Два осведомителя и один


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «visto» > Два осведомителя и один учёный-книжник
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

Два осведомителя и один учёный-книжник

Статья написана 10 июня 11:41
Размещена в рубрике «Калейдоскоп фантастики» и в авторской колонке visto

Два осведомителя и один учёный-книжник, Или читаем книгу Клерже, Г.И. Революция и Гражданская война: личные воспоминания / Гос. публич. науч.-техн. б-ка сиб. отд-ния Рос. Акад. Наук.; отв. ред., авт. вступ ст. и коммент. А.Л. Посадсков. Новосибирск : ГПИТБ СО РАН, 2012, – 544 с. – (Серия «История Сибири в воспоминаниях и дневниках»). ISBN 978-5-94560-110-9


Примечание visto: Планировал показать вам эту страницу 27 мая 2018 года в день 140-летия А.М. Оссендовского (1878–1945), но отвлекли другие дела. Сегодня перелистаем личные воспоминания Г.И. Клерже, увидевшие свет в Мукдене в 1932 году. Автор был уже в звании генерал-лейтенанта Генерального штаба, но почему-то работал редактором ежедневной вечерней газеты «Мукден». Надеюсь, посетителям сайта «Лаборатория фантастики» будет интересен не сам Клерже, а один из героев его воспоминаний – Антон Мартынович Оссендовский.



Омск, июль 1919 года. Полковник русского Генерального штаба Георгий Иосифович Клерже организует при штабе Верховного главнокомандующего А.В. Колчака Осведомительное управление (Осведверх) и приказом по управлению от 9 июля 1919 года назначается его начальником. Осведверх разместился в самом центре Омска в здании магазина и мастерской потомственной почётной гражданки М.А. Шаниной. О штате сотрудников Осведверха Александр Леонидович Посадсков рассказывает во вступительной статье к публикации книги личных воспоминаний Г.И. Клерже об одном из его подчинённых:

«…Но наиболее ценным приобретением для Осведверха был, конечно, учёный, журналист и писатель А.М. Оссендовский, совмещавший в то время профессорскую должность в двух омских вузах с государственной службой в Министерстве финансов. А.М. Оссендовский, заведовавший в Осведверхе подотделом печати, был главным помощником Клерже во всех творческих, организационных, но главное – финансовых делах. Чрезвычайно плодовитый автор, он сам писал десятки очерков, статей, рассказов («Сожгли нас» и др.), которые направлялись затем Осведверхом в редакции фронтовых газет, бедных литературными силами, для опубликования. Клерже восхищался Оссендовским и как талантливым литературным рассказчиком, и как опытным министерским «аппаратчиком», хорошо знавшим коридоры власти. Он не скрывает этого в своих воспоминаниях». [30]*

[30]* В квадратных скобках – номера страниц цитируемого издания.


Примечание visto: Здание бывшего магазина Шаниной украшает ныне самую красивую улицу Омска, носящее имя Ленина. Адрес магазина привожу для возможного в будущем (чем чёрт не шутит…) размещения на его стене мемориальной доски «русскому и польскому путешественнику, журналисту, литератору и общественному деятелю А.М. Оссендовскому» (по Википедии), одновременно и автору книги «Ленин – бог безбожных». Но вот незадача, книга эта названа «пасквилем на революцию»; выходит, сверлить дыры для памятной доски ему на стене здания, стоящего на улице имени Ленина, всё же пока рановато.



Омск, 14 ноября 1919 года. День занятия города Красной армией. Эвакуация эшелона Осведверха. Временное расставание Г.И. Клерже с Оссендовским. Гибель Осведверха под Новониколаевском, путь на восток к атаману Семёнову вдоль полотна железной дороги… Книга воспоминаний Г.И. Клерже завершается на том месте, когда поезд с чехословацкими легионерами увозит автора из Иркутска в «Семёновское Забайкалье». Но публикатор воспоминаний Александр Леонидович Пасадсков с присущей ему скрупулёзностью продолжил хронику жизни Клерже до момента его ареста в Шанхае японскими властями 22 января 1938 года. Мы приводим здесь отрывки из воспоминаний Клерже, имеющих непосредственное отношение к А.М. Оссендовскому, а также дополнительных текстов и комментариев доктора наук Посадскова.


