Альберт Санчес Пиньоль «В пьянящей тишине»

Начав читать книгу, удивилась имени героя Батис Кафф, почему автор взял имя как у батискафа – аппарат, выдерживающий сильное давление.

И вот, о чем я подумала, закончив читать книгу, а был ли Батис Кафф – Батис Кафом, возможно, автор назвал этим именем своего рода «должность» на маяке. Человек, который противостоял подводным созданиям.

Поначалу, книга меня сильно испугала, и я ее отложила на пару недель, но любопытство взяло верх и дочитала ее на одном дыхании. И все же остались вопросы без ответов:

- Почему животина сбежала от своего племени?

- Почему подводные жители нападали на маяк? Может быть они хотели не людей сожрать, а просто забрать домой свою «женщину»?

- Как долго она жила на маяке? Только с этим Батис Каффом или же еще до него?

Еще в ходе прочтения, я надеялась, что животина начнет обучаться чему-то у людей, очеловечится хотя бы немного, но увы, автор не предоставил ей такого шанса.

В целом книга погружает в жуткую атмосферу. Понравилось то, что автор предлагает нам через гг посмотреть глубже, задуматься, что не все так просто как кажется.

Прочитав, так до конца и не понял своего отношения к данному произведению. К автору здесь нет претензий, свою историю он рассказал хорошо, очень фактурные два человеческих персонажа, ореол страха, атмосфера осаждённой крепости и даже физическое влечение и близость с представительницей скажем так другой расы передано по высшему разряду. Но я отказываюсь верить, что на пороге страхов чего либо неизвестного человек может так оскотиниться. Причём эта трансформация происходит буквально по щелчку пальцев, за одну ночь. Автор в конце книги это наглядно показал. По сюжету есть остров не далёко от Антарктики, но далеко от судоходных путей. Из жителей два человека, незнакомых с друг другом и волей судьбы попавшие туда. Остров совсем небольшой, из строений маяк да домик метеоролога. Мечта для интроверта. И всё бы ничего, если бы по ночам из океанских глубин не поднимались человекоподобные существа и с завидным упорством пытались проникнуть в эти два здания. Мотивы их не ясны, но людей это несомненно пугает и они начинают настоящую войну против этих существ. Ну, а с одним из существ, женского пола они поступают совсем иначе. Причём эти два товарища по несчастью совершенно не похожи друг на друга, однако с этим существом, которую называют животина поступают одинаково периодически то избивая её, то спя с ней. Писал книгу антрополог ему конечно видней, но животину мне было жалко.

Прибыв на остров с маяком и домиком метеоролога, через полмира сроком на 1 год, обнаруживается, что метеоролога нет, он исчез, а смотритель маяка абсолютно голый лежит под одеялом, не понимая, как объяснить, где бывший метеоролог, ну что ж, остаёмся поработать...

Капитан уплывает, начинается бесконечная история на одиноком маяке,…

А потом пришла ночь, и пришли они, жители моря, борьба за жизнь, борьба со смотрителем маяка, борьба с памятью и прошлой жизнью ирландца в воспоминаниях, как и почему он оказался на острове, ... но как жить дальше с агрессивными жителями океана за окном домика метеоролога, это вопрос, и это интересно…

А потом были бесконечные бессонные ночи уже на маяке, 18+ и бесконечные сражения непонятно по какой причине и с какой целью, и разгадка совсем вроде рядом, надо только понять, кто она, кто они, и может ли зародиться любовь между существами разной расы…

Финал заставил застыть в прострации и долго‑долго думать о будущем Камрада, как он там?...

©️В ад человек попадает не сразу, он опускается туда постепенно, маленькими шажками©️

⠀

Этот чертовски завораживающий роман так же известен у нас в стране под названием «Холодная кожа». Хотя, «известен» — слишком громкое слово. Его лишь однажды выпустили небольшим тиражом, и с тех пор ни разу не переиздавали. Не смотря даже на просьбы критиков, заявляющих, что это лучшее и самое увлекательное чтение для всех возрастов, объединяющее стремительное погружение в сюжет и переплетение с мировой классикой вроде Джойса или Вульф

⠀

Этот роман невозможно читать долго-его хочется проглотить за один присест, что, собственно, я и сделал, возвращаясь из Питера на поезде.Во первых, потому что книга весьма короткая(что не умаляет множество смыслов, заложенных в её суть).А во вторых, потому что книга ещё и дико страшная.Пиньоль, на моей памяти, первый из заигрывающих с лавкрафтианским ужасом писателей, которого хочется назвать не подражателем, а продолжателем и наследником стиля Говарда Филлипса

