FantLab ru

Фёдор Достоевский «Двойник»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.79
Голосов:
228
Моя оценка:
-

подробнее

Двойник

Повесть, год

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 24
Аннотация:

Робкий по натуре, кидающийся в крайности Яков Петрович Голядкин, однажды совершив непростительную ошибку, которую, впрочем, он сам не признаёт, встречает на своём жизненном пути до ужаса знакомого персонажа. Но сей факт обескураживает только его, окружающие же не подают и виду, что случилось нечто невиданное. Необыкновенная копия Голядкина заискивает, подлизывается, втирается в доверие ко всем подряд во вред самому нашему герою.

Примечание:

Впервые опубликовано в журнале «Отечественные записки» (1846. № 2) с подзаголовком «Приключения господина Голядкина». Во второй редакции (1866) повесть получила подзаголовок «Петербургская поэма». Это позволило автору соотнести ее по жанру с «Мертвыми душами» и подчеркнуть ключевую для нее, в понимании Достоевского 1860-х годов, тему Петербурга, связанную с размышлениями писателя о «петербургском периоде русской истории» и о характерных для него социально-психологических Призраках и фантомах.


Входит в:


Лингвистический анализ текста:


Приблизительно страниц: 166

Активный словарный запас: крайне низкий (2254 уникальных слова на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 92 знака, что гораздо выше среднего (81)

Доля диалогов в тексте: 31%, что немного ниже среднего (37%)

подробные результаты анализа >>


Экранизации:

«Партнер» / «Partner.» 1968, Италия, реж: Бернардо Бертолуччи

«Двойник» / «The Double» 2013, Великобритания, реж: Ричард Айоади



Похожие произведения:

 

 


Полное собрание сочинений в шести томах. Том 1
1885 г.
Повести и рассказы. В двух томах. Том 1
1894 г.
Полное собрание сочинений в 12 томах (А.Ф. Маркс). Том 1
1894 г.
Полное собрание сочинений в 12 томах. Том 1
1899 г.
Полное собрание сочинений. Том 1. Повести и рассказы
1906 г.
Полное собрание сочинений Ф.М. Достоевскаго. Том 1
1911 г.
Полное собрание художественных произведений. Том 1
1926 г.
Собрание сочинений в десяти томах. Том 1. Произведения 1846-1848
1956 г.
Полное собрание сочинений в 30 томах. Том 1
1972 г.
Собрание сочинений в 17 томах. Том 1
1972 г.
Повести и рассказы. В двух томах. Том 1
1979 г.
Бедные люди. Двойник. Хозяйка. Игрок.
1983 г.
Двойник. Игрок
1983 г.
Повести и рассказы
1984 г.
Бедные люди. Двойник
1985 г.
Собрание сочинений в пятнадцати томах. Том 1
1988 г.
Бедные люди. Двойник
1992 г.
Собрание сочинений в семи томах. Том 1
1994 г.
Полное собрание сочинений. Канонические тексты. Том 1
1995 г.
Избранное. В двух томах. Том 2
1997 г.
Полное собрание сочинений. Канонические тексты. Том 6
2005 г.
Полное собрание сочинений: 18 томов в 20 книгах. Том 1
2005 г.
Полное собрание сочинений: 18 томов в 20 книгах. Том 6
2005 г.
Записки из подполья
2006 г.
Полное собрание сочинений: 18 томов в 20 книгах. Том 1
2006 г.
Полное собрание сочинений: 18 томов в 20 книгах. Том 6
2006 г.
Двойник
2007 г.
Собрание сочинений в 9 томах. Том 1. Бедные люди. Двойник. Белые ночи. Неточка Незванова. Село Степанчиково и его обитатели
2007 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 1
2010 г.
Федор Достоевский. Полное собрание повестей и рассказов в одном томе
2010 г.
Двойник
2011 г.
Малое собрание сочинений
2011 г.
Двойник. Господин Прохарчин
2012 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 1
2012 г.
Двойник
2013 г.
Двойник
2014 г.
Двойник
2014 г.
Игрок
2014 г.
Полное собрание сочинений и писем в 35 томах. Том 1. Бедные люди. Повести и рассказы 1844-1846
2014 г.
Чужая жена и муж под кроватью
2014 г.
Двойник. Повести и рассказы
2015 г.
Игрок. Двойник. Кроткая
2015 г.
Собрание повестей и романов в одном томе
2015 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 1
2015 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 1
2015 г.
Игрок
2017 г.
Бедные люди
2018 г.
Двойник
2018 г.
Бедные люди
2019 г.

