Лоуренс Мэннинг «The Living Galaxy»

С использованием заметки для Medium (https://loadeddice.medium.com/live-and-let-the-stars-die-c6697b687584).

С подачи Станислава Лема частенько считается, что Олаф Стэплдон для удобства всех вновь прибывающих в фантастику авторов составил двухтомный каталог ее сюжетов — «Последние и первые люди» и «Создатель звезд» — и заботливо расклеил по ним броские ярлычки. Стиль Стэплдона сух, отсылает к “великим реалистическим романам” XIX века на сотни и тысячи страниц убористого неторопливого текста, которыми полезно подпирать сквозящие двери или окна, и начисто лишен для меня беллетристической привлекательности, так что его работы у меня в формативном возрасте интереса не вызвали; сожалею, что Лем не почтил столь же хвалебным отзывом память Лоуренса Мэннинга, не менее великого визионера ранней НФ и энтузиаста космонавтики, на чье творчество я наткнулся лишь несколько лет назад.

«Живая галактика» написана уже после романа-сборника https://fantlab.ru/work197842#response418462, когда стремительная и кратковечная, точно ракетный запуск, литературная карьера Мэннинга уже переходила на “орбиту захоронения”: рассказы, составившие «Человека, который проснулся», не переиздавались под одной обложкой аж до 1973 г., да и в наши дни творческое наследие Мэннинга редко вспоминают даже в англосфере. Во второй половине 1930-х Мэннинг отошел от литературы и полностью переключился на садоводство (быть может, реализовав таким образом обещание из последних строчек «Эликсира»: «А тем временем позвольте нам вместе с бессмертным вольтером возделывать наш сад»?). Его пособие по уходу за зелеными насаждениями пользовалось (и поныне пользуется) заметно большей популярностью, чем визионерские работы в жанре НФ.

Короткий рассказ «Живая галактика» слегка напоминает https://fantlab.ru/work187146#response470428 Уэллса: несколько неуклюжее, дидактичное и безжизненное, обрамляющее повествование представляет события как выдержку из лекции по истории, прочитанной в очень далеком будущем. В еще большей степени, чем на страницах https://fantlab.ru/work42666#response526961, станет нас тут преследовать иллюзия путевых заметок благообразного натуралиста викторианской или эдвардианской эры, выбравшегося с картографической экспедицией (плавно переходящей в сбор охотничьих трофеев) куда-нибудь в африканские или южноамериканские джунгли. «Город живых мертвецов», признаться, воспринимается куда… живее.

Впрочем, если приноровиться к этому чуть снотворному стилю и не ждать от «Живой галактики» ни молниеносных скачков через галактики и варианты реальности, ни головоломных интриг, как у схожих по некоторым аспектам и масштабу действия «Путешествия “Космического Бигля”» ван Вогта и https://fantlab.ru/work47073#response402009 Джона Райта, челюсть ваша уважительно отойдет в сторону пола: настолько инородно выглядит и шокирует смелостью сюжетных находок эта вещь с поправкой на эпоху, когда бароны Магеллановых Облаков еще погоняли верных лошадок по палубам космических крейсеров. Мэннингу хватает десятка страниц, чтобы соорудить модель больцмановского мозга, а точнее, “мозга Китая”, в масштабе сверхскопления галактик (у него они тут по тогдашней, ныне архаичной, норме называются островными вселенными), и озаботиться философскими следствиями такой конструкции:

Хотя, конечно, этот довод можно парировать уже тем, что численность звезд и планет, соответствующих клеткам мозга, не столь важна, как плотность сети взаимодействия между ними, аналогичного синаптическим импульсам. Живая галактика Мэннинга и выглядит-то изначально из Млечного Пути как войд или подобие Дипольного Репеллера.

У Мэннинга сверхсветовые коммуникации и путешествия невозможны, и любое мышление такого существа по необходимости оказалось бы чрезвычайно растянутым (Джон Райт спустя восемьдесят с лишним лет тоже предоставил своим военачальникам, разумным скоплениям и сверхскоплениям галактик, принимающим для трансляции в человеческий контекст аватарки знаков Зодиака древней Земли, делать ходы на вселенской игровой доске в леденяще неспешном темпе безжалостной эйнштейн-фридмановской физики).

Как растянуто до непредставимого нам уровня прочности на разрыв и терпение бессмертных постлюдей, которые снарядили флот мирокораблей поколений, обустроенных внутри планетоидов. Астероиды не слишком велики, но при острой необходимости хватит и 1/10 их вещества, чтобы превратить такой корабль в брандер, идейно аналогичный Звезде Смерти и Старкиллер-базе из «Звездных войн». А уже одно то, что о подобной возможности подумали загодя, вынуждает вспомнить замечание из «Инсайдера» Юлии Латыниной о том, что самое страшное оружие, как правило, изобретают самые мирные  —  в данном случае постдефицитные  —  цивилизации. 