⠀

Мистические элементы в книге описаны настолько детально, убедительно и скрупулезно(даром, что автор сам ученый-антрополог), что безоговорочно веришь всему происходящему.История, как и завещал Лавкрафт, подаётся от первого лица с помощью дневников, и таким образом читатель сродняется с героем.Потому когда персонажу страшно, становится страшно и тебе;когда же он начинает подозревать, что сходит с ума, то ты и сам начинаешь волноваться о своём душевном здоровье.Самое пугающее здесь: конфликт человека науки, убежденного прагматика, с его разумом и хтонической жутью, которой способна наполнить голову одинокого человека наша безразмерная неизведанная вселенная

Мощный дебют. При минимальном числе сущностных персонажей на клочке суши автор развернул страсти- мордасти. Технически это высокий класс и дальше — с ростом персонажей и пространства ему было только легче. Роман идейный — про расчеловечивание на фронтире — как, отчасти, и Пандорра в Конго. Легко интерпретируем и на символическом уровне: о бесах и чудовищах, что атакуют любовный треугольник. С эффектным кольцевым финалом, а его дитеныш Треугольник оборотнем потом вернулся в книжке о грибах. Мастер

Сначала прочитал «Пандору в Конго». Эту книгу я оценил в 9 баллов. Затем, из рецензий других читателей, узнал, что есть и некая «Холодная кожа» из этого же цикла, но похуже «Пандоры».

Начал читать. Начало достаточно интригующее: остров где-то недалеко от Антарктики, пропавший метеоролог, странный смотритель маяка, какая-то странная деятельность этого смотрителя...

Очень рано появляются монстры. И их появление тут же разрушает зародившийся было интерес. Дальше всё довольно банально и предсказуемо. Монстры очень похожи на лавкрафтовских Глубоководных — но гораздо проще и примитивнее их. Просто человекоподобные водяные твари, не демонстрирующие ни ума, ни организации. Конечно, Пиньоль мог их придумать и без влияния Лавкрафта: как-никак, архетипы, сказки про русалок\тритонов и т.д. Герои бездумно и яростно сражаются с этими монстрами, которые просто безумно прут на них, как зерги. Тут уже намечается явное сходство с зомби-апокалипсисами, которыми кинематограф уже изрядно задолбал.

Два героя медленно сходят с ума в этой беспокойной и тяжелой атмосфере. А тут еще и подводная девушка, почему-то отказавшаяся от общества себе подобных... Влечение героев к подводной девушке, опять-таки, очень напоминает Лавкрафта... Больше ничего особенного не происходит. Они отстреливаются от лягушанов, поочередно спят со своей пленницей, бредят о чем-то... ГГ то и дело что-то вспоминает...

Как сценарий к фильму какой-то, ей-богу... Чего в этой книге бестселлерного — ума не приложу. Обычная «пыщь-пыщь-фантастика», какой написаны тонны еще со времен Берроуза (и далеко не лучшая), просто с туманной философской размазней (очень небольшой притом).

Очень надеялся, что, как и в «Пандоре», будет внезапная развязка. Скажем, что это приснилось герою в кошмаре или привиделось в горячечном бреду. В пользу этого говорит и малая правдоподобность происходящего, и непонятные действия героев, и странное имя смотрителя, и образ подводной красавицы, словно вышедший из глубин бессознательного... Но нет. Не кончилось почти ничем. Просто герой стал новым Батис Каффом...

Единственное, о чем я задумался, прочитав книгу: а может, и Батис Кафф был не первым Батис Каффом на острове?..

Прочитал «Холодную кожу» Пиньоля сразу после «Молитвы к Прозерпине», так что был заранее настроен не столько на резкий сюжет или зрелищность, сколько на внутреннее погружение — ещё одну попытку автора разобраться не в персонажах даже, а в самом человеке как культурном феномене. Меня интересовало не «что будет дальше», а «почему мы поступаем именно так» и тут Пиньоль, как всегда, справился на отлично.