Аудиокниги:

Двойник
2005 г.
Двойник
2006 г.
Записки из подполья. Двойник
2008 г.
Двойник
2011 г.

Издания на иностранных языках:

The Double
1997 г.
(английский)
Notes from Underground and the Double
2003 г.
(английский)
Stories That Scared Even Stalin
2006 г.
(английский)
Der Doppelganger
2008 г.
(немецкий)
El doble
2008 г.
(испанский)
Le Double
2009 г.
(французский)
Il sosia
2010 г.
(итальянский)
The Double
2012 г.
(английский)
The Double
2014 г.
(английский)
The Double
2016 г.
(английский)





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  13  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Двойник» Вполне себе представляю, что можно читать что-то до глубокой ночи, когда уже глаза закрываются, просто потому, что интересно узнать, чем там кончится. Но вот чтобы Достоевского))) А вышло именно так, и мне кажется, дело в том, что ФМ очень ловко всю повесть балансировал на грани реальности и нереальности происходящего. Не знаю, может, конечно, я одна купилась. Но все злобные проделки и мелкие пакости «двойника» нашего героя выглядели настолько натуральными, естественными и вообще достоевскими, что мне поначалу и в голову не приходило усомниться в его существовании. Хотя с точки зрения логики, конечно, надо бы.

Ситуация, в целом, проста. «Маленький человек», чиновник «самого среднего звена» после большого публичного конфуза внезапно встречает на улице полного своего двойника, как физически, так и по имени. Потом выясняется, что двойник служит в том же присутствии, что и он. А дальше начинают происходить странности — этот злобный двойник начинает по мелочи изводить и третировать героя, причем не лично, а через третьих лиц. Отбивает у него симпатии ценных для него людей, выставляет его на посмешище, обманывает по мелочи в деньгах (заставляя героя платить за съеденное им в ресторане) и тд. В общем, ведет себя совершенно невыносимо, а герой расхлебывает. В принципе, я могу много подобных ситуаций представить и даже вспомнить, где ничуть не двойники, а просто посторонние недоброжелатели вели себя с другими людьми совершенно так же — не вступая в открытые конфронтации, а гадя по мелочи. И каждая такая ситуация имеет невыносимый привкус унизительности — никто не умеет передать подобные ощущения, смесь стыда и замешательства, так, как ФМ. Вообще каждый раз, как его читаю, вспоминаю свой детский-подростковый возраст — вот тогда я эти события ощущала и воспринимала примерно так же остро как раз, а потом выросла, «заматерела» и перестала принимать все так близко к сердцу. Но воспоминания остались, и ФМ отлично давит на старые мозоли.

В целом повесть очень не то чтобы фрейдистская, а просто из серии психологических отклонений. Герой не в состоянии признать, что он сам по себе ничтожество, никто его не любит, потому что он того не заслуживает. Нет, что вы, я то хороший, а все негативное отношение ко мне — это происки «врагов». И тут же изобретается персонификация врага — некое зловредное второе я, которое под моей же личиной специально делает все мне во вред. А я не виноват! Все мои неудачи происходят исключительно из внешних источников, само собой. Вычитала в критике, что сам ФМ называл двойника, этого мелкого беса, своим «главным подпольным типом». Подумалось, что если хорошо покопаться, можно, наверное, найти следы подобного двойничества, того же героя, только вывернутого наизнанку, и в других романах ФМ (Мышкин и Рогожин, скажем, или Раскольников и Свидригайлов).

