Это единственное произведение Дмитрия Быкова, которое я дочитал до конца. И сейчас перечитываю. Вещь написана, что называется на злобу дня и только так и получается ее воспринимать, по крайней мере пока. Вся повесть — аллюзия на события, творящиеся с нашей страной сегодня. Герои Стругацких — только фон.

«Радуга» — конечно же же Россия, которая подверглась воздействию Волны (то есть Войны), в результате которого у всех выживших обитателей этой «планеты» проявились самые темные, самые мерзкие и т.д. черты характера и личности, которые до того были запрятаны где-то глубоко внутри. «Волна» как бы выставила все это человеческое дерьмо наружу. Не совсем понятно, по Быкову это дерьмо присутствует в человеке изначально, или Волна его причина. Скорее первое.

Со спасшимися от Волны пассажирами звездолета «Стрела» — тоже все плохо. Они улетели с «Радуги», но не вернулись на Землю и обречены на вечное болтание в космосе, опять как (да простят меня читатели) то самое дерьмо в проруби. Характерная цитата: «Страшно было представить, что делается на потрепанном, одиноком, до смерти надоевшем корабле, который пытается вы́летать, изжить свое проклятье, а его все не прощают и не прощают, и они вынуждены, до смерти друг другу надоев, таскаться по галактикам и везде встречать одно и то же — мир, замерший в ожидании расплаты». Очевидная аллюзия на эмигрантов, которые «спаслись» из России, но за границей пристанища не получили и надоели не только другим, но и друг другу. За границей их многие считают чужаками (и большинство эмигрантов, кстати, тоже таковыми себя ощущают. Вот они и болтаются где-то между...

И так далее и тому подобное. Распаковка смыслов продолжается.

В качестве продолжение «Далекой Радуги» Стругацких эта повесть может рассматриваться разве что в воображении автора. Конечно, это мощное экзистенциальное произведение.

По уровню эмоционального воздействия, я бы сравнил эту вещь с «Мелким бесом». Советую всем, в кризисные жизненные моменты перечитывать «Дугу». Она гораздо короче и современней. Уж если герои любимой повести Стругацких оказались такими бандерлогами, то мы точно не хуже и можем на что-то надеяться)).

» И каждый раз, ложась в постель,

Смотри во тьму окна

И помни, что метет метель

И что идет война».

А кто-нибудь обратил внимание, что Никита Воронцов постоянно возвращается в 1937 год? Что бы он ни делал, как бы ни пытался что-то изменить, а раз за разом 37 год и опять и опять... Едва ли Аркадий Стругацкий случайно выбрал эту дату. Что он хотел нам сказать? Что наша судьба, судьба Росиии — это возвращение в 37 год? Как бы и что бы мы ни пытались делать. Пессимизм автора зашкаливает, не хотелось и не хочется с ним соглашаться. Но жизнь вносит свои коррективы и выходит что Аркадий оказался прав — особенно в свете творящихся с нами сейчас событий. Опять и опять что бы мы ни делали... получается автомат Калашникова.