Михаил Золотоносов «Слово и Тело: Сексуальные аспекты универсалии интерпретации русского культурного текста XIX-XX веков»
Издание включает шесть больших работ, посвященных сексуальным аспектам русской литературы (точнее сказать, русской мужской культуры), достаточно постоянным в течение всего рассматриваемого исторического периода. XIX век представлен «Бесами» Ф. Достоевского (анализируется сексуальный эпизод в «отреченной» главе «У Тихона»), XX век — сочинениями разных жанров: «Мухой-Цокотухой» К. Чуковского, «Зойкиной квартирой» М. Булгакова, «Антисексусом» А. Платонова. Работа «M/Z, или Катаморан» представляет собой подробный комментарий к рассказу Поля Морана «Я жгу Москву» (1925); в комментарии анализируются сексуальные стороны лефовского быта («семьи» Бриков-Маяковского) и поэзии «поэта резолюции». Последняя работа сборника, «Глиптократия», выходит за рамки изучения собственно литературы: ее темой является садово-парковая скульптура сталинского времени.
Главный герой книги — «проблема пола», взятая в ее культурных отражениях 1920-1930-х годов. Она изучается одновременно как сублимация индивидуальных комплексов писателей, как отражение панхронных универсалий сексуального сознания и поведения (мастурбация, куннилингус, мужские переживания, связанные с длиной полового органа, и т.д.) и как борьба официальной советской идеологии с потребностями человека как такового. Двадцатым годам посвящены четыре из шести работ; в последней изучаются тридцатые годы, переход к которым от двадцатых делает сексуальный дискурс «немым»: сексуальные проблемы остаются теми же, что и в конце XIX — первой четверти XX века, но только их уже запрещено артикулировать. Отсюда закономерный переход к «молчащей» скульптуре, к «немому дискурсу», который автор старается «разговорить», исходя из того, что сексуальные фантазии универсальны и со временем почти не меняются.
В методологическом отношении работы тяготеют к психоаналитическому литературоведению, соединенному с историко-культурным анализом, оживляемым поиском скрытых цитат и не опознанных ранее источников вдохновения. Попутно в книге решается герменевтическая проблема: как должен выглядеть современный комментарий культурного/художественного текста, создаваемый с установкой на получение максимума информации, зашифрованной в тексте; какие уровни текста должны и могут анализироваться и комментироваться; где и чем определяются эпистемологические пределы комментаторского и интерпретаторского проникновения в текст.
В произведение входит: по порядкупо годупо рейтингу
|
![]() |
|||
|
||||
|
![]() |
|||
|
||||
|
![]() |
циклы (сворачиваемые)
циклы, сборники, антологии
романы
повести
рассказы
графические произведения + примыкающие, не основные части
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
Groucho Marx, 19 ноября 2020 г.
Любопытно, что из перечня работ, помещённых в «Слово и Тело», аккуратно исключена статья, посвящённая истории создания и постановки «Зойкиной квартиры» Михаила Булгакова. Это неудивительно: Булгаков — кумир миллионов, а статья довольно ехидная и совсем нелицеприятная. Миллионы хотели бы, чтобы эта статья не была написана.
PS. Замечательно, что кое-кто из миллионов страстных и нежных поклонников Булгакова не поленился выразить своё отношение к этой заметке. Да, в самом деле, это ведь оскорбление религиозных чувств, практически уголовка — невосторженные отзывы о Булгакове МихалАфанасьиче.
Но если без шуток, том работ Михаила Золотоносова замечательный. Он написан прекрасным языком, интеллектуально утончён, даёт многообразную пищу для размышлений, позволяет взглянуть на советскую культуру с неожиданных точек зрения и битком набит редчайшими, не упоминаемыми ни в каких исторических трудах фактами — причём к каждому факту аккуратно приложена сноска, указывающая, откуда данный факт взят, откуда он стал известен. При внешней эксцентричности работ блистательного Михаила Золотоносова, они все проверяемы. Всегда можно уточнить любую предъявляемую деталь конструкции. Именно это — невозможность опровергнуть выводы и положения Михаила Золотоносова — бесит людей, категорически несогласных с ехидным эрудитом, разрушителем авторитетов.