Лоренс Стерн «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена»

Потрясающе. Мыслесмещающе. Чувстворазбирательно. Умопитающе. Сердцераскрывающе. Чудесная книга, всем рекомендую!

«Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» произвёл на меня впечатление, и не одно. Остроумная, задорная, чудесная вещь, полная души и живого дыхания жизни.

На мой взгляд, самый близкий по духу и принципам текст — истории о Ходже Насреддине. Оба вскрывают косность чисто умозрительного логического мышления, однако если Ходжа делает так посредством парадоксов и лаконичных, кратких историй о соседях, муллах, сварливых жёнах, веревках, на которых сушат муку и тому подобного, то Лоренс Стерн и его герой-рассказчик Тристрам Шенди рвут логику посредством чувств. Чёрт, я опять отвлёкся...Вместе с основным сюжетом книга полна ответвлений, живой и неумолкающий рассказчик перескакивает с одного предмета на другой легко и непринуждённо, он рождается только в третьей книге...но давайте всё же расскажем, о чём вообще «Жизнь и мнения Тристрама Шенди», со второй попытки.

Она о семье Шенди о вспыльчивом и философски настроенном отце и простом и душевном дяде главного героя, она о его матери, которая всегда поддакивает мужу, но в итоге всё получается по её желанию, она о путешествии по Франции, о том, как бедный Тристрам получил самое ужасное имя, которое можно только себе представить, о носах и том огромном и недооценённом влиянии, которое длина носа (именно носа — это важно, под носом тут не скрывается ничего непристойного, нос — совсем не то, о чём вы подумали!) имеет на жизнь мужчины и особенно на отношение женщин к нему, о войне и почему дяде Тоби не хватает войны. о лукавой вдовушке Уодмэн и как она всеми правдами и неправдами пытается выйти замуж за дядю Тоби, о ...... (тут мы тактично промолчим). Вы, наверное, уже поняли, что язык книги соответствует эпохе: он богатый, сочный, иногда витиеватый, с длинными красивыми фразами, и в то же время полностью лишён праздного, натужного, лишнего пустословия, напыщенной заумности, а также ненужной чернухи, хотя эротики тут тоже хватает. Готовьтесь к длинным захватывающим предложениям, к ярким и немного абсурдным с точки зрения логики диалогам, и к одному из самых жизненных текстов в английской классике.

Я опять отвлёкся...Третья попытка (ещё будут, не отчаивайтесь). Чем меня восхитила эта книга: её поначалу не понимаешь, и всё равно хочется читать дальше! Автор хитрит, отвлекается, перебивает себя самого и читателя, обращается прямо к вам, уважаемые, перескакивает с семейных хроник на политику, с политики на ...., с .... на **** — а интерес только растёт. Постепенно, шаг за шагом, перед глазами оживают картинки душевной и непростой сельской жизни Англии того времени. Весёлые эпизоды и разговоры вроде бы ни о чём, но на самом деле — о самом важном, трогательные сцены отношений между капралом Тримом и дядей Тоби сменяются семейными судами, грустными историями о войне, разнообразными несчастьями и бедами, которые переживает Тристрам. Автор строит интригу на том, что в каждой сцене искусно примешана доза непонимания, почти таинственности — как раз такая, чтобы удержать внимание.

Это уже четвертая попытка рассказать, о чём эта книга. Итак, рассказчик начинает свой жизненный путь с неудачного зачатия, которое длится первые два или три тома — с разнообразными отступлениями, разумеется. Шаг за шагом он собирает образ своей семьи, но не прямо, через одну сюжетную арку, а через детали быта, разнообразные совместные ритуалы, описывает их хобби, время от времени вставляет различные истории о войне, о судебных делах, о жизни Англии того времени, о писательском ремесле, ой, я об этом уже писал выше, но неважно. Развязки в привычном смысле слова тут нет, но есть развитие, которое больше напоминает реку, чем классическую арку. Сначала строй книги непривычен, потом дико раздражает, почти ничего не понятно, а потом...потом происходит чудо. Логика сдаёт свои позиции и ей на смену приходят интуиция и живой, даже животный интерес к происходящему. Тристрам Шенди лечит душу — он пробуждает любопытство, любознательность, ту самую жажду нового, которую мы часто глушим дешёвым фастфудом современной жизни.

С пятой попытки мы разберём произведение более рационально. Автор живо и с неподдельной душевностью и доброжелательностью рассказывает обо всём на свете, частично на основании своей жизни, частично — на основании выдумок. Он часто меняет темы, но всегда возвращается к семейным историям. Интерес книга удерживает не сюжетом, а, скорее, этакой доброй, жизненной недосказанностью каждого отдельного эпизода. Присутствуют многочисленные пародии на учёные диспуты (очень много отсылок на античных философов), реалии того времени (пародии на путеводители по Франции того времени), ехидная сатира на политику в лучшем английском духе. Поначалу отсутствие привычных сюжетных арок непривычно и даже раздражает, но его уравновешивает теплое чувство живости и если вы откроете душу этому тексту, оно в итоге победит.

