Адриан Чайковски «Children of Ruin»

«Children of Ruin» сработан по весьма классической для сиквелов формуле «все то же самое, но немного иначе». Действие развивается в двух временных линиях. Первая, происходящая в далеком прошлом, по сути дела ремейк «Детей времени», но на другой планете: проект терраформирования охватывал множество миров, и мы увидим еще один.

Прибыв в назначенную звездную систему, инженеры-терраформеры находят две подходящие для жизни планеты: покрытую ледяным океаном и пустынную, а на последней — еще и инопланетную жизнь в самых разнообразных, но, на первый взгляд, неразумных формах. Они решают терраформировать ледяную планету и построить научную станцию для изучения жизни на песчаной, пока не происходит катастрофа, а на передний план не выходит искусственная эволюция осьминогов, которой промышляет один из членов команды, и противостояние со странной формой жизни, обнаруженной на песчаной планете.

Полноценного ремейка, тем не менее, не случилось — вознесение осьминогов дано слишком крупными мазками и сбивается на обширные описания их весьма необычного разума и образа мысли. Эволюция пауков в первой книге казалась более захватывающей, в том числе благодаря эффекту новизны, здесь же стоит только появиться осьминогам на горизонте — и то, к чему ведет автор, становится слишком очевидным. Оживляют линию разве что весьма годно написанные хоррор-моменты, связанные с инопланетной и полностью чуждой жизнью.

Вторая сюжетная линия развивается спустя три поколения после окончания «Детей времени». Космический корабль со смешанным экипажем людей и пауков исследует планеты со следами разумной жизни и прибывает в ту же систему, находя ее в полнейшей разрухе. Немногие выжившие осьминоги, ютящиеся на космических кораблях и станциях, вовсе не против вступить в контакт, но прознав, что контактируют они с людьми — тут же прерывают переговоры и атакуют. Что настроило осьминогов против создателей? Ответы, вестимо, лежат в прошлом.

Роман получился куда более обстоятельным и размеренным. Если не сказать тяжеловесным. Читается он куда медленнее лихих «Детей времени», часто сбиваясь на главы, заполненные одной лишь экспозицией. Тон повествования, даже в описании драматических событий, чаще всего клинически отстраненный, а множественные точки зрения и отсутствие одного постоянного протагониста совершенно не располагают к эмоциональному вовлечению в происходящее.

С другой стороны, возможно, что более яркие персонажи помешали бы раскрытию идеи книги. По большому счету, я бы сказал, что персонажами являются вовсе не отдельные кожаные мешки/программные пакеты/биологические субстраты, а разные формы разума. Сюжет же сводится не к установлению межличностных отношений отдельных персонажей, а к попытке построения коммуникации между совершенно по-разному мыслящими формами жизни. И ежели еще учитывать, что даже представители одной формы жизни могут иметь весьма специфичный образ мышления (считая при этом себя в высшей степени разумными, в отличие от всех остальных), то тут проще сразу признать фиаско и заняться чем-нибудь более продуктивным, например, очередным циклом эпического фэнтези.

Поэтому вместо персонажей пусть будут формы разума, и уж их-то Чайковски наплодил преизрядно: индивидуальный, коллективный, распределённый, разделенный, загруженный, искусственный, гибридный — со счета можно сбиться. Возьмем осьминогов, с которыми Чайковски оторвался на полную. Они обладают разделенным на две части разумом, самосознанием обладает только одна из них — «Корона» — но сознанием, скорее, СДВГшного ребенка (или сумрачного гения): хаотичным, полностью построенным на эмоциях, движимым исключительно спонтанными импульсами и творческими порывами. Разум настолько текучий, что даже приписывать наличие постоянной личности было бы значительной неточностью. Вторая часть разума, «Пределы», фактически действует как сеть распределенных и самостоятельных нейронных агентов, заключённых в щупальцах, заточенных на решение передаваемых «Короной» задач. Сама сознанием не обладает, но зато обладает вычислительными способностями суперкомпьютера и легко решает сложнейшие технические задачи — позволяя сделать практически что угодно, что придет в дурную осьминожью голову. Скажем, в финале они ничтоже сумняшеся мастерят сверхсветовой прыжковый двигатель. Ну а че, лететь же в другую систему долго и далеко, вот они и подумали, что надо побыстрее, а «Пределы» сконструировали, ничего не подозревая о каких-то там законах, якобы это запрещающих.

Не менее интересен и жутко беззлобный коллективный разум, который отвечает за большую часть динамичных и интересных моментов в романе. Тут Чайковски не скрывает источника вдохновения, не зря же один из персонажей прямо называет новую форму жизни «The Thing», а сам автор еще и выделяет слово курсивом, чтобы все поняли — перед нами отсылка. Но слепо копировать кэмпбелловское «Нечто» Чайковски тоже не стал, лихо переосмыслив концепцию, сделав из зловещей безымянной инопланетной угрозы чуваков, которые просто хотят жить своей лучшей жизнью и радоваться каждому новому открытию, ведь где-то там огромный, полный загадок и космических чудес мир, в который ведет дорога приключений — и это так волнительно! Высший пилотаж хоррора — показать совершенно невинные и обыденные вещи так, чтобы они пугали. Вот и здесь — стоит только одному из героев произнести заветную фразу «Мы отправляемся в приключение» — как волосы начинают шевелиться на затылке.

По сравнению с первым томом идея романа смещена от описания искусственной эволюции к тому, как преодолеть страх и враждебность, наладить сотрудничество разных видов, которые и поговорить друг с другом не всегда в состоянии. Например, язык людей оказывается слишком простым для осьминогов: то, что одни пытаются передать в текстовых посланиях, для образного мышления других попросту лишено смысла (подобно тому, как человек не увидит никакого образа за палкой с красным пятном на конце, в которой детеныш чайки без труда распознает взрослую особь). Но даже с учетом попытки написать «то же самое, но иначе» самоповторы зачастую слишком бросаются в глаза, чтобы их игнорировать. Начиная с мелочей (это уже третий прочитанный мною роман Чайковски, который начинается с пробуждения от криосна — и в «Alien Clay» он уже над этим откровенно иронизирует) заканчивая общей сюжетной формулой контакт-конфронтация-примирение, которая повторяется далеко не в первый раз (ср. например, «Shroud», написанный по тем же лекалам и будто бы нарочно вырванный из цикла, чтобы не сводить его к бесконечным «планетам недели»). Формульность приводит к предсказуемости: глядя на подробно описанные нейробиологические эксперименты одного из персонажей, сразу же становится понятно, как будет разрешен финальный конфликт — еще до того, как сам конфликт возникает на горизонте.

Я не раз хвалил Чайковски (за что меня даже несправедливо записывают в его фанаты), но высокие авансы для меня означают, что и спрос будет соответствующим — если уж автор ранее показал себя, то ожидания от других книг будут повыше, чем в среднем по палате. И этот роман, в котором отдельные интересные находки в области мышления и коммуникации иных видов сталкиваются с тяжеловесностью описаний и постепенно приедающейся сюжетной формулой, записать в авторские успехи мне очень сложно — даже не смотря на то, что по формальным признакам он превосходит большинство образцов НФ, представленных в настоящее время на рынке.

Эта книга доказывает минимум дважды на примере Дисры и Мешнера, что люди с тараканами в голове иногда оказываются крайне полезными. Но ближе к делу.

Вторая книга куда более контрастна в эмоциональном плане, чем первая. Драматизм, ужас, надежда, трагедии. Истории стали чуть более личными, и от этого более цепляющими.

«Капитан продолжает следовать протоколу, мы продолжаем работу, как будто ничего не произошло. А Дисра наслаждается компанией своих питомцев. Боже, да он самый вменяемый из нас всех».

Событий намного больше, больше деталей, идей, больше логичности. Терраформирование, дизайны кораблей, баталии, ксенолингвистика, биология. Человеческий интеллект, интеллект с прямой передачей памяти, интеллект-рой, искусственный интеллект, сегментированный интеллект и не только.

В общем, ценителям фантастики должно понравиться. Впечатление немного портит концовка, достаточно сжатая, резкая и поверхностная.

«Дети времени» задали настолько высокую планку твердой космической НФ, что второй раз допрыгнуть до нее уже малореально. Чайковски немного не допрыгнул, но все же это была очень хорошая попытка и достойное продолжение первой части.

Сначала про минусы книги. Минус тут, собственно, один. Начинает вырисовываться сериальная структура, «планета недели». В первой книге мы вместе с автором исследовали цивилизацию аплифтнутых пауков и решали проблему сосуществования людей с арахнидами. В сиквеле вместо пауков выступают осьминоги, ну и далее по накатанной, прилетаем в новую систему, первый контакт, натыкаемся на враждебность и непонимание, испытываем приключения, в финале всех мирим и живем дружно. В третьей книге («Дети памяти»), судя по тизеру в эпилоге, ожидается примерно то же самое.

Все, негативную часть доклада закончил, далее будет сплошное восхваление.

Чайковски безусловно твердый фантаст, но, как Ваттс, он тяготеет скорее к биологии, чем к физике. Поэтому значимая доля текста посвящена описанию «девятимозгового» мышления цефалоподов, которое вообще ничего общего не имеет с человеческим (у осьминогов нервная система состоит из головного мозга и восьми квази-самостоятельных моторно-когнитивных центров, по штуке на щупальце). Чайковски так живописует особенности мышления осьминогов, что к середине романа жутковатые пауки Порция уже воспринимаются как старые добрые приятели.

А как только читатель начинает немного привыкать к абсолютно нечеловеческому мышлению осьминогов, автор выводит на сцену _такую_ разумную жизнь, что уже осьминога хочется обнять как брата. Более жуткого «чужака» еще не встречал в литературе.

Но тем не менее все заканчивается хорошо, и абсолютно разные виды сапиенсов снова находят общий язык (ну или по крайней мере временный повод перестать уничтожать друг друга). В этом плане продолжение развивает гуманистический мессадж первой части, «разум сильнее агрессии».

Короче, роман вышел слегка вторичный, но исключительно добротный.

Чайковски в очередной раз доказал, что является топовым НФ автором нового столетия.

Немедленно перехожу к третьей части цикла.

8.5/10