Аластер Рейнольдс «Feeling Rejected»

То, что сотворил Аластер Рейнольдс в этой крошечной зарисовке, — это отдельный сорт чистого, концентрированного академического сарказма!

Перед нами сухой, до зубного скрежета реалистичный отчет научного рецензента (того самого легендарного «Рецензента №2», кошмара любого аспиранта) на статью об открытии цивилизации II типа по Кардашёву. И кому, как не самому Рейнольдсу — бывшему астрофизику Европейского космического агентства, собаку съевшему на реальных публикациях, — знать всю ядовитую подноготную академического мира?

С первых же строк текст заставляет ехидно ухмыляться. Чего стоит один только парад аббревиатур! Наблюдательная сеть SWINE (буквально «свинья») и проектируемая гравитационная решетка с нелепо-честным названием OLGA (Obscenely Large Gravity Array — «Возмутительно большая гравитационная решетка»). Это же великолепная шпилька в адрес современной мании называть телескопы и детекторы с натужной монументальностью вроде Very Large Telescope или Extremely Large Telescope — Рейнольдс просто довел тренд до логического финала.

Но самое восхитительное прячется в деталях, рассчитанных на внимательный и въедливый глаз. Если присмотреться к авторам цитируемых работ, быстро понимаешь, что Рейнольдс устроил настоящий орнитологический карнавал: Whimbrel (кроншнеп), Chukar (кеклик), Francolin (франколин/тупач — родственник фазана), Bataleur (орел-скоморох), Smew (луток), ... Все до единой фамилии исследователей будущего — это птицы! То ли намек на постчеловеческую цивилизацию с клановыми «стайными» прозвищами, то ли просто виртуозная писательская шалость для читателей естественно-научного журнала.

А как изящно спародирован научный аппарат! Перенести звёздную астрофизику на социологию ксенокультур — это просто блеск. «Культурная диаграмма Герцшпрунга — Рассела», где вместо светимости и температуры откладывают информационную емкость и радиус освоенного пространства, или «асимптотическая ветвь сингулярности» (привет реальной асимптотической ветви красных гигантов) — от этих терминов у любого человека с естественно-научным бэкграундом разольется тепло по сердцу. И вишенкой на торте — фирменные рецензентские шпильки вроде безжалостного «Я согласен с первым предложением» (после того как авторы признались, что их методы не несут новизны) или обязательного дежурного занудства в духе: «Подпись к Рис. 6 перепутана с Рис. 5».

Однако за этой искрометной сатирой прячется потрясающая, почти лавкрафтовская по своей безысходности экзистенциальная драма. Задумайтесь на секунду о названии. Feeling Rejected («Отвергнутый» или «С чувством отклонения»). Формально это статус статьи: рукопись рекомендуют отправить в мусорную корзину. Но кто здесь на самом деле отвергнут?

Где-то в галактике Сомбреро разумные существа тысячелетиями строили астроинженерное чудо, пережили чудовищный катаклизм с гибелью триллионов жизней, запечатали эту трагедию в эпическую поэму и выкрикнули ее во Вселенную: «Мы были здесь! Мы страдали, мы выжили!». И каков же ответ космоса? Холодный рецензент зевает, называет поэму «утомительным материалом», снобски замечает, что методы разборки планет уже встречались у 138 других цивилизаций (подумаешь, удивили!), а чужую трагедию низводит до банальной «статистической точки данных». Величайший прорыв в истории разума растворяется в ленивой рекомендации: «Подождите, пока наберется пара десятков таких культур, и оформите их оптом в один обзор, а то вас обвинят в [опущено]». Автоматический цензор-анонимизатор SAP в финале только подчеркивает эту тотальную глухоту.

Это удивительно плотный, умный и многослойный скетч, по части иронии, плотности смыслов и злой точности попадания в человеческую природу — это чистый восторг.

Великолепная интеллектуальная сатира о том, как бюрократия способна перемолоть и обесценить даже крик целой цивилизации, пробившийся сквозь миллионы световых лет...

«Чувствуя себя отвергнутым» — забавная и довольно умная миниатюра, построенная на одном простом контрасте:

Мне понравилось, как Рейнольдс превращает космическое чудо в скучную академическую рутину. Это одновременно смешно и немного жутко: даже невообразимый масштаб можно свести к “полезной новой точке данных”. Рассказ хорошо попадает в сатиру на научную среду, где за сухими формулировками легко исчезают катастрофы, живые существа и целые цивилизации.

Но как самостоятельная история текст довольно ограниченный. Здесь нет героя, нет нормального конфликта, нет развития — только форма рецензии и одна ироническая идея. Она хорошая, но долго на ней не проедешь. Это скорее остроумная вставка в сборник, чем рассказ, который будешь вспоминать из-за сюжета или персонажей.

В итоге — маленькая, холодная, смешная вещь. Не шедевр, но очень аккуратная литературная шутка про то, как даже Вселенную можно зарецензировать до состояния “недостаточно ново для публикации”.