FantLab ru

Майкл Муркок «Английский убийца»

Рейтинг
Средняя оценка:
6.81
Оценок:
49
Моя оценка:
-

подробнее

Английский убийца

The English Assassin

Роман, год; цикл «Джерри Корнелиус»

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 9

Входит в:



Издания: ВСЕ (2)

Финальная программа
1994 г.

Издания на иностранных языках:

The English Assassin
1973 г.
(английский)




 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по актуальности | по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

С использованием заметки для Medium (https://bit.ly/3D9J02A).

В этом году «Английскому убийце» стукнет полвека, и эта книга — будем откровенны, далеко не лучшая в карьере Муркока (как и весь цикл о Корнелиусе) — неожиданно исполняется насущной значимости. Нынешнее состояние “заката России вручную” уместно сравнить с деградирующей Британской империей, какой описана она в «Английском убийце». В конце-то концов, Россия и Британия — не менее удачный пример клиопатологической пары, чем привлекший этою весной внимание всего мира восточнославянский: заклятые соперники, воротящие друг от друга носы, почти во все периоды новой и современной истории, кроме… двух мировых войн, а эти последние-то и оформили эродирующий ныне порядок.

«Я слонялся вокруг да около, пытаясь понять, что с этим веком пошло не так. Я хотел выяснить, что Британская империя сотворила с миром, в котором мы все живём сейчас. Разумеется, на мой тогдашний взгляд империализм — подлинное исчадие ада», говорил Муркок в интервью Колину Гринлэнду.

Закат альтернативной Британской империи 1970-х по Муркоку Гринлэнд определяет как “консервативную утопию паровых машин, аэролётов, Кристал-Пэласа и дизайнов работы Мухи и Макинтоша”. Понукаемые историческим детерминизмом, главные персонажи испытывают темпоральное отчуждение, чувствуют себя затерянными или дрейфующими во времени. Повсеместны, как на фотоснимках из осажденного Мариуполя и вокзалов Восточной Европы, образы (у Муркока — не только женской, но и мужской) беспомощности и младенчества. Эпиграфы и фрагменты новостей отмечают смерти (и чудесные исцеления) детей, мемуары повествуют о том, как детство в дни войны способно повлиять на взрослых.

В заключительной речи перед апелляционным судом, незадолго до изгнания, принц Лобковиц из «Английского убийцы» ставит нелицеприятный диагноз социуму, который побоялся прописать себе «Лекарство от рака»:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
В наших домах, деревнях, больших и маленьких городах, у наших народов время движется вперед. Каждый человек прямо или косвенно будет вовлечен в исторический отрезок времени, равный 150 годам — до рождения, во время своей жизни и после смерти. Часть своего опыта ему передадут родители и другие взрослые люди и старики; часть опыта он приобретет во время своей собственной жизни, и этот опыт станет частью того, который он передаст своим детям. Итак, продолжительность жизни одного поколения равна 150 годам. Такова продолжительность нашей жизни. Наше поведение, предрассудки, мысли, предпочтения являются результатом пятидесяти- или шестидесятилетнего периода до нашего рождения, подобным же образом мы влияем на пятьдесят последующих лет после нашей смерти. Понимание этого заставляет такого человека, как я, считать, что изменить сущность общества, в котором живу я, невозможно.

Действительно, было бы неплохо, если бы Россию, Британию, США и нынешние полигоны их совместных спецопераций колонизировало поколение, которое еще не приобрело дурных привычек предыдущего и не передаст своих невыносимо архаичных, как для раннекосмической эры, привычек следующему — поколение, способное достичь цели даже под тираническим нажимом конформизма.

«Размышляя о методах: кажущиеся случайными репликами намёки, заголовки глав и проч. Вот почему, даже если кажется, что читатель не помнит определённой отсылки, то при встрече с ней она представляется знакомой. Заголовок (А) будет отсылать к событию из заголовка (G). Этим создаётся поток вместо традиционной нарративной динамики, в то же время уничтожаются ограничения линейного нарратива — то есть «нелинейное» не равнозначно «случайному». Книги — любой вид искусства — обязаны обретать форму, но форма может быть весьма разной... Это попытка описать и драматизировать моё собственное видение — нелинейное. Я вижу столько возможностей одновременно, что не могу выбрать одну и ту же, да и не хотел бы. Меня не смущает множественность, я ею наслаждаюсь», комментирует Муркок хаотичную и одновременно грациозную манеру письма этой своей артурианы. Да-да, Джерри Корнелиус, выброшенный на берег моря у Тинтагеля и спасенный Уной Перссон, большую часть книги отправляет именно функции короля Артура в авалонском гибернаторе:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
— Видишь ли, у них есть легенда, говорящая, что, когда ты проснёшься, мир и красота вернутся.

— Ну, очень благородно с их стороны. Не думал, что я настолько популярен.

— Ты бы и не был, если б не то обстоятельство, что за последние десять лет ты не сделал ровным счётом ничего. Джерри, мальчик мой, из таких, как ты, героев и делают!

“Нам предстоит ехать очень долго”, меланхолично сообщает Кэтрин Корнелиус Себастьяну Очинеку, освобождая его из тюрьмы. «Изменение человеческого типа и тому подобное. Возможно, это вовсе не революция в конце концов».

Оценка: 9
–  [  1  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Классический «театр абсурда», когда в чередовании лиц и событий крайне сложно уловить какой бы то ни было намёк на сюжет — да, вероятно, это и не нужно по замыслу автора...

Только вспоминаешь: «А-а... полковник Пьят... он же был в книге Икс... а Уна Перссон, кажется, из книги Игрек взята... а Бастабль оттуда-то, а Орелли...» И что все эти ребята делают? Собственно, ничего. Палят друг в друга напропалую, устраивают себе big bang (во всех смыслах, в т.ч. и неприличном — автор настолько неаппетитно выписывает эти вещи, что уже и читать-то не особо хочется).

Зачем все это надо?.. Низачем. Только чтоб мы поняли: наша собственная жизнь — так же абсурдна.

(Хотя я лично — предпочту Хармса и Ионеско, сказавших то же самое чётче и лаконичнее).

...а сам Джеремия Корнелиус — эдакий помешанный на сексе и рок-музыке, пофигистически относящийся ко всему супершпион и одновременно — паяц, своим шутовством, тем не менее, изменяющий мир (к лучшему или не к лучшему, это другой вопрос)... вполне вероятно, что именно он явился прообразом всем известного Остина Пауэрса.

Оценка: 6


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх