Ирина Полянская «Прохождение тени»

Дни затмения

Девочка родилась за колючей проволокой. Ее отец был талантливым ученым и работал, после немецкого плена в «шарашке», крепил обороноспособность страны, создавал атомную бомбу. Это называлась «Третья зона». Были еще Первая, где сидели зеки, строившие этот социалистический рай со снабжением как в спецраспределителе (отличным. по высшей категории, если вы не застали Союз) для ученых с Третьей и начальства со Второй. В детстве другой жизни она не знала. Только громадные таежные деревья, не по-советски уютный коттедж, красавица мама, умный папа, колючая проволока по периметру, вышки по углам. На вышке, куда взял ее показать мир сверху охранник дядя Коля, у нее открылся абсолютный слух.

Ей было пять, когда ее украла эта женщина, папина любовница. Она работала у него лаборанткой, была психически неуравновешенной и чем-то таким в последнее время угрожала. Потому, когда жена прибежала на работу в истоерике — дочка пропала, он знал, где искать. А женщина привела девочку в какую-то хибару к сварливому алкашу, завела в маленькую комнатку,где ничего, кроме табуретки и веника не было, сунула в руки чулок, набитый луковицами — вот тебе, играй и вышла из комнаты.. Девочка принялась обустраиваться в этом новом пространстве, поставила веник посреди чулана — стало дерево, перебирала луковицы в чулке — всю жизнь после при виде лука вспоминала тот случай. Когда пришли милиционеры и женщина начала кричать, что это ее дочь, а они спросили: «Кто твоя мама?», девочка ответила: «Моя мама- вот эта тетя».

Эта женщина после покончила с собой, бросилась под поезд. Под поездом погиб и мамин возлюбленный, за которого она собиралась замуж, когда папа оставил ее, уехал в Москву, еще до войны. Мама оставила его, этого Андрея, когда пришло известие, что отец нашелся, работает на той самой Третьей зоне и зовет ее воссоединиться. Эксцентричный талантливый ученый, красавица, их несчастливая семейная жизнь омраченная тенью двух смертей. Их дочь с абсолютным слухом. В том числе на фальшь.

Девушка поступает в музучилище. Концертирующей пианистки из нее не выйдет, но благодаря слуху попадает в группу с четырьмя слепыми музыкантами. Единственная зрячая, единственная девушка, единственная русская — это Владикавказ, и в училище поступают одаренные музыканты кавказских национальностей. Она, упрямица из Самары, зачем-то выбрала этот неближний регион. И стала поводырем четырех слепцов.

Ирина Полянская (1958-2004) писала в 90-х, как пишут сейчас. Объясню: у всякого времени есть некая стилистическая направляющая, по которой, независимо от уровня одаренности автора, человек начитанный может определить плюс-минус десятилетие. Магистральные темы, особенности лексики, способ подачи — трудно объяснить, но определяется скоро. Вот Полянская в этой вещи, дошедшей до финала Русского Букера в 1998, пишет как наши лучшие сегодняшние и такие разные Васякина, Богданова, Некрасова Странно современная проза.

Внешняя бессюжетность, фрагментарность, постмодернистская ненадежность рассказчика, к тому же меняющего первое лицо на третье — все это делает «Прохождение тени» не самым легким чтением. Но книга стоит того, чтобы приложить усилия к расшифровке ее кода.