Клерже об Оссендовском. «Ближайшим сотрудником автора настоящих воспоминаний по осведомительно-пропагандистской деятельности состоял Антон Мартынович Оссендовский, известный крупный публицист и писатель. Он проявлял колоссальную энергию и создавал с большим успехом ячейки пропагандистов всех категорий и видов. При его содействии были привлечены видные работники в области печатной, плакатной и устной агитации. Сам он составлял наиболее важный и направляющий пропагандистский материал, который потом, после санкционирования его начальником Осведверха, то есть автором настоящих воспоминаний, а то и после утверждения Верховного правителя [Колчака], когда дело этого требовало, размножался в десятках, а то и в сотнях тысяч экземпляров и рассылался во все стороны». [253].


Клерже об Оссендовском. «Поддерживалась Осведверхом тесная связь также и с Министерством финансов Омского правительства, во главе которого стоял И.А. Михайлов. Между профессором А.М. Оссендовским и И.А. Михайловым были самые дружеские личные отношения, в следствии чего все проекты расширения и ассигнований по части пропаганды проходили с особой быстротой и лёгкостью. Были между этими учреждениями и общие вопросы. Так, например, когда по представлению Министерства финансов были аннулированы «керенки», то для большего эффекта и демонстрации этого смелого решения правительства, было признано необходимым переклеймить все запасы указанных денег особыми агитационными лозунгами и пачками разбрасывать их с аэропланов над линией фронта большевиков и своих войск». [256].


Примечание visto: Следуя поговорке «Лучше один раз увидеть…», покажу вам парочку «прилетевших с неба» бумажек, которые Временное Всероссийское правительство Керенского именовало деньгами. Вместе прочитаем на них «особые агитационные лозунги», рождённые «талантливыми сотрудниками» Осведверха.



Агитационные лозунги с «керенок», которые я сумел прочесть:

«Третьего дня в Самаре один красноармеец из керенок штаны сшил». «Красноармейцы, не продавайте свою жизнь за эту бумажку у комиссаров в банках». «Накопи этих бумажек пуд». «Керенками советскими вы можете комнаты оклеивать, материал самый дешевый – за пуд трёшками настоящими». «На всем свете керенки на растопку идут, а за них комиссары жизнь берут». «Даром дадим». «Не принимайте советских денег!».

«Обманули наш народ

Коммунисты-Комиссары!

Денег этих не берут,

Не дают товары.

Наш народ им долго верил

И за это потерпел –

Пятаковскими* деньгами

Комиссар его нагрел».


*Пятаков Георгий Леонидович, партийный и государственный деятель, в 1917 году в Петрограде участвовал в захвате Госбанка в качестве комиссара Госбанка.


«ЖИВАЯ КАРТИНКА О РАБОТЕ ОСВЕДВЕРХА» НЕ ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ КЛЕРЖЕ!

Отрывки из дневника полковника Иосифа Ильина, посвященные Омску 1918-1919 гг.

Источник:  https://alex-mistch.livejournal.com/37382.html


19-го июля 1919 г. Омск

<...> Сейчас появилось новое течение, за которое схватились, – пропаганда. Большевики побеждают главным образом пропагандой, они сначала разваливают тыл, они не жалеют денег на агитацию, листовки, литературу, плакаты. Они пропагандой наводняют все и вся – значит для того, чтобы с ними бороться, надо и нам вести пропаганду, надо и нам применять то же оружие. Так стали говорить и писать Устрялов, Коробов, все бюро печати и телеграфное агентство и, наконец, неизвестно откуда взявшийся профессор Оссендовский и Генерального штаба полковник Клерже.

После обеда пошел на собрание, которое было устроено под председательством Клерже и Оссендовского по поводу пропаганды. Клерже назначен ведать этим отделом. Длинный стол, белые листы бумаги, карандаши. Перед листами сидят офицеры разных чинов и частей войск, оказывается, вызваны с фронта или вообще из частей для того, чтобы повезти отсюда пропагандные воззвания, брошюры и пр.

Я сел на одно из свободных мест. Через несколько минут вошел плотный красивый блондин с сытым, наглым лицом и серыми холодными глазами. Он слегка то поправлял пушистый ус, то зубочисткой ковырял в зубе, время от времени издавая «цц-цц».