Конечно, кто-то погружается в такие книги за ужасами, мраком, монстрами из глубин — и, вероятно, уходит разочарованным. Но я искал трагизма, человеческой грани, метафоричности формы — и получил именно это. Простота сюжета оказалась даже преимуществом: без лишних конструкций, сосредоточенно, как в лабораторном эксперименте, автор разворачивает историю как исследование человеческого восприятия «другого», одиночества, власти, сосуществования и страха.

Персонажи прописаны ярко, с изломом, с недоверием к самим себе. Их мотивации не придуманы чисто «для галочки» — они противоречивы, сломаны, как и должно быть в реальности. Особенно зацепило как тонко и болезненно показано распадание внутреннего «я» — сначала едва заметное, а потом — необратимое.

Холодная кожа — это явно не ужасы, но об отчуждении. О том, как мы проецируем свои страхи, потребности, агрессию и нежность на «другое», не вписывающееся в наши координаты. И о том, что порой ужас — это не то, что приходит извне, а то, что вызревает внутри нас, когда мы сталкиваемся с тем, чего не можем понять.

Это не «интересная» книга в развлекательном смысле. Она тягучая, даже вялая в каких-то эпизодах. Но в этом её сила: она даёт пространство для размышлений.

Ожидал глубины — и получил именно её. Без прикрас и заискиваний.

Почему: небольшой объём романа; лавкрафтианские мотивы; смотрел экранизацию; невероятный международный успех романа в своё время; вроде бы читал положительную рецензию в «Мир фантастики»

В итоге: роман, написанный антропологом. И это прекрасно — повороты сюжета, благодаря непрофессионализму (в хорошем смысле) сложно предсказать.

На первый взгляд — это герметический сурвайвл-робинзонада. Двое на необитаемом острове, полчища чудовищ.

Дальше — метафоры колониализма и философия на тему всеобщего непонимания.

В конце — «дурная» бесконечность происходящего и неожиданно мысль о том, что все бабы стервы.

В качестве острой приправы — достаточно стыдливо описанный межвидовой секс.

Присутствует пара банальных и невразумительных сентенций в духе Ремарка.

Международный успех романа мне решительно не ясен. Скорее всего, это был такой очередной маркетинговый ход. Автор — каталонец и учёный, давайте его раскрутим.

Пересмотрел экранизацию. Вот она — очень атмосферная. Несколько упрощена и купирована по сравнению с романом, но смотрится хорошо.

Второй роман из концептуальной дилогии Пиньоля «Страхи» читать буду, но, видимо, не очень скоро.

У меня сложилось неоднозначное впечатление от книги.

Я считаю, что в романе виден стиль начинающего, но уже многообещающего писателя. Немногословно, ярко, атмосферно.

Другое дело — о чем этот роман...

На днях я взялась за «Гоген в Полинезии» Бенгта Даниельссона. Очень прикольное чтиво! Гоген в 43 года отправился на Таити в поисках неиспорченного цивилизацией уголка рая на земле, где туземцы ведут праздную жизнь, ходят голыми, резвятся как дети, ни в чем не нуждаются, бананы сами падают с веток и т.д. и т.п. Реальность подкачала... Девицы щеголяли в бесформенных платьях (спасибо миссионерам), чтобы добыть еду нужно было обладать определенными навыками (бананы так вообще росли на обрывистых склонах, куда ходить опасно), девушки за интим требовали подарков, и побольше, короч, рай оказался «порченым».

Вот пока читала Пиньоля, даже думала, может, я по рассеянности с Даниельссоном перепутала? Лягушаны «лучше нас», они-де ближе к природе, живут беззаботно, резвятся на острове или в корпусе затонувшего корабля... Главное, о той самой праздной жизни жителей морских глубин герой знает столько же, сколько Гоген о туземцах до поездки на Таити. И больше знать — не стремиться. Типа, «лучше я полежу, помечтаю». Тем не менее, они — лучше, они не испорчены цивилизацией. Доказательсва? Ну вот животина ходит голая, а что — голая синяя баба, но какие бедра!!!!

Лягушаны не оставляют раненых на поле боя. А Кафф не прикрывал спину герою? Только Кафф — вонючий, волосатый австриец, а вот лягушаны... Какие бедра!!!

В общем, поскольку прелести самки лягушана на меня не произвели впечатления, я никак не могла понять что же не устраивает героя в человеческой природе. Ну, или конфликт между двумя людьми на необитаемом острове прописан слабо.

