Эмма Мошковская

Эмма Эфраимовна Мошковская — советская детская писательница, поэтесса. Её имя является одним из важных в детской поэзии периода оттепели.

Мошковская родилась 15 апреля 1926 г. в Москве. Отец был юристом, мать — врачом. Первые впечатления детства — комната в коммунальной квартире. Жили небогато, но девочка росла в атмосфере сердечного тепла и дружбы. В семье особенно гордились братом матери — Я. Д. Мошковским, лётчиком-парашютистом, человеком незаурядного личного мужества, он участвовал в героическом перелёте на Северный полюс, высаживал на льдину Папанина и его товарищей. Два других дяди поэтессы были известными учёными-медиками.

У маленькой Эммы рано проявились музыкальные способности, и она стала учиться музыке. В 1944 г. окончила школу и поступила в музыкальное училище имени Гнесиных. В 1954 г. окончила Музыкально-педагогический институт имени Гнесиных, в дипломе Мошковской значились две профессии: оперно-камерная певица (меццо-сопрано) и преподаватель сольного пения. Выпускница заключила контракт с филармонией в Архангельске, работала на Севере три года. Вернувшись в Москву, поступила в оперный хор-студию при консерватории, иногда пела сольные партии. В это время стали проявляться её поэтические способности.

Началось с шутливых поздравлений в стенной газете, дружеских эпиграмм на сослуживцев, русских текстов для зарубежных песен по просьбе друзей. Так как в детстве читала мало стихов, взялась за «всего Маршака», за «всего Чуковского», несколько позже — и Даниила Хармса. Выбор чтения не был случайным: радостное, детское отвечало внутреннему состоянию. Захотелось писать самой. Первые строки Мошковская написала в конце 1950-х годов.

Её стихи были благосклонно восприняты в издательстве «Детский мир», которое тогда искало новые имена в детской литературе. Пришло время выбирать между профессиями, и Мошковская выбрала поэзию. Она стала писать стихи для детей, вложив в них и свой музыкальный певческий дар и навыки педагога. В 1962 г. вышли книжки — сразу восемь: «Дядя Шар», «Шла дорогой крынка», «Зевота у бегемота», «В путь, в путь, в путь!», «Вежливое слово», «Разоделся народ», «Приходите, приходите в этот дом!» и «Не пора ли на урок?». Ни одна из этих книжек, однако, не была первой. Самая первая книжка Мошковской — «Жадина», — подписанная к печати ещё в 1961 г., «задержалась» в типографии и вышла, датированная 1963 г.

Признание пришло к Эмме Мошковской быстро. Обаяние поэта покорило и читателей, и редакторов, и товарищей по перу. Хорошо встретила её первые книги и пресса. Через несколько лет — в январе 1967 г. — Мошковская вступила в Союз писателей. Её рекомендовали поэты — С. Маршак, О. Высотская, Я. Аким.

Книги Мошковской целое двадцатилетие — с начала 1960-х до начала 1980-х годов — регулярно выходили в издательствах «Детская литература», «Малыш, «Советская Россия». Они отразили духовную, эмоциональную жизнь нескольких поколений детей и родителей и, в свою очередь, питали, обогащали эту жизнь высшими человеческими ценностями, идеалами благородства, дружбы, взаимопомощи, трудолюбия, атмосферой неподдельного оптимизма, доброго юмора. Выходили одна за другой книги стихов, сказок и рассказов. Три книжки-игры сочинила Мошковская для будущих учеников: «Мы играем в магазин», «Мы играем в поезд», «Мы играем в школу», с помощью которых каждый мог поиграть «во взрослых», стать то продавцом, то машинистом, то учителем.

В 1970-е гг. Эмма Мошковская пополнила свою творческую копилку несколькими сценариями для мультипликационных фильмов, а также двумя грампластинками с записями стихов. По её стихотворениям создано множество диафильмов. Благодаря музыкальности и ритмичности многие стихи стали песнями. Помимо стихов Мошковская ещё сочиняла сказки и рассказы, занималась переводами. Стихи Мошковской переведены на английский, французский, немецкий, сербский, монгольский, эстонский и другие языки.