Это был Клерже. Необыкновенно гладко, красиво и рисуясь, он начал излагать картину пропаганды у большевиков и каким образом такая же пропаганда должна быть организована у нас. Он наметил пункты, развернув большую карту, отмечал кружки, где должны быть сосредоточены склады литературы, он разбил всю Россию на квадраты и, лихо водя карандашом, завоевывал пропагандой все губернии, города, села и веси России. Все было у Клерже предусмотрено, все очень тонко задумано, оставалось... только провести в жизнь. «И это, господа офицеры, должны сделать вы, вы должны организовать эту пропаганду, для чего я вас сюда и собрал», – закончил господин Клерже свою речь. В таком же духе прочел лекции и господин профессор Оссендовский, положительно уверяя, что при помощи пропаганды большевизм будет в два счета кончен.

Не знаю, что думали другие, но для меня ясно было, что Клерже просто Хлестаков и не меньший Хлестаков и Оссендовский.

Клерже недавно, оказывается, очутился по эту сторону – он был у большевиков. Очень удачно подвизался у них где-то в Туркестане и умел им очень угодить. А Оссендовский – тот самый Оссендовский, которого суворинское «Вечернее время» обвинило в шпионаже в пользу немцев в начале войны, и он был куда-то выслан, в Сибирь или Нарым. Вот такая компания теперь организует «борьбу» с большевиками путем «пропаганды».


Вернёмся к воспоминаниям Клерже.

Январь 1920 года. В Иркутске происходит «передача» адмирала Колчака в руки Политического центра. «…Покинув затёртый в общем заторе поездов эшелон Осведверха, автору настоящих воспоминаний пришлось пересесть на сани и в них продолжать свой дальнейший путь на восток. <…> Двигались группой и уже заметно поредевшие в своём составе сотрудники Осведверха. <…> Компанию в этом походе на санях с автором настоящих воспоминаний разделял ближайший его помощник по Осведверху профессор А.М. Оссендовский. <…> Полулежа, закутанные в тёплые шубы и «дохи», они путешествовали в течение нескольких в одних санях от Ново-Николаевска до станции Тайга. В длинных и нескончаемых беседах проходило это удивительное и памятное на всю жизнь «путешествие»… Проведённое вместе время в Кокчетавских степях, где случалось не один раз побывать на охоте «по зверю и птице» и куда с «сосланным» начальником Осведверха добровольно согласился отправиться и профессор А.М. Оссендовский, а также впечатления от омской катастрофы служили предметом самых оживлённых между ними разговоров и воспоминаний. Профессор Оссендовский был изумительный и интересный рассказчик, с которым можно было проводить целые дни, причём никогда не иссякала у него тема для самых занимательных и душу захватывающих повествований. В жизни своей, полной всяких охотничьих, а также политических приключений и злоключений, было немало глубоких переживаний, тем не менее они нисколько не отразилось на живом и весьма общительном его характере. Близко подружившись с ним, автор настоящих воспоминаний видел в нём не только весьма ценного помощника и сотрудника, но и дорожил им как личным проникновенным советником и доброжелательным другом. К сожалению, не доезжая станции Тайга, совместное путешествие должно было прерваться, так как профессору А.М. Оссендовскому пришлось повернуть на север и отправиться в город Томск, где находилась его жена. Надо было взять её с собою, и потом снова догнать в пути колонну Осведверха. Тепло простившись с профессором, автор настоящих воспоминаний и не подозревал того, что следующая встреча у него с ним произойдет только через… полтора года.