Возможно, я опять выразился не совсем понятно. Дело в том, что вопрос «о чём эта книга», кмк, на самом деле часто значит: «какой там сюжет». Я категорически не соглашусь с утверждениями, что его нет — он очень даже есть, только это не «развитие последовательности событий» (боже, какое канцеляритное выражение!), а «развитие отношений». При всех многочисленных отступлениях, автор всегда возвращается к истории «своей» семьи и отношений с друзьями, знакомыми и общиной. Тут он очень даже чёткий и британский. Повторюсь: непривычно для нас то, что интерес он удерживает не лихо закрученной драмой, а, скорее, осмысленным нарушением классических канонов.

Возможно, уважаемый читатель, вы спросите — раз такая замечательная книга, почему так много негативных отзывов? Не обращаясь ни к кому конкретно, я выскажусь в несколько полемическом духе. Я думаю, что дело тут — в читательских ожиданиях. Мы ждём детектив или британскую семейную сагу в средневековом антураже, а получаем текст, довольно авантгардный даже по современным меркам. Мы ждём британской чопорности, а получаем довольно чувственный, сентиментальный и интимный, даже кринжовый рассказ. Мы ждём простоты и примитивности от книги, которую писали в том далёком веке, а получаем текст, пропитанный ссылками на современных автору философов, полный медицинской теории того времени (весьма интересной и похожей кое в чём на ТКМ) и другими познаниями, причём автор не стыдится тыкать читателя пальцем в его невежество.

Да, поначалу книга может показаться скучной, этаким памятником старины, ветхим и ненужным в наше время. Но если вы пройдете эту фазу, случится чудо. Я думаю, этот роман — вообще не роман, и даже не книга в современном понимании. Он не рассказывает историю от имени авторского эго, а побуждает к дискуссии, мыслям и фантазии, он по духу близок притчам, средневековой европейской литературе с её яркими образами и восточноазиатской с её любовью к недосказанности. Более того, я уверен, что автор предназначал её, в первую очередь, для чтения вслух. Я живо себе представляю, как компания джентльменов собиралась долгими зимними, весенними, летними и осенними вечерами, и наслаждалась бесподобным юмором и сокрушительными конструкциями, которые так не вяжутся с британским здравым смыслом, но так живы, так душевны! И в ответ на провокации Стерна придумывала свои истории, возможно, ещё более абсурдные и вызывающие. Кстати, в романе полно легко завуалированной эротики без капельки порнографии и чернухи. И, ещё один шаг вперёд — она просто кладезь для других писателей и просто рассказчиков, она пробуждает интуицию и любовь к слову, она сносит преграды, которые строят нам наши собственные страхи. Стерн — почти недосягаемый пример того, как писать и говорить без инфодампинга, без лишних объяснений, без натужных красивостей и спецэффектов. Возможно, автор, фундаментально образованный и активный в политике, предчувствовал Просвещение с его рационализмом, и противопоставил ему книгу, полную живого, почти языческого чувства. Его биография вполне соответствует этой мысли. И я закрывал томик с лёгкой грустью от мысли, что с ушедшим Средневековьем, вместе со всеми впечатляющими победами человеческого разума, мы потеряли часть души и непосредственности. Точнее, отложили куда-то далеко, и книга Стерна — настоящий мост через рациональное.

Теперь о том, что мне не понравилось. Если принять авторские замыслы — вроде многочисленных отступлений, провокаций и всяких необычных приёмов вроде пустых страниц — как данное и оценивать произведение в его собственной координатной сетке, то в книге больше «мнений», чем «жизни». Относительно больше места занимают различные суждения Тристрама Шенди по многим предметам, чем его собственная история. Часть из этих суждений касается неизвестных нам реалий или различных древних философов, в которых трудно разобраться без сносок, и даже со сносками я не продвинулся дальше впечатлений: «Очевидно, что он пародирует того-то и того-то, остроумно, но всей шутки я не понимаю». Я соглашусь с критиками в том, что книге всё же местами не хватает стройности и прозрачности, в ней есть что-то от «пробы пера», от «прообраза будущего шедевра», если вы меня понимаете...Тем не менее, она — шедевр и в настоящем. С точки зрения сюжета, книга заканчивается на кульминации (отношения Тоби с ***), но нет развязки — уверен, автор просто не успел её написать.

