Владимир Железников «Чудак из шестого «Б»»

Эта повесть Железникова — классический пример советской литературы для детей и подростков. Подобные книги писали самые продвинутые и стилистически изощрённые интеллектуалы, не желавшие подстраиваться под нормативные требования советской литературы для взрослых: детская литература считалась маргинальной, и пространства для манёвра там было намного больше. И потому такие мастера, как Радий Погодин, Юрий Сотник, Владимир Железников могли высказываться с меньшей оглядкой на редактуру (в СССР не было цензуры, были редакторы — найдите отличие, как говорится).

И эта повесть — светлая, почти оптимистическая — на самом деле не так легка, как может показаться на первый взгляд. Главный герой, Боря Збандуто, комплексует и из-за этого сознательно выставляет себя шутом, понимая, что в любом случае будет объектом насмешек одноклассников. Боря Збандуто слишком чувствительный и нервный, слишком обострённо реагирующий на окружающее и потому непрерывно кривляющийся, отвлекающий внимание, примеряющий различные маски. Клоун класса, он непрерывно ставит себя в нелепые положения, чтобы никто не счёл его смешным всерьёз. И всё идёт хорошо, пока на него не накатывается первая влюблённость, и сразу после этого — позиция старшего среди младших. Боре приходится взрослеть, даже если ему этого очень-очень не хочется.

Интересно, что Железников значительно переписал повесть после того, как поработал с Ильёй Фрезом над сценарием для фильма «Чудак из пятого Б», создав повесть «Жизнь и приключения чудака».

Во-первых, Железников ещё больше углубил фигуру главного героя. Теперь эскапады Бори, умного и эмоционального мальчика, вызвают в памяти что-то вроде «Так елозит по экрану, с реверансами, как спьяну, старый комик в котелке... И, как трезвый, прячет рану под жилеткой из пике» (стихотворение Арсения Тарковского об Осипе Мандельштаме). Толпа, в которой кружится Боря Збандуто, это его защита, его способ уклониться и спрятаться от чужого взгляда. Это выполнено с литературной точки зрения очень интересно. На первых страницах Боря типичный «духарной малый», со склонностью к безответственному фантазированию — самый придирчивый цензор не найдёт в этом персонаже ничего принципиального нового в сравнении с типовой детской литературой среднего уровня, ну, вроде Виктора Драгунского, однако с появлением Насти Монаховой, сделанном в стиле «за лето Гермиона неузнаваемо изменилась», мотивы действий Бори начинают трансформироваться. Для того, чтобы подчеркнуть своеобразие поведения Збандуто, Железников расширил роль третьестепенного персонажа, друга главного героя, который пытается повторять сложнейший танец Бори, превращая его в пошлость.

Боря влюблён, как в первом варианте и в фильме, однако расклад стал другим. Теперь девочка ловит его взгляд, расшифровывает правильно и реагирует. А дальше, вместо ожидаемого соперничества, раскручивается гротескная драма Пьеро, Арлекина и Коломбины.

Новенькой «коломбине» вообще никто не ровня, поэтому она на безрыбье одаривает вниманием Борю-Арлекина и его лучшего друга Сашу-Пьеро. Но Арлекин вполне осознанно уступает место безнадёжно страдающему Пьеро – и Коломбина оскорблена. Это па-де-труа исполнено в изящнейшем кружении эмоций, однако центр повести вовсе не здесь. И странный поступок Бори понятен лишь в контексте его «шефства» над первоклассниками.

Когда Боря знакомится с первоклашками, он переживает настоящий шок. Его задевает та девочка, которую в фильма сыграла Роза Агишева, и, после первых попыток отстраниться, наш герой... влюбляется именно в неё. Конечно, это не сексуальная любовь, об этом в таком возрасте и речи быть не может, но это эмоциональная захваченность, неспособность и нежелание противостоять духовному влечению, тому, что Платон в знаменитом диалоге о любви назвал «агапэ», высшей степенью любви. Под влиянием чувства – разумеется, неосознаваемого – Боря начинает меняться, теряет зачатки цинизма и стремительно взрослеет.

