Сергей Волков «Три крестик девять»
- Жанры/поджанры: Постмодернизм
- Общие характеристики: Юмористическое
- Место действия: Вторичный литературный мир
- Время действия: Неопределённое время действия
- Сюжетные ходы: Путешествие к особой цели
- Линейность сюжета: Линейный с экскурсами
- Возраст читателя: Для взрослых
Вернулся домой Илья Муромец, одолев Соловья-разбойника, а там ни обеда, ни жены. Только похабное послание от Кащея. Делать нечего, двинулся Илюша в поисках указанного адреса, под одну из трех своих любимых песен: «На поле орки хохотали, назгулы шли в последний бой, а молодого Гиль-Гэлада несли с пробитой головой…».
Входит в:
— антологию «Богатыри не мы», 2016 г.
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
Prosto_Chitatel, 9 августа 2026 г.
Сказка, полностью заточенная под российский менталитет и культурное восприятие мира 80-90-00-х, со всеми возможными отсылками и неодолимой любовью к «Властелину Колец» и одной известной видеоигре (не будем рекламировать очевидное). Количество переделок песен-плясок, стихов, славянского фольклора, культовых (и не очень) фэнтези, пионерских историй у коста и комсомольских в постели с активистками — все приятно узнаваемо. Где-то, конечно, с перебором, но в целом — действительно улыбательски и даже порой смешно.
Рассказ можно смело относить к пародийным жанрам, а поскольку сравнить, благодаря двойному удару «Новелл» и «Устарелл» есть с чем, материала хватает, то во многом «Три крестик...» выигрывает по ряду фронтов, задевая за живое в теле, ответственное за смешинки. Не такое ненужно длинное, как у Камши в «Когда коты были босыми», не столь вычурное, как у Раткевича в «Золтой стреле», не с таким количеством обрубленных концов, как у Минакова в «Сказке — лжи». Далеко не шЫдевр, но иронии с лихвой хватает, чтобы получить удовольствие, сравнимое с походом на среднестатистического стендапера, у которого есть несколько неплохих заходов, да и вообще приятный парень.
Юмор, конечно, штука во многом спецФиЦкая, индивидуальная, собирающая в кучки любителей и ненавистников, в равной степени имеющих право на собственное вИдение, поэтому говорить можно только о мнении одного отдельно взятого читателя с личным неповторимым опытом: он не ржал, но светлая улыбка узнавания то и дело мелькала на его лице, а кое-где соседи слышали за стенкой ничем не мотивированные смешки и подозрительные фразочки типа «О даёт!». И давал же. Было забавно.