О, Марс. Ничего больше не надо, чтобы я начала читать. Только одно это слово. И пусть это будет производственный роман, или история социального эксперимента, или вовсе любовная история на фоне розовых небес. Мне все равно. Важен вечный вызов, который постоянно маячит перед нашими глазами красной искоркой в небесах. с радостью рекомендую: Ким Стэнли Робинсон "Красный Марс":
Одна половина меня, та, что выросла на книгах Брэдбери, романтичная и сентиментальная, страстно жаждет дожить до того времени, когда первые люди прилетят на Марс. К сожалению, я почти ничего не помню о первом полете на Луну — была еще ребенком, да и это событие в СССР не слишком отмечалось, как "Большой шаг для всего Человечества". Но сейчас, когда иные времена и иные возможности, я бы переживала за каждого астронавта, как за себя, ждала бы самой малой новости и первых исторических слов того, кто своими глазами увидит эти розовые чужие небеса, эти охряные оттенки, эти миллиарднолетние скалы.
О да, эта часть меня вполне искренне и очень пылко жаждет, чтобы человечество не просто пришло-увидело, но и победило. Чтобы на Марсе яблони цвели, чтобы появились сначала поселения, а потом и города. Чтобы Марс стал плацдармом для дальнейшего расселения туда: дальше, дальше, чтобы смогли решить задачи, которые вроде решить, при нашем нынешнем знании и умении, невозможно.
Итак, люди прилетели на Марс. Не просто как случайные посетители. Они прилетели осесть. Стать марсианами. Сто отобранных мужчин и женщин, лучших представителей разных стран прилетели не просто изучать или покорять. Они пришли строить новый лучший мир, дом для всех, кого уже не вмещает матушка-Земля. И что же?
Логического объяснения, почему Основателями нового мира — отцами и матерями — сделали таких неподходящих для этой роли людей, в романе нет. Заметьте, не команду единомышленников, вдохновленных трудной задачей и объединенных общей мечтой, а временное объединение эгоистичных одиночек, нетерпимых, нетерпеливых и не признающих дисциплины. Чем, простите, занимались целые армии отборщиков, психологов и прочих специалистов, если их оказалось так просто обмануть?
Но получилось, то, что получилось. Наши отцы-основатели заложили "новый" мир сразу же зараженный всеми нашими пороками. И понеслось: анархисты, религиозные фанатики, капиталисты, идеалисты, романтики, националисты, доморощенные философы и пророки новой веры оказались в одном общем котле, который не мог не взорваться.
И, конечно, экология, как у Робинсона без нее. Экология среды с вечным вопросом о пределе вмешательства людей в естественный ход событий, и экология социумов, с поисками равновесия между терпимостью и неприятием.
Повествование идет от лица сразу нескольких героев, что позволяет нам проникнуть во все скрытые от посторонних глаз уголки нового марсианского мира, узнать буквально всю цепочку мотиваций и решений, которые приводят к трагическим событиям, взглянуть на одни и то же разными глазами. При этом действие нельзя назвать слишком богатым на события, иногда оно просто замирает, целиком сосредотачиваясь на взаимоотношениях людей и чувствах. Или на вопросах технологий и подробностях инженерных операций. Это накладывает определенный отпечаток: даже когда действие ускоряется, то все равно воспринимается в замедленном темпе стороннего наблюдателя.
Так можно продолжать до бесконечности, тем более что роман достаточно объемен. Но вот, что испортило впечатление. Наши издатели подарили нам "Красный Марс" несколько позже, чем "2312". И теперь мы, хотим — не хотим, но знаем, чем дело закончится, ведь в романе о 24 веке есть уже и о том, как все началось, и о войне, и даже, чем все разрешилось. Обидно. Приходится уповать на детали. Жутко интересно, найдут ли идеи старины Герберта своих апостолов среди марсиан. Но, это для моей первой половины. Вторая, же вполне бы удовлетворилась ответом на простой вопрос: есть ли жизнь на Марсе?
Фото: общедоступные ресурсы yandex.ru