Детей у Эммы Эфраимовны не было, но она дружила с ребятами из интерната, выступала перед ними (а стихи она декламировала замечательно), дарила им выходившие сборники своих стихов, с интересом читала детские сочинения. Долгие годы Мошковская регулярно публиковалась в детской газете «Неделька». Поэтесса даже придумала рубрику — «Клуб «Разговор по душам». Юные читатели писали ей письма, спорили, соглашались, спрашивали советы по разным поводам, случаям и происшествиям. Поэтесса отвечала им стихами, рассказывала смешные и печальные истории, принимала участие в жарких ребячьих дискуссиях.

Сила Мошковской – в её полной идентификации с детьми. В интервью 1971 г. она говорила о своем «инфантилизме»: «Я никогда не была взрослым поэтом. Если я пишу детские стихи, это значит, где-то в своём детстве не доиграла. И когда пишу для детей, то это я пишу для себя. Счастливое совпадение, что это нравится детям. Главное в творчестве, по-моему, искренность. Если детский поэт чувствует своё детство в себе самом… не присаживается на корточки, то дети поверят ему».

Эксперименты с белым стихом и неологизмами, элементы импровизации, поэзия нонсенса, визуальные стихотворения заставляли консервативных критиков относиться к творчеству Мошковской скептически. Агния Барто полагала, что это скорее наброски и черновики, нежели законченные работы, а журнал «Крокодил» однажды даже опубликовал довольно ядовитую пародию на стихотворение Эммы Эфраимовны. С другой стороны К. Чуковский и С. Маршак с теплом отзывались о поэзии Мошковской. В её стихах отсутствует навязчивая дидактика, им присуща лёгкость, музыкальность, умение играть с детьми. У Мошковской есть стихи о преображающем реальность детском воображении («Тигр в зарослях ходил…», «Мама, я, кузнечик и птица», «Я видел зелёное солнышко...», «Они притворились»), её басни о животных полны веселья и приключений («Жадина», «Баран, который не знал правил уличного движения», «Вежливое слово», «Цыплёнок шёл в Куд-Кудаки»), есть также аллегории с социальным подтекстом — «Бульдог» (увешанный медалями бульдог не даёт маленькой хозяйке подобрать упавшую панамку, и автор удивляется, за что ему дали все эти медали), «Жил-был на свете серенький Козлик» (Козлик, как своего рода творческая личность, использует искусство для того, чтобы победить сильных мира сего — волка).

Постепенно поэтесса стала всё чаще ощущать полный упадок сил из-за нарастающих проблем со здоровьем. Последние годы жизни она практически не сочиняла ничего нового – дописывала, редактировала начатые когда-то стихи, ставшие позже основой посмертных сборников «Хорошие вести» (1982) и «Дедушка Дерево» (1986).

За прошедшие годы интерес к творчеству Эммы Мошковской нисколько не ослаб: книги активно переиздаются, её стихи, сказки, рассказы продолжают переводиться на разные языки мира.

Фантастическое в творчестве:

Мошковская сочинила множество сказок. Она создавала эти истории как в стихах, иногда перемежающихся с текстом, так и в прозе.

Стихотворные сказки: «Вежливое слово», «Жадина», «Шла дорогой крынка», «Как кувшин по воду ходил», «Как лягушки научились квакать», «Почему у Льва большая грива», «Дедушка Дерево», «Баран, который не знал правил уличного движения», «Захотелось в полёт Бегемоту», «Слон и его настроение», «Жил-был один Слонишка...», «Цыплёнок шёл в Куд-Кудаки», «Жил-был на свете серенький Козлик», «Нерешительный трамвай» и множество других.

Сказки в прозе, собранные в сборнике «Как жираф пошёл в школу» (1969), — это мудрые сказки, обращённые к детям, умеющим улавливать скрытую суть. В них Мошковская как бы преподавала своим читателям своеобразные уроки человечности.