Катя Качур «Копия Веры»
После аварии Вера Петровна застревает между жизнью и смертью. Её сын Павлик — художник-копиист с мистическим даром — отчаянно пытается вернуть мать, собирая осколки её памяти из старых фотографий и картин. Но женщина, которая очнулась после комы, — не та Вера, что он знал. Она впадает в детство, говорит чужими словами, боится зеркал. И чем глубже Павлик погружается в прошлое, тем страшнее становятся вопросы: кто его мать на самом деле? Где граница между подлинником и подделкой — в искусстве, в памяти, в человеческой душе?
А в это время маленькая Поленька пугает своего деда, знаменитого эксперта-живописца Архипа Мустакаса, называя его забытым прозвищем из молодости. Девочка пишет портреты людей, которых никогда не видела. Её мучат чужие воспоминания. И однажды она рисует женщину, которую отчаянно ищет по всей Москве незнакомый ей человек по имени Павлик...
Две истории. Два художника. Одна жизнь на двоих.
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
kagury, 23 июня 2026 г.
Мое знакомство с этой писательницей началось с «Любимчика Эпохи». Книга оставила ощущение хорошо написанного сценария для сериала – эдакий page-turner, который читается, как семечки, но оставляет неприятное чувство впустую потраченного времени. Стиль и манера письма (включая эффектные метафоры) мне скорее понравились, но общее впечатление осталось отрицательным, так что я не планировала дальше ничего у нее читать.
Однако «Копия Веры» (название здесь столь же неоднозначно, как и в «Любимчике») обещала рассказ о художниках, теме, которую я люблю, ну и почему бы не дать второй шанс писателю.
Я начала ее слушать, и с трудом заставила себя оторваться где-то на середине. Отчасти это опять «сериальная проза», но теперь с явным слоем мистики, который определенно делает ее глубже и интереснее.
О чем книга?
Скромная девушка Вера из текстильного техникума выходит замуж за художника Архипа (трудно отделаться от ассоциаций с Куинджи в плане имени, но вряд ли автор вкладывал этот смысл). Отчасти это происходит случайно, со стороны юноши чуть ли не по приколу, особой любви с его стороны нет, но зато у девушки возникает беременность и обнаруживается квартира в Москве. Последняя все и решает. Рождается ребенок — Павлик, увы, с большими физическими проблемами, и быт родителей (в основном мамы, разумеется) превращается в ад.
Часть книги посвящена взрослению мальчика, который несмотря на прикованность к инвалидной коляске оказался весьма неглуп, а кроме того – проявил значительный талант к рисованию. Талант на грани чего-то невероятного. Настолько, что папа-художник испытал к нему сначала некоторый интерес (до того Павлик был для него просто мебель), а потом, наверное, зависть. Это такой душещипательный и «сериальный» слой, жалкий мальчик, несчастная мама, папа – не выдержавший больного ребенка, благородный друг семьи Веня (тоже художник)…
Другая ее сторона – полумистическая. Вера уже в зрелом возрасте (она владелица хорошего ателье, и вообще жизнь явно наладилась), попадает в аварию и оказывается рядом с девушкой, которая вот-вот должна родить ребенка, и тоже полумертвой. В итоге все остались живы, вот только Вера впадает в странное состояние: то ли внезапная деменция, то ли погружение в детство, в котором она постепенно проходит этапы от младенца до подростка, одновременно дряхлея. А совсем в другой семье растет девочка, которая временами ведет себя совершенно как взрослая. Ежу понятно, что момент встречи с беременной женщиной в минуту их близости к смерти повлиял на Веру и девочку, но эта линия все равно будет упорно и монотонно развиваться.
🛑 Спойлер:
вот очень не люблю максиму — жихнь ребенка дороже жизни взрослого. Не согласна абсолютно, и надеялась на что-то получше, но здесь увы, эта банальность торжествует.
Где-то промеж всех этих историй – нам расскажут про взросление Павлика и про уникальные события в его жизни (и снова привет мистике – происходящее с ним часто за гранью обычного мира), добавят немного живописи и запаха мастерской художника, отдельной линией будет влюбленность Павлика в портрет Веры Мамонтовой кисти Васнецова (Девушка с кленовой веткой), его талант копииста и способность… (впрочем, пусть останется пока тайной). А еще всплывут вопросы крови (помните, у Булгакова: «вопросы крови – самые сложные вопросы в мире»).
Примерно все упомянутое происходит в первой половине, которая написана очень неплохо. Мне даже подумалось где-то в середине, что эта книга на голову выше «Любимчика». Многозначность словосочетания «копия Веры» обыграна отлично и со всех сторон. Включая веру – как чувство. Впрочем, именно этот смысл лишь мелькнул, а жаль.
И если бы писательница удержала планку, и не пустилась бы в бесконечное пережевывание семейных тайн и довольно нелепой истории с продажей картины (хотя афера Дениса была красива, чего уж там), то, наверное, я могла бы книгу похвалить. Но увы. Вторая половина почти полностью отдана семейным взаимоотношениям, старательно переплетенным друг с другом, и от того снова появляется неприятный привкус сериальности. К тому же, все важное уже сказано в первой половине, так что чем ближе к концу, тем больше книга разочаровывает, потому что давно уже со всеми все понятно.
Разве что сбывшееся желание «висеть в Лувре» — было эффектной метафорой.
Так стоит ли читать? Если вам понравился какой-нибудь из романов Кати Качур, конечно. Понравится и этот. У нее бойкое перо. Если надо что-то такое, чтобы увлечься и отвлечься – это также годится. Первая половина читается взахлеб, да и вторая проглатывается по инерции с той же скоростью. В этом отказать автору точно нельзя. Но вот неумение вовремя остановиться, некоторая избыточность событий и отношений – к концу становится утомительной. И портит общее впечатление и послевкусие.