Железникову такая эволюция героя показалась настолько интересной, что он приписал к первой, вполне законченной, части повести, ещё и вторую часть, почти бессюжетную, сосредоточенную исключительно на взаимоотношениях мальчика-подростка и восьмилетней девочки. Это крайне любопытный текст, очень необычный даже на изысканном фоне советской детской литературы.

Какой вариант повести Железникова стоит предпочесть? Я лично не в состоянии выбрать. Первый вариант забавен, динамичен, ярок. Во втором варианте возникает сапсенс, надлом, но он более поэтичен и тонок. Кроме того, в нём скрыта печаль, именно, ощущение утраты «простого» и «ясного» взгляда на жизнь. Мне нравятся оба варианта.

Много лет назад, будучи учеником шестого или седьмого класса, прочитал впервые. Затем был фильм, пожалуй, один из самых удачных среди советских кинопроизведений для детей и подростков. И вот сейчас перечитал ещё раз. Впечатления столь же позитивны, как полвека назад, несмотря на то, что коллизии и сюжет помнятся до нюансов, возможно, из-за упомянутого фильма. «Послевкусие» от этого небольшого произведения почти сравнимы с впечатлениями от произведений Льва Абрамовича Кассиля.

Честно говоря, не помнил фамилию автора, искал в электронной библиотеке по названию. И найдя, весьма удивился: неужели это светлое и доброе произведение и депрессивное «Чучело» написал один и тот же человек? Разумеется, приукрашивание действительности не комильфо. Но и то, что в годы так называемой перестройки, получило определение «чернуха», ничуть не лучше. А для меня — уж точно хуже. Не претендую на экстраполяцию собственного опыта на всё советское бытие. Однако учёба на протяжении десяти лет в двух обычных московских школах гораздо ближе к описанному в повести «Чудак из шестого «Б»», нежели в «чернушном» «Чучеле». Хотя и не исключаю наличие и таких классов. Но вот ведь какая история: фильм по первой повести пересмотреть хочется, а по второй — категорически нет. Хватило одного раза в начале 1980-х. И читать книгу, по которой он был снят, — тоже.

Единственное преимущество второго произведения — проявленное Железниковым предчувствие: в «Чучеле» он изобразил детей XXI века, именно те несимпатичные персонажи и стали движущей силой происходивших после 1991 года общественно-политических и социально-экономических процессов, а вовсе не Борис Збандуто с его наивными подопечными из первого «А». К моему глубочайшему и искреннему сожалению.

P. S. За прошедшее после написания данного отзыва время прочитал ещё несколько произведений Владимира Карповича: «Космонавт», «Мальчик с красками», «Путешественник с багажом», «Ослик и пятый океан», «Солёный снег». Все понравились, оценки — высшие. Разного объёма, но объединённые взглядом автора на мир. И вот к какому выводу пришёл: в творчестве Железникова было два периода, аналогичных тому, что имело место у братьев Стругацких: оптимистичный «Мир Полдня» и последовавшее за этим переосмысление, на которое не могли не повлиять происходившие в советском обществе социально-политические процессы. Все выше перечисленные произведения Владимира Карповича написаны в период начала — середины 1960-х, то есть примерно тогда же, когда и цикл «Мира Полдня». А «Чучело» — в 1981-м, через год после во многом поворотного для Стругацких «Жука в муравейнике», в котором вроде бы описывается всё то же коммунистическое будущее...

Повторю собственную мысль из своего первого отзыва на FantLab: читать утопии всегда приятнее, чем анти-утопии. Но, во-первых, важно, какими именно мотивами руководствовались авторы вторых. На мой взгляд, и Иван Антонович Ефремов, и братья Стругацкие, и Владимир Карпович Железников вовсе не желали опорочить идею, а лишь предупредить о том, что может произойти при отходе от неё, забвении главных гуманистических принципов. Ну а, во-вторых, от каждого землянина ныне зависит, в каком именно обществе будет жить человечество: в «Мире Полдня» или его противоположности.

На тебе печать цивилизации нескольких столетий!

Наверное, я никогда не перестану хвалить советскую литературу, особенно детскую, продуманную до основания. Вот и чудака Желязникова хочется только хвалить)

Например, за такой хитрый прием в самом начале книги для всех тех, кто бунтует, идет против системы, но не далеко, не дальше сочинения и учительницы, которая его принимает. И всех тех, кто у нас личности свободные и желают остричь свои косы как все, потому что они индивидуальности.