Сама идея воображаемого зловредного двойника, созданного психическим расстройством, очень страшная вообще. Говорят, что на некоторые реальные психические расстройства это очень похоже.

Оценка: 8
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Изящная повесть Фёдора Михайловича. Написана в романтико-мистическом ключе. Доппельгангер — один из основных персонажей романтической литературы, часто появлялся у Э. Т. Гофмана. Позже тема двойника найдет отражение у многих авторов, в том числе, у Гоголя, Роберта Л. Стивенсона, Эдгара По. В современной трактовке можно рассматривать как тему раздвоения личности (психоанализ). Двойник часто предвещал смерть героя или кучу неприятностей в романтической литературе.

Если посмотреть по самой повести, то Голядкин — это такой слабохарактерный, задавленный мелкий чиновник, который в сущности не мог защитить себя самостоятельно. Голядкин-двойник полный антипод героя. Повесть продолжает социально-критическую линию «Бедных людей». Если в «Бедных людях» герои задавленные своим материальным и социальным положением сублимировали свои желания в переписку, то в повести «Двойник» все потаенные желания главного героя воплощены герое-антиподе.

Часто произведения о двойниках заканчивались смертью главного героя. В данном случае Достоевский своего Голядкина не убивает, но явно не очень-то ему симпатизирует. Концовка у Фёдора Михайловича изящная и мистическая с неким назидательным уклоном. Сам Достоевский после отрицательных отзывов на эту повесть обострил социальную сатиру, показав отношения власти и подчинённых, а также общество во всей красе. Повесть, конечно, слабее романов пятикнижия, но видно, что мастерство Достоевского быстро росло. И уже это произведение сильнее романа «Бедные люди».

Оценка: 10
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Достоевский для меня очень неровный писатель, поэтому читала я его очень мало. Сначала в школе, как примерная отличница, которой, к счастью, классика была по вкусу, прочитала заданную на лето книгу «Бедные люди». Я совершенно не помню, о чем это книга, но я ее просто вымучила (хорошо, что короткая) и после этого на заданное толстое «Преступление и наказание» у меня уже ни желания, ни примерности не хватило. Но когда подошло время «ПиН» на уроках литературы, книга была прочитана взахлеб, я была полна восторгов, а сочинение об образе Петербурга написано на одном дыхании. И вот после такого контраста я очень долго не решалась почитать еще Достоевского. Сначала отважилась на маленькую «Кроткую». Это было хорошо, интересно, не оставило равнодушной. Так что было решено отваживаться дальше.

И вот в этот раз... Я снова еле вымучила книгу. Соглашусь с Достоевским, тема хороша, мысли Голядкина, его манера разговаривать отлично передают его внутреннее состояние, но форму Достоевский не поймал. Слишком длинно для выбранной манеры повествования, на мой взгляд. Читать мне было откровенно скучно, несмотря на всю мою любовь к копанию и самокопанию личности в художественной литературе, несмотря на то, что я обнаружила юмор у Достоевского (нередко невольно улыбалась, читая книгу). А еще книга трудно давалась, потому что с моим не чувственным, а сугубо рассудочным подходом, это повествование очень тяжело воспринимается. Уже прочитав, я долго ломала голову, как же всё это уложить на разуме, и кое-что придумала.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Был человек Голядкин, который явно испытывал проблемы в общении с окружающими, с дисбалансом между своими желаниями и нравственными ценностями, и даже обращался с этим к доктору, который, кстати, кроме лекарств, советовал ему почаще бывать в веселой компании и немного выпивать. И если сначала раздвоение было незаметно для Голядкина (одна его личность не знала о другой и потому бывала иногда в полном недоумении от реакции окружающих), то наконец, Голядкин-старший увидел Голядкина-младшего. И наглый, изворотливый, не обремененный мыслями о том, что хорошо, а что плохо, Голядкин-младший вытесняет полностью Голядкина-старшего. Финал можно трактовать по-разному. По мне, «старшая» личность уничтожена, а «младшая» осталась в физическом теле и живет припеваючи в том обществе. Но можно и по-другому, хотя мне это меньше нравится: «младший» извел «старшего» и оба они исчезли то ли в сумасшедшем доме, то ли вообще померли, это уже не суть. Вот только не очень укладывается у меня история с письмом Клары Олсуфьевны, но боюсь, письмо это было для «другой» личности и пришло по ошибке «не по адресу». Интересно, что наличие двух личностей Голядкина судя по всему замечал только слуга его Петрушка, хотя, может, я чего-то не поняла. Всё-таки смотрим мы на историю через призму больного сознания.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Итак, милостивые государи, первая повесть из книги прочитана и почти осмыслена. Почему «почти»? Для вашего покорного слуги чтение текстов Федора Михайловича, заметим в скобках, — без должной подготовки и сноровки, — никогда не состоит в дружеской, или хотя бы приятельской связи с полной ясностью.

