Василь Быков «Афганец»

Образчик позднего творчества Быкова. Возможно ли, что автор так преобразился в 90-е годы, ведь его произведения о ВОВ гениальны? Даже и не знаю. Бывает в жизни всякое.

Сюжет совершенно искусственный. Главный герой, участник войны в Афганистане, приходит к мысли, что ему надо убить президента. Причём, совершено ясно, о ком именно идёт речь. Он начинает двигаться к реализации своего намерения, но жизнь налаживается, и президента устранять уже не хочется, тем более, что его задача теперь — охрана президента. Вот это поворот! Очень непонятно, откуда это всё вылезло. Какая-то личная неприязнь или обиды. Всего нам знать не дано. У писателей, как и у всех людей, жизнь такая, что проследить её очень сложно. Так же трудно понять мотивы. Наверное, они у Быкова были. Но осадочек остался.

Не знаю, каких политических взглядов придерживался автор, но судя по тому, что в конце жизни оказался в Германии, можно сделать определённые выводы. Его ранние произведения очень сильные, а поздние пронизаны антисоветчиной, если не русофобией. Он прекрасно знал о зверствах фашистов в Белоруссии, но в 90-е чуть ли не прямым текстом приравнивает к фашистам большевиков и партизан. Очень резкий контраст. Правда, некоторые другие авторы так же отметились произведениями в духе «мы были против, но молчали, а теперь готовы всё высказать, и вот вам обжигающая правда». Сами они так решили или кто-то как-то побудил, об этом история умалчивает.

Рекомендовать сей опус никак не могу. Принимать всерьёз роман никак нельзя!

Сначала всё было хорошо. На семёрочку… Всё-таки, это тот самый Быков, один из двух моих любимых писателей-фронтовиков. Но другая тема, другое время. Девяностые, о которых сложно написать с душой, потому что не было у этого времени души… Души не было, но была атмосфера, которую Быков (мастер, ничего не попишешь!) передал отлично. Безнадёга.

Только безнадёга этой книги была наполнена не поиском выхода, не тоской по старому доброму добезнадёжному времени, и даже не бесплодной философией. А агрессией. Ненавистью. Звериной ненастью! Звериной ненавистью не к страшному настоящему, что хотя бы было бы понятно и оправдано, а ко всему абсолютно: к прошлому, к будущему. Основная точка фокусировки этой ненависти – силовые службы. До кучи попадает и народу, и власти (прошлого, настоящего и будущего). И – нет, это ненависть не героя, а самого автора. Меня буквально трясло от того, с каким упоением автор топил в ненависти всё то, о чём сам же когда-то написал столько замечательных книг! Нет, руководящую роль партии, в отличие от большинства своих коллег, он никогда не превозносил (за это его и любили больше, чем большинство его коллег), но он был удивительно чуток к простому человеку, простому солдату. И вдруг нате: ненависть к человеку на каждой странице. Все люди в форме маньяки, все люди без формы – быдло, третьего не дано.

Стоило мне понять это со всей очевидностью, и оценка рухнула куда-то к двойке. «Не просто плохо, а очень плохо, но мастерство Быкова вытаскивает с единицы».

Читаю дальше. Ненависть автора к разномастным службам и спецслужбам становится наваждением. Раздражают высокомерие и никчёмность героя. Потом герой сходит с ума. Потом автор по маковку увязает в политике, начиная смешивать с дерьмом реального политического деятеля (который к тому моменту, собственно, ещё даже наследить не успел). Политзаказ или сведение личных стариковских счётов? Скорее второе, ибо повесть была опубликована не сразу. Потом автор, не жалея яда, начинает описывать ненавистные ему спецслужбы. Внешне это набор штампов-страшилок: квадратные челюсти, тонированные стёкла, средь бела дня автоматы наперевес. Внутренне это секта молчаливых тупых зомбированных ублюдков. Организация сказочная: любой бомж может устроиться в личную охрану главы государства, повышение звания каждый месяц, рекрут-новобранец зарабатывает как олигарх. Я читала и думала: а автор вообще понимает, о чём пишет? Такую чернушную фантастику я могла ждать от иностранных русофобов, но от Быкова?

С момента последней корректировки оценки книга стал объективно ещё хуже, и по-хорошему нужно было снова снижать оценку, но…

…Но мне уже было смешно. Повесть скатилась к такой чуши, что её уже невозможно было воспринимать всерьёз. Последнюю треть меня не покидало ощущение, что я читаю какую-то недоделанную антиутопию. Это было настолько карикатурно плохо, что просто не заслуживало серьёзной экспрессивной оценки, вроде единицы или двойки. Поэтому тройка. Твёрдая тройка по моей личной десятибалльной шкале. «Плохо. Просто плохо».

Меня пугает другое. После такого фееричного быковского каминг-аута, смогу ли я снова читать его ранние произведения?