«В общем, она умоталась, и слава богу, потому что я не люблю, когда меня постоянно воспитывают. Иногда даже хочется сделать что-нибудь хорошее, но специально отказываешь себе в этом, чтобы не подумали, будто я поддался воспитанию. Хотя тетя Оля это делает хитро и незаметно.

<...>

Я давно усвоил: главное в жизни — не поддаваться, а то погибнет всякая индивидуальность. А ее надо беречь.

Я, например, принципиально не собираю марки, потому что в нашем классе их собирают все; плохо учусь, потому что у нас все учатся хорошо. Как-то я сострил на истории, что урок выучил, но отвечать не буду. Правда, за это меня выгнали из класса и влепили единицу, а отец обозвал балбесом и кричал, что я значение слова «индивидуальность» понимаю шиворот-навыворот.»

И вот на это «свободные личности» ловятся, считают, что читают про такого же как они. Я, правда, не понимаю, как им потом не больно смотреть на то какими их показывает автор, как им за себя не стыдно. Ведь в начале наш герой предстает очень некрасивым человеком и лишь потом, постепенно исправляется становясь Человеком. Но это он стал Человеком, а они как были «индивидуальностями», так и остались.

Вот в том, что герой превращается в Человека и сила советских историй. Тут даже показано как это происходит. Шаг за шагом, с примером, осознанием, принятием решения. И даже как-то приятно, что это все не просто так, а на научной основе педагогики. Что когда есть вот такой «вандал, варвар, гунн!», то ему нужна ответственность и все его чудачества наконец-то пойдут по верному руслу. Зачатки разума-то у него есть, так что надо было просто мозг развернуть в правильном направлении.

Когда не просто читаешь книгу, а именно вчитываешься, то видишь, что маленькая Наташа с глазами как пятаки, как воздушные шары, как огромное синее море — выступает совестью мальчика. Именно ее и сложно обмануть, и нельзя обмануть. И договориться, увы, тоже нельзя. Благодаря этой девочке наш герой наконец-то начинает не просто смотреть на жизнь, а разбирать ее. Понимать какие ребята рядом с ним, как им больно, как им страшно, как стыдно. И ведь это не обязательно первоклашки, это и его одноклассники, и люди старше. И через это он смотрит и на себя. Да, он не станет строгим, он останется чудаком, но уже видно каким удивительным, чутким чудаком он станет)

«Я стал их рассматривать, и под моим взглядом они перестали подталкивать друг друга — сидели не шевелясь. До чего же у них были смешные лица! Нет, правда. Вы когда-нибудь попробуйте, всмотритесь в первоклассников. Это совершенно особенные люди. На их лица можно смотреть без конца. Они всегда живые: что на сердце, то и на лице.

<...>

Они разделись, сбились стайкой около меня и дрожали. Холодно им и непривычно. Смешные они: худенькие, тоненькие, ноги длинные, спичками. Как они на них ходят, непонятно.

Я улыбнулся тренеру (еще тогда не знал, что он такой зверь) и подмигнул: смотрите, мол, какие смешные дети, настоящие страусята.

<...>

А Настя, точно от удара в спину, втянула голову в плечи, и худенькие лопатки у нее торчали, как сложенные крылья.»

В книге много сильных моментов. Выделить и разобрать хочется каждый момент. Но это все равно, что целую книгу цитировать и каждое предложение разбирать. Тут нет лишних слов, тут все направленно на то, чтобы указать «свободным личностям», как они живут и как стоило бы жить, являясь именно свободными. Тут есть подсказки для родителей, чтобы не забывать смотреть на своих детей как на личности и все же направлять их по верному пути. Ведь все мы хотим видеть рядом с собой Человека, а не рыбку свободного плаванья.

Итог у меня самый обычный — читайте детские советские книжки. Вчитывайтесь в предложения, постарайтесь понять зачем автор это написал и вам откроется удивительный мир вас самих. Потому что творчество этих писателей направленно именно на вас.

Мы порой не понимаем, как нам поступить. К сожалению, часто принимаем неправильные решения, как Борис.

Милая детская книга о том, как стать нужным :)