Что же мы имеем, почтеннейшие судари и сударыни мои? После первого прочтения, которое длилось довольно долго и происходило мелкими порциями, впечатление осталось пренеприятное, а именно тем обстоятельством, что цельности хода событий и соответствующей ему развязки вовсе не обнаружилось. Пришлось вернуться к началу повести и перечитать первые три-четыре главы еще раз. Таким же образом пришлось поступить и с концовкой повести. Не буду в итоге утомлять почтеннейшую публику пересказами неких сюжетных мест, но упомяну лишь, что повесть со второго взгляда и при надлежащем ему размышлении оказалась не лишена присущей ей глубин и смыслов. Сложилось впечатление, что Ф.М. писал это достойное во всех смыслах произведение в молодом, если не сказать больше — юном, возрасте. Хотя достоверно нам то не известно, упомянем лишь имеющее место ощущение, не более того. В соответствующие источники, будь то Wiki и проч. заглянем для сверки позже, дабы не портить чистоту восприятия предлагаемого вам, милостивые государи, отзыва.

В центре повествования рефлексирующий, как часто водится у автора, молодой «маленький» человек, служащий в присутствии. Позвольте вам напомнить, что «присутствие» — здесь имеется как имя существительное и обозначает государственное учреждение славной русской столицы — Санкт-Перербурга. И в один прекрасный день наш господин Г. встречает на улице как бы сам себя — человека во всех деталях и штрихах с ним совпадающего, начиная от имени-фамилии и до полного во всем внешнего сходства. Немудрено, господа хорошие, что повесть так и называется, «Двойник». Не будем же пересказывать далее перипетии нашего героя, в пику автору, который это сделал сам блестяще и во много раз интереснее и завлекательнее.

Отметим лишь, что прочитать первые три-четыре главы следует очень внимательно, для понимания «что же это такое происходит». И далее следовать тем же курсом. Надо сказать, что термин «магический реализм» вполне применимо к упоминаемому нами произведению. Чего-чего, а фантазии автору не занимать. Благо, смеем предположить, что материал ему подвернулся, что называется «из жизни» и прелюбопытнейший.

Касательно языка повести, не станет лишним упомянуть, нужно будет иметь терпение, в особенности для спокойного восприятия множества вводных слов, обращений, фигуральных оборотов и даже, русских пословиц и поговорок того времени. Дарью Донцову, господа хорошие, придется отложить в сторону. Позвольте провести аналогию, имеющее место сравнение подкреплено будет примером: рассматриваете ли вы, держа в руках, вологодские кружева или тако же — в руках у вас будет грубая мешковина. Не оставляет сомнений, что и взгляду, и руке приятнее и о должном уровне мастерства свидетельствует. Но — нужно неторопливое и размеренное вхождение, настройка ума и воли, господа мои. А отсюда — интерес и смыслы приложатся, у каждого свои. Чем повесть и примечательна.

