Очень неоднозначный цикл. Начала его читать в далеком 2020-м и обплевалась вся. Ну как же так, Мария Васильевна? Не дилетант же в книгописании. А сюжет черте какой: ответвлений много, и большая часть из них куда-то уходит и там благополучно умирает. Герои слабые, язык сложный. Рассчитываешь на что-то вроде «Волкодава», а получаешь фигу.

Ветер вроде должен быть умным и дальновидным, но где это всё? Сквара вроде должен пройти трансформацию личности и быть главным героем, но тоже нет. Лихаря жальче всех. Ну какой антагонист пропадает! Ну какой потенциал!

Несчастный ребенок, который видит в Ветре не столько наставника, сколько отца, ждёт его любви и признания. И тут появляется Ворон и моментально влезает на место любимчика. Лихаря корёжит. Казалось бы, вот он, прекрасный конфликт: человек всю жизнь пытается заслужить любовь единственного значимого для него взрослого, а потом приходит другой и получает ее просто так. Обидно? Не то слово..

Но вместо того чтобы последовательно преследовать свою цель и выживать Ворона из братства, Лихарь совершает какие-то странные действия и постепенно превращается в сюжетный костыль для главного героя. Он появляется примерно тогда, когда Ворону нужно очередное испытание или очередной геройский подвиг. Лихарь существует для того, чтобы Ворону было что преодолевать.

Светел вообще половину времени где-то шастает.

И вот сижу я и страдаю над этим недоразумением.

И тут приходит 2026 год со всеми событиями последних четырех лет, новостями и обзорами. Все мы стали немного политологами, социологи и специалисты по устройству государства. И тут мне снова попадается цикл «Братья».

Ба.

Да это же вообще не о межличностном конфликте. Тут же системная трансформация институтов налицо. И дальше голосом Шульман.

Ветер — классический автократ. Черная Петерь — аппарат силовиков при прежней власти. Они занимались охраной главы государства, отловом неугодных, выполнением деликатных поручений и подготовкой новых кадров.

Беда смела все государственные структуры. Ветер восстановил Черную Пятерь именно как силовую структуру (потому что ничего другого он не умеет) но за счет общего развала он становится верхушкой власти и получает огромную автономию. Это объясняет почему над ним как будто никого нет и почему когда он умирает никто не приходит легализовать назначение Лихаря на должность.

Я всё время ждала от него чего то грандиозного, но его задача до обидного проста: сохранить работоспособность Пятери. Он не придумывает новый порядок. Он знает, как должна работать система, и не способен представить себе, что она может работать иначе.

А потом Ветер умирает. На его место встает Лихарь. Я ждала.. Честно ждала чего то. Что Лих успокоится после того как получит власть. Он теперь сила. Или что он с двойным энтузиазмом кинется добивать Ворона (вроде он догадался что тот не умер до конца) или пойдет реализовывать свои амбиции и бороться за власть.. но нет.. Ни-че-го. Потому что это вообще не история про ревнивого ученика. Это история как институты переживают персоналии.

Лихарь оказывается продуктом системы в чистом виде. Он настолько глубоко встроен в неё, что почти не имеет собственной субъектности. Когда прежний руководитель исчезает, он не спрашивает себя: «Чего хочу я?» Он просто копирует систему которую оставил Ветер.

Мне его безумно жалко как персонажа. Я всё ещё считаю, что из Лихаря можно было сделать великолепного антагониста. Но, возможно, его задача была не стать самостоятельным злодеем, а показать самовоспроизводство института.

Линия Ворона это тоже не линия хорошего мальчика. Хотя и она тоже.. Вообще насколько же противный персонаж. Ни целей ни мозгов ни здоровой злости. Просто сладкая булочка а не человек. Фу.

Он новый элемент системы.

Чёрная Пятерь производит определённый тип людей: послушных, функциональных, пригодных для выполнения приказов. Ворон должен стать очередным таким продуктом. Но не становится.

Он умеет выполнять функции системы, но не растворяется в ней полностью. И вот здесь его кажущаяся слабость как героя приобретает другой смысл.

Я долго ждала от него трансформации: он должен был пройти через жестокость, измениться, стать сложнее, возможно, даже превратиться в того, кем сам когда-то боялся стать. Но этого не происходит. Ворон остаётся Вороном.

И если рассматривать роман как путь становления героя, это недостаток. Герой переживает огромное количество событий, а внутренне меняется гораздо меньше, чем должен был бы.

Но если рассматривать его как элемент политической конструкции, всё становится логичнее. Ворон не трансформируется в продукт системы. Он остаётся человеком внутри института, хотя должен был стать функцией.

То есть если Лихарь показывает, как система успешно производит своего человека, Ворон показывает ее предел.

Система может воспитать его, обучить, вооружить, встроить в иерархию. Но она не может окончательно определить, кем он будет.

И тут появляется Светел.

На протяжении большей части цикла мне он был совершенно не интересен. Он где-то ходит, что-то делает, потом снова исчезает. Тут драма на глазах происходит а этот шляется непонятно где.

Но если смотреть на цикл как на историю институтов, Светел наконец занимает своё место.

Он представляет легитимную государственную власть, которая возникает после старого порядка.

И вот что мы имеем. Ветер представляет старую силовую систему. Лихарь наследует ее. Ворон является человеком которого система не смогла переварить. Светел становится новой государственной властью.

И тогда конфликт у нас не в личной драме а между старым институтом силы и новым политическим порядком.

Поэтому после встречи Ворона и Светела возникает самый интересный вопрос: что будет с Чёрной Пятерью?

Потому что если Светел действительно становится законным царём, существование автономного аппарата силовиков, который обладает собственной иерархией, традициями и правом самостоятельно решать, кого и как использовать, становится политической проблемой.

И вот здесь судьба Лихаря уже действительно может оказаться почти неважной.

Нужно решить, что будет с институтом. Можно уничтожить Пятерь. Можно подчинить её царю. Можно реформировать и встроить в новое государство. Можно сохранить её, но изменить правила.

Последний вариант даёт Ворону смысл как персонажу: если он вернётся в Пятерь, вопрос будет в том сможет ли он сделать так, чтобы Пятерь перестала воспроизводить Ветра.

Вот как то так..

Сначала нам кажется, что перед нами история людей, которых разделили обстоятельства.

Потом кажется, что это история Ворона и его становления.

Потом кажется, что это история противостояния Ворона и Лихаря.

А в конце оказывается, что все эти люди были встроены в гораздо более крупный процесс.

Старая власть создала институт.

Институт создал Ветра.

Ветер создал Лихаря.

Лихарь воспроизводит Ветра.

Ворон ломает эту цепочку.

А Светелу все разгребать.

То есть если читать цикл как историю о перерождении институтов власти, то это единственный вариант при котором все мои первоначальные претензии к героям начинают складываться в более-менее цельную картину. Потому что в противном случае: Ворон не дотягивает до героя огромного романа. Лихарь как самостоятельный антагонист недореализован до обидного. Ветер совершенно не похож на того гения-манипулятора, которого нам обещают. Светел временами выглядит человеком, случайно забытым автором в соседней сюжетной линии.

Но если главный герой цикла — не Ворон, не Лихарь и не Светел, а сама Чёрная Пятерь как переживший свое государство институт, то всё это начинает выглядеть гораздо более интересным.

Короче, «коллеги, перед нами не провал драматургии. Перед нами институциональная инерция»...