Жоржетта Геген-Дрейфус «Как бездомная собака»

В книге Жоржетт Геген-Дрейфюс, французской «писательницы-коммунистки», три главных героини. Сиротка Элизабетта, дама лет тридцати Сесиль и ее пожилая тетя Роза. Время действия — Франция начала 50-ых. Сесиль — преподавательница, живущая в собственном сельском имении, небольшом, но процветающем. Она — вдова, ее муж, профессор, был арестован гестапо и погиб в концлагере. Решение обзавестись приемной дочуркой возникло у Сесиль за два года до начала повествования, о детях она, собственно, никогда не мечтала, но обратившись в службу Попечения сирот, предъявила ряд требований: девочка должна быть миленькой, умненькой и воспитанной. Мадам из службы предложила ей познакомиться с Элизабеттой. Та вроде бы соответствовала по всем параметром, однако история девочки сразу насторожила Сесиль. Мать бросила Эли в 1943 г. И Сесиль тут же уточнила у мадам Бержье, а не является ли сирота дочерью немецкого оккупанта? Мадам ответила, что точных данных об отце девочки нет, мать пропала бесследно, она сообщит, если удастся узнать подробности. И вот спустя два года она их узнает: да, Эли — дочь немецкого офицера, с которым ее мать бесстыдно завела роман, забыв о муже-военнопленном и двух детях.

Сесиль приходит в ужас, она начинает испытывает к девочке чуть ли не отвращение, к любой невинной проказе относится как к проявлению будущих садистско-немецких наклонностей. Оправдывает она это тем, что ее муж погиб от руки немцев, она не может забыть и простить и т.п. Теткины разумные увещевания и доводы она принимает умом, но тут же о них забывает, бросив косой взгляд на несостоявшуюся приемную дочь. Естественно, Эли все чувствует, мучается, не понимает, что случилось, в чем она провинилась, почему «мамочка» ее так стремительно возненавидела.

Вообще, книга производит странное впечатление. История мужа Сесиль вызывает недоумение. Ну, живешь ты в оккупированной стране, не нравится тебе все это — так иди, вступай в Сопротивление, борись с ненавистным врагом. Ан нет, месье профессор не придумал ничего умнее, как с университетской кафедры заявлять о своих стремлениях к свободе и ненависти к тирании. Упрашивания родных и близких поскорее сбежать и спрятаться, он гордо отвергает, как будто сознательно включив механизм самоуничтожения. Сесиль — по идее персонаж не отрицательный, но на протяжении всей книги я так и не смогла проникнуться к ней симпатией. У этой ученой дамы есть отвратительная (на мой взгляд) привычка — лупить Эли по щекам в наказание за дерзости. А потом возмущаться тем, что девочка не таит зла за пощечины и не смотрит на «маму» волком после экзекуций...

Кто мне понравился — тетушка Роза, женщина добрая, мудрая и терпеливая, несмотря на жизненные горести и тяжелую болезнь. Если бы не она, Сесиль явно осталась бы злобной одинокой вдовой. Роза ей и мозги вправила, и личную жизнь устроила, буквально заставив встретиться с бывшим воздыхателем, который, на счастье, оказался милейшим человеком, в конфликте из-за девочки сразу принявшим сторону Розы.

Из этой небольшой повести я с интересом узнала некоторые подробности работы французских социальных служб. Детей-сирот всячески опекали, в детских домах старались не собирать, а отдавали в семьи, в основном крестьянские. Понятно, что в послевоенные годы жить у крестьян было все-таки посытнее, чем в городе. Опекунам платили совсем небольшие деньги, но за детьми служба Попечения пристально следила, снабжала добротной одеждой, заболевших тщательно лечили и бесплатно отправляли в санатории. В воспоминаниях Эли нет мук голода и холода, лишь душевные раны от своей «брошенности».

Финал у повести — как у нормальной детской книги. Трогательно, поучительно, интересно.