Не смею больше задерживать ваше внимание и драгоценнейшее ваше время, с чем и пребываю, ваш покорный слуга, М.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

В этой повести Достоевский показывает нам двойственность психической природы человека. В сюжете «Двойника» история сумасшествия титулярного советника Якова Петровича Голядкина. Голядкина нельзя назвать нищим; он держит лакея и имеет кое-какие, пусть небольшие, но все же деньжонки; Его должность — помощник столоначальника.

Социальная иерархия самодержавно-бюрократического государства настолько жестока и беспощадна, что Голядкину с его душевным складом, с его натурой, склонной к «смирению», уже никогда не выбраться за пределы его действительно маленького и убогого мирка. Но хотя Голядкин и признает себя «ветошкой», в глубине души он не может смириться с сим позорным званием, и ропщет, и бунтует, и «получается» «ветошка» — «с амбицией», иначе говоря, резкий разлад мечты и действительности приводит Голядкина к сумасшествию.

Но перед нами, разумеется, не клиническая история психического заболевания, а художественный анализ процесса разрушения личности, в основе которого — социальная причинность. Воспаленное воображение Голядкина рождает фантастическое видение. Но какое? Не больше, не меньше как Голядкина-младшего, физического двойника и нравственного антипода героя. Если Голядкин-старший «гордится» тем, что он «не интриган» и не носит «маски», то Голядкин-младший весьма ловко и искусно пользуется всеми средствами самой беззастенчивой интриги и морального, а вернее аморального, маскарада.

И вот уже «новорожденный» Голядкин, эта «копия», «кошмар», «ужас», «самозванец», фантастически быстро «делает» себе карьеру, «добивается» самого благосклонного расположения «его превосходительства» и без труда проникает в недоступный Голядкину-старшему дом статского советника Олсуфия Ивановича Берендеева, где находится недосягаемая для «оригинала» мечта — Клара Олсуфьевна.

Отличная, цельная, глубокая, законченная книга. Достоевский является уникальным писателем.

Оценка: нет
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Интригующее и наталкивающее на размышления, вместе с тем КМК монотонное и несбалансированное произведение.

Сюжет прост, как и подобает поэме(«Петербургская поэма» — одно из встречающихся подзаглавий). Главный герой Яков Петрович Голядкин — мелкий чиновник, — однажды придя на работу, сталкивается с полным своим двойником, сидящим за соседним столом. Таинственный незнакомец(Голядкин-младший) сходен не только внешностью и именем, но и отдельными фактами биографии: приехал из тех же мест, тоже из бедного сословия. Только в отличии от главного героя(Голядкина-старшего) он не обладает такими мешающими в общественной жизни косноязычием, неловкостью и переходящей все границы робостью. Он из тех, кто победитель по жизни — умеющий подмазать начальство, амбициозный и фантастически самоуверенный и наглый. Причём, все интриги Голядкин-младший направляет, как ни странно, против своего тёзки и двойника. О их неравной схватке и повествует весь оставшийся текст.

Как легко видеть по синопсису, главный герой — «маленький человек». И надо признать, один из самых противных на моей памяти. Трудно вспомнить о нём что-то, что не вызывало бы смеха или раздражения. Он меняет свои решения, а заодно с ними и глобальные взгляды на жизнь, под давлением самых незначительных обстоятельств, выражается путано и непонятно, начиная с каких-то значимых для него одного общих фраз, испещряя свою речь звучащими нелепо особенно сейчас старомодными оборотами и словами-паразитами, к людям проникается тёплыми чувствами только когда ему от них что-то нужно или если они припёрли его к стенке, в общем и в целом ведёт себя так, как будто не испытывает к себе не малейшего уважения, вместе с тем не уставая заявлять об обратном. Не очень благостное впечатление о главном герое усугубляется ещё и авторским к нему отношения. Не знаю, прочёл ли я его правильно, но если в юморе, с которым Гоголь описывает Акакия Акакиевича, слышится доброта и сочувствие, за внешне положительными характеристиками Достоевского сквозит в основном издёвка.