«Жизнь и мнения Тристрама Шенди» — великолепная книга, она заслуживает не ярлыка «литературного курьёза», а почётного места в литературном пантеоне. Она не для пассивного потребителя, она требует вдумчивого, медитативного чтения и размышлений, лучше всего читать её вслух. Награда того стоит. Она изменит ваше сознание навсегда — в лучшую сторону. Вы оживете, вам полегчает, проснётся интуиция и правильные слова сами начнут слетать с языка.

В огороде бузина, в Киеве дядька, в городе Лондоне -- Би-Би-Си и Сева Новгородцев, а немного поодаль, в тихой йоркширской сторонке -- Тристрам Шенди, джентльмен, к суждениям и мнениям которого прислушиваются уже не одно столетие.

Неискушенного читателя роман может ввести в ступор, может показаться ему пустым расточительством и словоблудием. На деле же, это весьма компактная и рациональная книга, написанная задорно и виртуозно, умнО, изящно, изобретательно, читается она, несмотря на объём, легко и не без приятности, а под маской глубокомыслия скрывается ... (читателю предоставляется возможность отлистать к началу и взглянуть на портрет автора). Ближайший аналог, при всей несхожести приёмов и целей, но близости духа -- «Гаргантюа и Пантагрюэль». Не более не менее, как живой росток на строгом и пафосном древе мировой литературы нового времени, шедевр тонкой ироничной прозы, книга столь же потешная, сколь издевательская и остроумная. И совершенно точно она не производит впечатление старинной -- читал следом почти столь же упоительную «Историю приключений Джозефа Эндруса и его друга Абраама Адамса» и стерновское же «Сентиментальное путешествие...» -- на их фоне «Тристрам Шенди» показался фейком, ловкой современной мистификацией -- написано будто бы во всеоружии более поздних изобретений, не чураясь всяких постмодернистских штучек.

Повествование не умолкающего ни на секунду рассказчика переключается с предмета на предмет, темы сменяют друг друга с лёгкостью и беспечностью мотыльков:

\ глава о носах,

\ глава о гульфиках,

\ глава о фьюить!,

\ суждения о дурных временах для королей и игрушечных фортификациях дядюшки Тоби,

\ история капрала Трима, вернувшегося с затребованной книгой, которая повернула беседу в иное русло, и в связи с чем припомнился один любопытный случай,

\ вдобавок, совершенно непристойная глава об усах,

\ и -- в противовес! -- наичистейшая глава, какую только может породить писательское воображение.

\ глава о ... (нет, здесь могут присутствовать дети),

\ глава о ... (это может показаться неприятным его сиятельству),

\ глава о ... (здесь можно употребить своё любимейшее ругательство),

\ а также о том, с какого конца следует приступать к женщине -- и ещё много других столь же полезных и высоконравственных советов и наставлений.

По сути, «Жизнь и мнения Тристрама Шенди» -- настоящая энциклопедия чудаческой жизни, которую особенно приятно почитать долгими зимними вечерами (не возбраняется впрочем и в любое иное время года, поскольку шендизм -- наилучшее лекарство от всех болезней, и посему шендировать можно когда угодно и где угодно). Читается без усилий, прерываться можно в любой момент и на какой угодно промежуток времени -- можно начинать практически с любого места, не опасаясь утерять соль и нить повествования, потому что написано столь плотно и остроумно, столь живо, непринуждённо, что случайно обронённый со стола бокал может лететь вниз не один десяток страниц, пока рассказчик переключается с одного предмета на другой, с тем, чтобы в итоге отобразилась вся картина происходящего, отраженная в каждом из его мельчайших осколков.

Автор -- вроде бы почтённой должности сельского священника и человек по всей видимости неглупый -- на протяжении не одной сотни страниц занимается литературным стриптизом -- обнажая душу и сердце, вдоволь издеваясь, дразня и обманывая ожидания читателей, решившихся ознакомиться с суждениями и взглядами некоего Тристрама Шенди, джентльмена.

Объём и продолжительность событий книги не удивят современных читателей, но быть может, их позабавит собственное озарение относительно того, какую же историю они на самом деле читали. И, по-шендистски отвлекаясь в окно, видим чудесную картину: во дворе трава, на траве дрова... а не рассказать ли вам сказку про

Лично у меня роман вызвал интерес только в историческом контексте: например, поглядеть, как и чем жили люди в Англии 18-го века. Не более того. А если брать литературную составляющую — рассчитан роман этот, по моему скромному мнению, на очень «специального читателя». Я к ним, по-видимому, не отношусь, и читать сей опус было скучновато. Конечно, можно попытаться увидеть в этом собрании историй, баек, зарисовок, юморесок и фельетонов какую-то сквозную глубинную линию, объединяющую их в некое связное цельное произведение — я пытался — и не смог... Дочитывал книгу только из уважения к любимому мной писателю А.Житинскому, который в романе «Потерянный дом...» взял себе Стерна в «соавторы».