Юрий Дружников «Чебуреки, или Похождения Линейкина-сына в калошах без зонтика»
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
1001, 21 марта 2026 г.
Помню, как читал эту книгу в пионерском лагере в дождливые дни, когда весь отряд сидел в наших фанерных домиках (каркас из металлических труб, крыша из шифера, все просто и дешево)
В такие дни кровати застилались одеялами и на них разрешалось сидеть весь день — играли в настольные игры, разговаривали, читали (и никаких карт :)
Читали тогда и «Чебуреки» Но вот книга эта, в отличии от других (например, «Мореплавания Солнышкина») казалась очень странной, начиная с первого же абзаца: «калошная фабрика имени тореадора Эскамильо»
(в нашем городе была обувная фабрика и это «калошная» резало слух, так как это слово прочно ассоциировалось с другим :)
Плюс у нас всегда четко говорили «галоши», без вариантов
Ах эти галоши! Забытый ныне неизменный атрибут нашего детства — зимой в городе было много снега, все дети ходили в валенках, а к валенкам полагались галоши (чтобы валенки не промокали). Да и многие взрослые тоже ходили в валенках зимой, даже модницы... А потом, как-то незаметно — они исчезли из нашей жизни...
Далее выяснилось, что Чебуреки в этой книге- это не кулинарное блюдо, а фамилия одного из персонажей.
И этот момент был еще более непонятным, чем «Эскамильо», так как и тогда это слово было крайне обидным, когда применялось по отношению к человеку.
(интересно, автор этого не знал или таки специально? :)
Далее все было еще хуже — мы уже были знакомы с таким интересным и познавательным журналом как «Крокодил» — и стиль и содержимое «Похождения Линейкина-сына» поразительным образом напоминало нам фельетоны из этого журнала. Плюс оно, содержание, определенно не было детским.
Короче говоря, содержание книги не вызвало у нашей общественности интереса и книга была заброшена.
И только я дочитал ее до конца — и только из принципа :)
В общем, ничего интересного я в ней не нашел — содержание было абсурдным, шутки — плоскими и нарочито язвительными.
Плюс параллельно этой книге читался «Непобедимый» Станислава Лема — и контраст был разительным.
Перечитывая эту книгу сейчас, заметил и явное отсутствие толерантности в этой книге — помимо «Чебурека», есть еще и Нигугушвили:
Вчера, в десятом часу вечера, неизвестный гражданин маленького роста стоял на четвереньках у парадного. Проявив бдительность, старший сержант Нигугушвили скрылся в подворотне дома, где организовал пункт наблюдения.
Поднявшись с четверенок, подозрительный гражданин пытался подпрыгивать на высоту мирового рекорда, установленного Валерием Брумелем. Это указывало на признаки алкогольного применения. Когда упомянутый гражданин задел рукой сумку проходившей мимо женщины, я вышел из укрытия.
(впрочем, ничего особо необычного для того времени, можно вспомнить Василия Алибабаевича и ряд других персонажей того же типа: туповатый нацмен. Правда, потом распался Советский Союз, и очень многие так и не поняли — почему)
И довеском к стилю изложения стали и иллюстрации к книге, весьма напоминавшие стиль того же «Крокодила» — слишком саркастичные, как для детской книги.
Ну и можно заметить, как дополнение, что книга была издана тиражом в 100 тыс экземпляров (это много, особенно для детской литературы) — но после этого никогда больше не переиздавалась.
(Вот когда начинаешь по настоящему ценить такие книги как «Шел по городу волшебник» Юрия Томина — как полную противоположность «Чебуреки»)