В целом, я думаю, основной бедой Якова Петровича является постоянный самообман — нежелание признаться в своих недостатках и тайных нечистых побуждениях. Из-за этого он склонен перекладывать ответственность за свои беды на других, и в результате выработанной этой привычкой паранойи, он всё больше теряет связь с реальностью, и все нечистые побуждения оборачиваются против него. Только кажется ему, что всё это из-за двойника, хотя, в принципе, и тут не всё так чётко — двойник, конечно, личность крайне неприятная, но на многие подлости он скорее наталкивает Голядкина-старшего, чем совершает их собственноручно. Занимательно, что двойник, в общем-то, и преображается в негодяя после того, как Голядкин спьяну упоминает ему о желании «хитрить» и интриганить «против врагов».

Недостаток главного героя весьма распространённый — подчас в тех или иных формах его можно увидеть и в себе. Так что во время прочтения повести точно есть над чем поразмыслить и к чему прикипеть вниманием — так как характер и действия главного героя, не смотря на гиперболизацию основных черт вплоть до карикатурности, выписаны очень правдиво. Другое дело — то, как это сделано порой вызывает неприятие и желание скорее перевернуть страницу(что, впрочем, имеет и положительную сторону — немаленькая повесть быстро читается). Очень большой процент текста уделён внутренним монологам главного героя — не менее, а временами и ещё более бессвязным, чем его прямая речь, с обилием повторяющихся слов, сюсюканий, незаконченных фраз и прочих прелестей. Не всегда это добавляет что-то новое к портрету героя, а продираться через такие дебри не очень-то приятно. Кроме того, недостаточно яркими получились второстепенные персонажи. Как замечали критики, у Достоевского все персонажи говорят абсолютно одинаково. Читая в школе «Преступление и наказание» я этого не замечал, должно быть потому, что не был знаком с таким мнением. Но на примере этой повести могу убедится, что такие претензии не лишены оснований. Более того, речевые характеристики персонажей плавают от сцены к сцене — вначале Голядкин про себя ругает Петрушку, что тот говорит «карету подано» вместо «карету подано-с»(за точность цитаты не ручаюсь), а ближе к финалу тот же Петрушка заканчивает «-с» каждое второе слово. Или доктор Крестьян Иванович Рутеншпиц(кстати, имя напоминает персонажей Хармса) произносит последнюю фразу с сильным немецким акцентом, хотя вначале тот же вроде бы доктор говорил самым обычным образом. Но ладно речь, практически все второстепенные персонажи выполняют одну и ту же функцию — функцию гипотетических врагов или друзей, обернувшихся врагами после интриг двойника, так что в скоплениях этих Филиппов Андреичей и Антонов Антонычей сложно, да и не хочется, разобраться.

Показалось также, повести не хватает кульминации — персонаж так взвинчен и неустойчив, что его беспокойство зарождается уже на странице 70 и довольно ровно, без всплесков — вернее, с регулярными всплесками — тянется до самого конца. Концовка, впрочем, удачна, но без яркой кульминации особого эффекта не производит.

В общем и целом, это умеренно интересное, достойное произведение, но читать его было неприятно — несколько лет назад мне нравились книжки с такими психически неуравновешенными персонажами, но после десятка романов Филипа Дика(который, не удивлюсь, если узнаю, кое-что почерпнул у Достоевского), подобные вещи стали приносить только депрессию(впрочем, надо отдать повести должное, она в этом плане гораздо лучше, чем диковский «Человек с одинаковыми зубами»).

P.S.На прочтение книги меня сподвигла новость об западной её экранизации с Джесси Айзенбергом. Интересно как материал снесёт переименование Якова Петровича в Саймона Джеймса и прочие режиссёрские вольности.

Оценка: 5


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх