Пол Тремблей «Заметки к «Амбару в лесу»»
Забравшись в поисках себя и материала для новой душераздирающей истории о пропавших без вести в дебрях Канадской глуши, Ник Брач нашел куда больше, чем рассчитывал.
Входит в:
— антологию «The Children of Old Leech: A Tribute to the Carnivorous Cosmos of Laird Barron», 2014 г.
— сборник «То, что растёт», 2019 г.
Похожие произведения:
- /период:
- 2010-е (3), 2020-е (1)
- /языки:
- русский (1), английский (3)
- /перевод:
- Н. Нестерова (1)
страница всех изданий (4 шт.) >>
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
Prosto_Chitatel, 18 мая 2026 г.
Страшная история про страшный амбар в страшном лесу, где ждут тебя страшные последствия. И если взять все слова «страшная» и завернуть их в жирные ковычки, то получится реальное отображение содержания рассказа. Автор больше хотел потрафить своему кумиру и собрату по перу Лэрду Баррону, завернув пару фансервисов из культовых рассказов друга в новую обертку, нежели выдать на гора что-то действительно необычное под соусом путешествия в очередное проклятое место.
И вроде все нужные составляющие у произведения есть: и таинственный путеводитель по жутким достопримечательностям, и предыстория о погибшем извращенно-непонятным образом человеке, и амбар, где происхоидили спектакли, больше походившие на справление культа адского червя. Но вся эта подача истории над историей, все эти попытки уйти в дневник с бесконечными сносками и раздвоением личности, эти заигрывания с мистическим реализЬмом — все это получилось больше затянутым и вялотекущим, нежели обволакивающим и пугающим. Для одного отдельно взятого комментатора нагнетание атмосферы не сработало, а то, к чему привела история, не вызвало наружу ни одного испуганного ребенка из закостенелой души.
К сожалению, по прошествии почти половины сборника «То, что растет» товарища Тремблея все больше и четче в голове высвечивается такое нехорошее слово «однотипные». Уж больно все эти рассказы в чем-то смахивают один на другой: не содержанием, конечно, а стилем и подачей, которые и должны быть у хорошего автора, но не настолько, чтобы стирать грани между собственными произведениями, когда уже не можешь вспомнить часть историй, слившихся для тебя в единое комковатое целое.