Я к чему... Поза разочарованного в жизни вообще, и в европейской цивилизации в частности многообещающего писателя, которому вот позарез захотелось уединится с природой ( и симпатичной туземкой) на необитаемом острове, чтобы отдохнуть от цивилиpации, но ящик с тушнкой, ноутбук, ветрогенератор, подключение к интернету, аптечку, одежду, обувь, репеллент против комаров, каталог товаров почтой и последний альбом Dark Tranquillity оставьте там в углу... Ну, это уже такой штамп... Иногда мне думается, что такую позу многие принимают чисто автоматически, типа,... модно.

А хотелось бы чего-то свежего.

Крайне необычное фантастическое произведение. Но взялся то я его читать, думая, что это не фантастика, а психологически мистический триллер. Психологический триллер, это да, но мистика тут какая-то фантастическая, точнее это и есть обычная фантастика, хоть и очень своеобразная, немного чуждая нам.

Говоря по существу, если разобрать по мелочам произведение, то его фантастическая часть разбивается в пух и прах. Начиная с того, что омохитхи описываются совсем не правдоподобно. По законам эволюции такие существа не смогли бы жить под водой. Автор вообще проходит мимо вопрос как они дышат под водой. По описаниям у них отсутствуют жабры, они дышат также легкими, но как тогда они задерживают воздух в своей основной среде обитания – в океане. Как? А строение тела? Оно опять же не особо подкреплено твердой аргументацией. Вопросы в пустую, автора мало интересуют такие мелочи, он и не думает их прорабатывать. Изюминки настоящей научной фантастики в данном романе отсутствуют.

Акцент ставится совсем на другие вещи. В первую очередь это психологизм одиночества, герой убегает от человечества. Во вторую, я думаю, это страх, всё вертится вокруг него, он главный двигатель романа. Но мы узнаем, что страх бывает разным и к разным последствиям может привести.

Мне не хватило в романе, наверное, именно атмосферы одиночества, ведь такое манящее название первого русского издания «В пьянящей тишине». Оно настраивает на особое настроение. «Холодная кожа» по существу и ближе к тексту. Наверное, именно из-за ожидания немного другого у меня подпортилось, хоть и самую малость, получаемое удовольствие во время чтения.

Концовка лично для меня тяжеловатая, какая-то гнетущая и обреченная. К сожалению, Пиньоль не дает лучика надежды.

Редкий автор, работающий в «тёмной» литературе, способен обойти стороной исследование человеческих страхов. Одни с помощью своих героев изучают фобии, другие выворачивают наизнанку психологические портреты персонажей, освобождая из недр подсознания их тайны и пороки, а кому-то интересен лишь внешний уровень — нарисованная картинка с жуткими чудищами. На страхе и держится жанр, так что препарирование этой эмоции будет вестись до тех пор, пока существует хоррор. То есть, всегда. И людям, на постоянной основе включившим в свой литературный рацион саспенс, нужно лишь выбрать среди многочисленных авторов тех, кто увереннее других обращается со скальпелем, кто ориентируется во внутренностях жанра, кто может потянуть за нужные нервы-веревочки, чтобы окатить читателя долгожданной волной мурашек.

Тему страхов Альберт Санчес Пиньоль задумал одолеть в три шага. Причем сделать это на фоне контакта человека с неведомым и фантастическим. Во второй книге условной трилогии — «Пандора в Конго» — людям противостоят подземные существа тектоны. В третьей автор обещает угрозу с неба. А началось все с тварей, вышедших из воды. Дебютный роман Пиньоля поначалу прошел незаметно, однако этому было простое объяснение: проживающий в Барселоне автор принципиально пишет только на каталонском. Но стоило книгу перевести, как он в одно мгновение стал мировой знаменитостью. Впервые на русском роман вышел под названием «В пьянящей тишине», что вкупе с аннотацией несколько путало читателя. Ведь тишина на уединенном острове иллюзорная, ее хватило на полторы главы. А потом из моря появились те, кого наверняка признал бы дедушка Лавкрафт, и со спокойствием можно было попрощаться. Поэтому заголовок «Холодная кожа» подходит книге гораздо больше.

