Норберт Жак «Доктор Мабузо»

«Доктор Мабузе, игрок» — оригинал этого немецкого романа значится в числе лидеров по количеству скачиваний на американском сайте Project Gutenberg. Вот так я узнал о существовании книги и её автора, Норберта Жака, — заглянув в эту подборку. Имеется в той же электронной библиотеке и английский перевод, но, кажется, он все же не столь популярен у читателей.

Роман вышел в свет в 1920 году и стал международным бестселлером; был экранизирован Фрицем Лангом — хотя, если верить доступному на Кинотеатр.ру описанию фильма, по очень далеким мотивам.

Я начал чтение — в рамках взятого обязательства продолжать таким макаром meine deutsche Lesung*, конечно, — предвкушая жуткую, но непременно увлекательную историю в духе «Властелина мира» Александра Беляева или, быть может, «Гиперболоида» Алексея Толстого.

И сначала трудно было сказать, ошибся я или нет. Действие происходит в первые годы Веймарской республики. В отличие от, допустим, Эриха Кёстнера, в романе «Фабиан» сосредоточившего свое внимание на увеселительном разгуле в этой стране (если выразиться мягко), или Эриха Ремарка, в некоторых произведениях делавшего акцент на спортивной активности населения, на попытках создать всё-таки какую-то лучшую жизнь из подручных средств, Норберт Жак обратился к одной из наиболее мрачных сторон тогдашней немецкой действительности. А именно — показал поднявший в те времена голову организованный бандитизм. Нет, не рэкетиров или налетчиков на банки, а преступность, действующую куда более изощренно и лучше замаскированную.

В расплодившихся в стране игорных притонах начали происходить странные случаи: богатые посетители этих темных заведений каким-то образом проигрывались вчистую. Обладателем выигрыша всякий раз оказывался какой-то новый, ранее неизвестный субъект. Причем, его нельзя было уличить в нечестной игре. Напротив, как-то неадекватно вели себя его жертвы...

Этой новой тенденцией в сфере денежных махинаций заинтересовался государственный прокурор фон Венк. И далее выяснилось, что заинтересовался он этим не напрасно. Все эти нехорошие происшествия и впрямь не были некой цепочкой случайных совпадений — за ними стоял вполне конкретный индивид, способный принимать самый различный облик, а также искусно таиться в каменных джунглях большого города (Мюнхена); владеющий непостижимым секретом беспроигрышной игры и, что должно быть, выглядело наиболее угрожающим для общественного порядка, имеющий под рукой обширную сеть преданных сообщников. Доктор Мабузе, одним словом.

Начав читать, очень скоро я начал ломать голову, как же этот не слишком-то складный опус попал в число интернациональных бестселлеров (даже в Советской России оперативно был издан, только с чуть измененным заголовком — «Доктор Мабузо»). Не благодаря ли английскому изданию? Честно признаюсь, некоторые фрагменты немецкого текста загоняли меня в ступор, и я начал поглядывать в авторизованный перевод Лилиан Клэр (тоже опубликованный под несколько изменённым заголовком — «Dr. Mabuse, master of mystery» — «Доктор Мабузе, таинственный властелин»). Английский текст оказался куда более внятным и прозрачным... Но и он не мог отменить довольно неуклюже построенного сюжета, высокопарно-напыщенных пассажей, ходульности персонажей и в общем-то не слишком окрыленного полета фантазии. Куда этому международному бестселлеру до «Гиперболоида» и даже до «Властелина мира«!

Читал ли Жак Конан Дойла? Имелись ли тогда свои немецкие мастера детектива? Вопросы, вопросы.. Возможно, не обошлось без некоторого влияния более ранней французской серии про Фантомаса — Мабузе ведь тоже меняет обличие. И не исключено, что уже сочинение Жака что-то подсказало Андре Юнебелю, снявшему свою киношную версию в 60-х годах. В отличие от довольно бесхитростного книжного любителя простой полумаски Мабузе использует и кое-какую машинерию — автомобиль-амфибию, например; автомобиль с потайным отсеком под задним сидением — для похищения пассажира. Нечто подобное мы увидим в распоряжении Фантомаса, которого играл Жан Маре. Только там всё было как-то повеселее, поприкольнее...

А в романе Жака действие начало развиваться чуть энергичнее только ближе к финалу. Но даже в завершающих главах, не говоря уж про предшествующие им, оба главных героя порой выглядят какими-то тупицами — и борец с преступностью Венк, и король преступности Мабузе. Понятно, что не было тогда не только сотовых телефонов, но даже портативных раций, и всё же, как мне представляется, госпрокурор мог бы поставить своё дело на более серьёзную основу. Хотя бы озаботиться собственной безопасностью, а не вести себя как недоросль, впервые открывший для себя существование бандитского сообщества. Ну, и Мабузе тоже слегка удивил. Его, видите ли, напрягло то, что его противник в своем розыске воспользовался частным аэропланом... Ну, видно, время было такое. Технический прогресс только-только проникал в эту сферу, и не всегда были к нему готовы даже те, что возглавляли противоборствующие силы.

Что же касается автора романа, Норберта Жака, имя его оказалось предано забвению по причине сильно неподобающего поведения при гитлеровском режиме.

* — моё немецкое чтение

Это классический роман, которому больше ста лет, написанный на стыке фантастики, триллера и детектива. Все эти жанры тогда еще, по сути, только окончательно оформлялись. Язык и стиль его, насколько можно судить по почти столь же старому переводу, довольно архаичны и пафосны, унося куда-то в XIX век. Это, конечно, вызывает некоторые трудности для чтения и восприятия. Однако все же это занятное чтение. Автор хорошо передает впечатление об обстановке, царящей в Центральной Европе после Первой Мировой. Да и вся история, несколько сумбурно изложенная, сродни хаосу, воцарившемуся в мыслях и поступках переживших эти страшные годы.

Зловещий образ главного персонажа, несомненно, повлиял на Мариетту Шагинян, сделавшей основным злодеем своего, написанного вскоре после «Мабузо» авантюрного романа «Месс-менд» таинственного гипнотизера Грегорио Чиче. Но самое важное — эта книга, далеко не совершенный шедевр, произвела такое впечатление, что послужила основой для трех фильмов великого Фрица Ланга, а кроме того — еще для шести фильмов, снятых уже практически в наши времена. Хотя бы из-за этого стоит попробовать ее прочитать.