том, как в юности Клара спонтанно съездила в Нью Йорк. Причем этот порыв возник у ее одноклассника в разгаре некой вечеринки просто как тема для споров, но в итоге все это вылилось в незабываемое для подростков приключение.

Ну, и маленькая деталь: в оригинальном названии используется не слово «тело», а слово «bodies» — «тела», т..е. форма множественного числа. Потому что в каждой из трех сюжетных линий имеется свое собственное тело, и в этом заключается некая довольно грустная ирония этого романа.