На затерянный в южных широтах Антарктики остров прибывает новый метеоролог. Остров совсем мал, кроме скал и леса тут есть только маяк да хижина. Отличное место, чтобы наедине со своими мыслями отработать годовой контракт. Но все оказывается не так просто. Предыдущего метеоролога в хижине нет — как нет и на острове. Смотритель маяка оказывается невменяемым типом, из которого невозможно выудить хоть какую-то информацию о пропавшем человеке. Более того, в хижине метеоролога погром и запустенье, а маяк превращен в крепость, точно в ожидании осады. Но несмотря на все недобрые предзнаменования, герой решает остаться на острове, и сопровождавшая его команда уплывает. А Пиньоль не откладывает развитие событий в долгий ящик и в первую же ночь знакомит читателя с омохитхами или лягушанами.

Пиньоль утверждает, что придумал монстров на какой-то скучной лекции еще в университетские годы, хотя поклонникам «Мифов Ктулху» сложно будет не узнать знакомые черты. Но если за рыболюдьми всегда ощущается присутствие чего-то Древнего и Великого, то лягушаны сами по себе, без какой-либо внутренней мифологии.

С появлением глубоководных агрессоров жанровые маячки произведения сменяются в первый раз. Если начиналось все как философская притча о человеке, бегущем на край земли от жестокого мира и душевных терзаний, то уже к третьей главе перед нами «выживательный» хоррор с элементами лавкрафтианы. Сообразив, что долго в своем ветхом жилище он не продержится, герой ищет убежища на маяке. Вот только смотрителю по имени Батис Кафф эта идея совсем не нравится. Однако людям все-таки удается объединиться, и роман снова меняет курс, превращаясь в боевик.

Метеоролог и смотритель маяка, воспитанный отшельник по собственной воле и полубезумный мужлан, ирландец и австриец — будучи совершенно разными людьми, герои вынуждены существовать бок о бок, продолжая дело Роберта Нэвилла из романа Ричарда Матесона «Я — легенда». Ночью они отбивают атаки полчищ монстров, а днем ремонтируют укрепления, ставят ловушки и готовятся к очередной осаде. Через какое-то время похожие сцены отстрела лягушанов начинают напоминать один и тот же уровень компьютерной игры, создатель которой не брезгует некоторыми условностями. Пиньоль иногда слишком свободно обращается с реальным временем, растягивая его в своих нуждах, например, чтобы дать героям возможность перетащить динамит из затопленного судна до прихода темноты. Нескончаемая война с морским народом хоть и выглядит однообразно, но хорошо передает напряжение и безысходность, что нависли над маяком. И тут на первый план выходят отношения. Сбивающие с толку чувства, ведь Пиньоль фактически предлагает читателям любовный треугольник, третьей вершиной в котором становится Анерис — представительница лягушанов. Ненависть, отвращение, привязанность, похоть, ревность… Ломая характеры героев, Пиньоль убедительно доказывает, что за короткий срок человеческое существо может дойти до вещей, которые недавно казались невозможными.

Несмотря на более чем скромный объем, книга предполагает несколько «прочтений». Кто-то увидит незамысловатый 3D-шутер или зоофилические фантазии больного автора. Кто-то будет наслаждаться атмосферными описаниями скалистого острова или вместе с героями сходить с ума из-за того, что хорошее и плохое, оказывается, так просто может поменяться местами. А кто-то присмотрится к затронутым Пиньолем страхам, где страх перед неведомыми монстрами из глубины — самый простой.

Ну, что тут скажешь? Начало оказалось многообещающим. Действительно, чувствовались некие лавкрафтовские мотивы, а также присутствовала весьма необычная центральная тема. Определенные надежды на светлое будущее внушал и ирландский фон главного героя, его постоянные флэшбеки и взаимосвязь с текущим местоположением. Однако затем... все стало очень однообразным. Развитие сюжета вскоре застыло на одном месте, на котором оно и находилось до самого финала. Каждая страница — это либо совокупления с одним ксеноморфом, либо отражение атак других ксеноморфов. Развитие характеров героев также оставалось на уровне первых глав. При этом не было совершенно никаких прояснений того, что там происходит и каковы причины. Роман явно не является абсурдистским, чтобы пренебрегать столь важными вопросами. Но хуже всего оказался сам финал, который отказался от всего, к чему подводило повествование на протяжении всего произведения. Все темы, которые затрагивал автор, оказались в конечном счете без ответа. Меня это сильно огорчило.