Мельком указано, что по пути эскадра основала сто семьдесят с лишним колоний, увеличив человеческое, если этот термин здесь приложим, население Местной группы галактик до такой степени, что

Шеффилд в https://fantlab.ru/work40426#response206411 решает практически аналогичную по сложности задачу милосердней, вдобавок, дай Мэннинг себе труд исследовать этот сеттинг в масштабах романа, то, не исключено, предвосхитил бы доводы Робина Хэнсона против успешности такой экспансии.

Впрочем, еще до того, как Бзонн приступил к вспомогательным проектам засева галактических кластеров, человечество «Живой галактики» явно не отличалось острой чувствительностью к потерям, даром что о технологиях резервирования или выгрузки личности в этом варианте истории будущего сведений нет.

«Его дальнейшие поступки вряд ли можно оправдать с научной точки зрения: даже если он предотвратил гибель нескольких миллиардов или триллионов человек, что с того? Всегда можно вывести новых».

Напоследок заметим, что один из редких удачных способов вовсе изгнать больцмановские мозги с пажитей современной космологии и философии науки, не впадая в ксеноцид, заключается в том, чтобы заставить Вселенную распасться из состояния ложного вакуума в антидеситтерову конфигурацию, приговоренную к Большому Сжатию.

Мэннинг на эффекты, называемые сейчас Большим Сжатием, поправок не делал, но его космос неоднократно (для сюжета это важно) объявляется именно замкнутым, с положительной кривизной — в таких моделях оно обычно и наблюдается, хотя и замкнутую вселенную можно заставить расширяться вечно.

В работах праотцов футурологии идея превращения малых планет в космические корабли-ковчеги с атомным двигателем для освоения иных звёздных систем появилась на рубеже 20х и 30х годов в работах Циолковского, Джона Десмонда Бернала и Олафа Стэплдона : эти авторы почти синхронно дошли до такого рода решений, исходя из представлении о конечности (остывании) Солнца и опасности столкновения Земли с чем-то вроде кометы. Предполагалось, что экипаж во время полёта будет или сменяться за счёт рождаемости, или состоять из генетически модифицированных потомков человечества, живущих бесконечно долго. Мэннинг, не выдумывая ничего нового , раскрывает тему для читателей журнальной НФ именно в подобном варианте (обитатели звездолетов у него одновременно и биологически бессмертны, и способны к деторождению), удивляя масштабными картинами межзвездной экспансии. Во второй части рассказа описывается любопытный поединок между человечеством и циклопическим хвостатым монстром, состоящем из атомов-звезд (вероятно это отголосок заключительных глав романа Стэплдона «Последние и первые люди» — там тоже описывается похожий звездный катаклизм). Словно шахматная партия, ведётся грандиозная галактическая битва с флотами планетоидов, взрывами звёзд , колонизацией других планет и полетами за пределы галактики. Причём все происходит черепашьими темпами на досветовых скоростях, не противоречит науке (никаких инопланетян-гуманоидов и свехскоростей!) и длится миллионы (!) лет. Появляется и звезда смерти из лукасовских «Звездных войн»... Автор не особо торопится — герои основывают, к примеру, цивилизацию только ради того, чтобы использовать ресурсы планеты на продолжение космического «крестового похода». Масштабность изображаемого превосходит едва ли не все, что было написано в фантастике за 20й век — только в веке 21 тренд на вполне реалистичную идею досветовой межзвездной экспансии был развит Рейнольдсом и Джоном Райтом. План Циолковского-Стэплдона-Мэннинга по выживанию людей на масштабе миллионов лет продолжает жить на страницах реалистической научной (от слова наука) фантастики.

Небольшой рассказ с большим количеством великолепных идей. Впервые читаю столь ранний рассказ, где ставится проблема Мультивселенной:

«Следующая проблема, стоящая перед человечеством, заключается в том, чтобы выяснить является ли наша конечная группа звездных скоплений, которую мы знаем как «пространство», всего лишь частичкой в бесконечности? Существуют ли, погруженные в темное ничто за пределами нашего «пространства», неисчислимые другие «пространства»? Сможем ли мы добраться до этих других островов в хаосе, пробираясь через беспросветную тьму с помощью гирокомпасов?»

А как вам корабли поколений внутри гигантских астероидов? А колонизация вселенной с их помощью? Ведь на кораблях постоянно размножаются люди — куда девать этих бессмертных созданий?

А Живая Галактика, у которой вместо атомов звёзды?

Автором выявлены три открытия, позволившие Человечеству колонизовать всю вселенную.

Но! При всех плюсах всё же есть элементы наивного — все эти гироскопы, атомные дюзы..., не развилась ещё фантастическая терминология в те времена. И автор явно не различает понятия «вселенная» и «галактика». Правда, это не сильно портит впечатление от прочитанного.

Скажем так, рассказ «Живая Галактика» Мэннинга — это эссе о будущем человечества, где собран ряд интересных идей, которые фантасты воплотили после него.

Тут и живая Галактика (из названия следует), даже Вселенная, краткий курс будущего людской расы, планета-корабль поколений, но... Воплощение этих идей весьма посредственно, а вступление и окончание рассказа так вообще показались мне излишними. Не идет к этому произведению подобный стиль.

Вообщем, можно обойти сие стороной, можно прочитать — но ничего нового из НФ-идей тут не увидите.