Владислав Крапивин «Штурман Коноплёв»

Вот ведь как бывает — просто пустяк может иметь далеко идущие последствия. Штурман Сережка Коноплев бездумно испортил фотографию, именно бездумно, можно сказать автоматически. А дальше все покатилось как снежный ком с горы и в рассказе автор здорово отразил цепочку сумбурных мыслей мальчишки, приведших от простого к сложному, а именно к нарушению данного слова. «Ведь мы никогда не врали друг другу» — эти слова командира отряда резанули будто нож. Можно говорить много красивых фраз о недопустимости обмана, о сакральности честного пионерского — все подобное будет попахивать сухой педагогикой из советских времен, в которой впрочем, если исключит формализм, было очень много и здравого. А такой формализм исходил из нотаций типа «Как ты мог, ведь ты же пионер». У Крапивина как всегда все резче и практичнее, цитирую: «До сих пор наше слово было как закон. Давшему слово верили как себе и не надо было ничего доказывать, подтверждать, бояться обмана... А теперь»? Сильно сказано, не правда ли?

В такой ситуации никто не знал как поступить. Включая и командира отряда. Крапивин поставил очень любопытную проблему и дал несколько неожиданное ее решение. Сережку конечно же наказали, лишив внутри отряда звания и галстука, но его не исключили, более того, не покрыли позором и ребята общались с провинившимся практически как прежде. Автор предоставил своему герою самому решать как быть и в голову Сереже лезли сладкие мысли о подвиге, которым можно загладить свою вину. Почему я говорю сладкими, ведь тут получается как бы «баш на баш», такой своеобразный вид героической покупки прощения. И такие мысли на самом деле лезли в Сережкину голову, когда он забирался на мачту. Здесь Крапивин был предельно писательски честен, но он и не был бы самим собой, если бы не дал своему персонажу осознание, что несомненно он совершил то же самое, если бы все было как прежде. Это и есть тот самый крапивинский мальчик и от подобных историй становится очень хорошо на душе.

Нелёгкая но насыщенная жизнь Пионерской Парусной Флотилии(Прототип — отряд Крапивина «Каравелла»)