Мне реально непонятно, зачем в конце двадцатого века писать так, словно живешь в его начале. И ладно бы автор в качестве объекта подражания выбрал бы талантливого писателя — так ведь нет, идет явный закос под Лавкрафта, а при всей его культовости Говард Филипс был паршивым сочинителем. Но если вы думаете, что Лавкрафт писал коряво, то поверьте — Альберт Санчес Пиньоль даст ему сто очков форы, как будто говоря «Подержите мое пиво». Он даже написать нормальную стилизацию не может, и итоговый продукт получается хуже, чем у мечтателя из Провиденса — у того хоть идеи какие-то оригинальные были, а Пиньоль даже этим похвастаться не может.

В принципе, нет смысла упоминать логические или сюжетные дыры (вроде нескончаемого запаса топлива для маяка, к которому корабль подходит раз в год, или нескончаемых же запасов патронов): их так много, что хоть о какой-то степени реализма говорить не приходится, это воспринимается как игра в стиле башенной защиты либо как самая идиотская притча в мире.

Проблема в том, что в этой притче нет сюжета. История, которая могла бы увлечь читателя, просто отсутствует, ибо автор забыл ее написать, увлекшись описаниями потрахушек с рыбами. Читать же написанные воляпючным языком невероятно скомканные околофилософские рассуждения героя просто муторно, как будто кто-то пьяный начинает рассказывать тебе за жизнь, поминутно теряя нить разговора и вставляя для респекту и невпопад умные слова. Невозможно хоть как-то всерьез воспринимать притянутые за уши и чрезвычайно грубые аналогии — вроде сходств борьбы героя с английскими оккупантами с непрекращающимся наступлением рыбов на остров.

Занятно то, что описание рыболюдей не имеет никакого смысла — автор не упоминает, к примеру, наличие у них жабр, которые ну никак нельзя было пропустить. Обладая перепонками между пальцев и будучи глубоководными существами, чудища ловко лазают по деревьям и даже по гладким стенам маяка, а самка морских чудищ точь-в-точь обычная человеческая женщина, только без волос. Кто-то у нас тут явный перверт...

В целом книга уныла, герои беспросветно унылы, единственное светлое пятно — роман небольшой, скорее растянутая повесть «как я провел это лето», написанная подростком, мучающимся пубертатом и тривиальными тинейджерскими проблемами.

Прочитал роман и первым делом полез уточнить биографические сведения об авторе — было полное ощущение, что роман написан в традициях и стилистике фантастики образца начала XX века. Тягучее вязкое повествование с тягучим и вязким смыслом. Густота и вязкость которого такова, что не сразу просачивается в черепную коробку, а просочившись, не сразу заполняет все пустоты и закоулки сознания.

Да, и в самом деле это скорее притча, нежели событийно-смысловое повествование. Но в моём понимании это притча о ксенофобии и ксенофилии одновременно. Ксено_фобос, ксено_деймос и ксено_филос — вот три смысловых спутника, вращающиеся вокруг содержательного материнского тела. При этом настоящими чужими друг другу являются не только существа разных биологических видов (да ещё и обитающие в разных средах) — с этим как раз всё понятно, — но и даже два человека, два homo и два sapiens, воплотившие в себе всё человечество, стали друг другу по-настоящими чужими. Да зачастую так оно и есть — с нашей урбанизацией и стремительным темпом жизни люди и в «обычных» городских условиях чувствуют и ведут себя по отношению друг к другу настоящими враждебными чужими и хищными. И обозначенный в романе даже робкий намёк на возможность взаимопонимания между этими разными видами — человеком и лягушанами — только лишь усиливает эту идею Пиньоля — с чужими и зачастую враждебными нам порой бывает легче договориться или хотя бы понять друг друга, нежели с самими собой — людям с людьми. Вот такой подтекст вылез у меня после прочтения этой занятной книжки.

Очень красивая, жёсткая, простая (и притом внутренне сложная) аллегория на тему современной Европы. Фантастическое в «Холодной коже» — лишь маска проблемы «чужих», выступающих в книге как человекоподобные амфибии, атакующие субантарктический остров.

Два героя — ГГ и Батис Каф, — представляют две крайние точки зрения на пришельцев. Для Батис Кафа они — чудовища, от которых надо отбиваться, которых надо уничтожать. А ГГ пытается понять их, понять отношение глубоководной девушки Анерис к себе, наконец, понять самого себя...

Вопрос «Можно ли ужиться с амфибиями?» остаётся открытым. Каждый решает его сам и по-своему. Польза книги в том, что она заставляет думать.