В то время, как санная колонна Осведверха добралась до станции Тайга, были получены сведения, что в городе Томске произошло восстание гарнизона и таким образом профессор А.М. Оссендовский с семьёй попал в очень тяжёлое положение. Было сразу очевидно, что скоро ему оттуда не выбраться и что в его личной жизни, как видного участника антибольшевистской пропаганды, грозит большая опасность. Только во Владивостоке летом 1921 года, когда там образовалось одно из последних антибольшевистских правительств, привелось при совершенно случайных обстоятельствах снова увидеться с профессором А.М. Оссендовским. Много, много пришлось ему пережить после того, как он покинул сибирские походные сани-розвальни начальника омского Освердверха. Вырываясь из большевистского плена, в котором он пробыл около года, он проник в Монголию и окружным путём добрался до Владивостока как раз в то время, когда там снова появилось белое правительство, и автор настоящих воспоминаний прибыл в этот город в роли начальника штаба атамана Г.М. Семёнова. Вскоре после этого А.М. Оссендовский покинул Владивосток, отправляясь через Америку в Европу в Польшу. Через два года потом появилась в печати книга, написанная профессором, под названием «Боги, люди и звери», в которой он, в самых захватывающих и натуральных красках рисует все свои переживания и бедствия, перенесённые во время плена и бегства из последнего. Находясь в Америке и в Европе, А.М. Оссендовский продолжал свою пропагандистскую работу антибольшевистского характера, иногда поддерживая связь письмами с пишущим эти строки. Интересовался он вопросами непосредственного участия и руководства в русской революции, особенно в большевистский её период, со стороны Германского Генерального штаба. В связи с этим он запрашивал, не сохранилось ли в распоряжении автора настоящих воспоминаний материалов по этому поводу, из числа тех, которые имелись в своё время в омском Осведверхе. Материалы, подтверждающие этот вопрос, конечно, были, но они или погибли в общем пламени, когда под Ново-Николаевском был подожжён эшелон Осведверха, или, если вообще уцелели, попали в руки большевиков. [268–271]


Владивосток, лето 1921 года. (Из текста комментария А.Л. Посадскова). Выполняя поручения Г.М. Семёнова, Клерже осуществляет поездки из Китая в Россию. Во Владивостоке встречает своего друга и сотрудника по Осведверху А.М. Оссендовского, оказавшегося там после бегства от большевиков через Уренхайский край и Монголию. Клерже убеждает Оссендовского встать на политическую защиту Семёнова перед русской эмиграцией и международной общественностью. 27 октября 1927 года на борту судна «Empress of Russia» по пути из Владивостока в Шанхай А.М. Оссендовский набросал краткие тезисы для предполагавшегося выступления в Русском национальном комитете Шанхая. В них он обосновал заслуги Семёнова, как верховного руководителя борьбы с большевизмом. По словам Оссендовского Семёнов может выставить против большевиков 150 тысяч пехоты и 40 тысяч «несравненной кавалерии». Кроме того, Семёнов имеет прочные связи с Монголией, Тибетом, Урянхаем и китайскими монархистами. Ко всему, Семёнов влиятельная фигура в казачестве. [55].


В завершении предлагаю ознакомиться с наиболее полной (особенно в сибирской и дальневосточной её части) биографией А.М. Оссендовского, составленной и опубликованной А.Л. Посадским в книге воспоминаний Г.И. Клерже. [354, 355]


Оссендовский Антоний Фердинанд Мартин, в России Оссендовский Антон Мартынович, за границей использовал имя Оссендовский Фердинанд (1878–1945) – учёный, экономист, писатель, журналист, общественный деятель. Поляк, кроме родного, прекрасно владел русским литературным языком. Автор нескольких научных и беллетристических книг, изданных в России, а также 77 книг, выпущенных в Польше в 1923–1939 гг. Химик по специальности, учился химии и физике в парижском университете Сорбонны, в 1902 г. закончил Петербургский университет.

Приехал в Томск в только что созданный Томский технологический институт, где в 1902–1903 гг. работал на кафедре как ассистент профессора В.А. Обручева. В 1903 г. по направлению В.А. Обручева уехал во Владивосток, работал специалистом в химической лаборатории Управления Уссурийской железной дороги и являлся правителем дел Общества изучения Амурского края. Затем перевёлся в Харбин, где работал в 1904–1906 гг. заведующим Испытательной химико-механической лабораторией Управления КВЖД. Здесь участвовал в 1905–1906 гг. в революционном движении, редактировал нелегальные листовки, возглавлял стачечный комитет КВЖД.

В 1906 г. осужден военным судом в Харбине на полтора года заключения. Выйдя в 1906 г. из тюрьмы, уехал сначала в Томск, затем в Киев и в 1909 г. в Петербург. Впечатления от пребывания в тюрьме описал в книге «В людской пыли», которая вышла в 1909 г., но была запрещена петербургской цензурой (в 1911 г. выпущена в переработанном виде под названием «Людская пыль»).

В 1909–1917 гг. Оссендовский много работал как журналист и писатель, был секретарём редакции газеты «Dzennik Peterburgski» («Петербургский дневник», 1910–1911). Не прекращая научных занятий, был в 1911–1917 гг. секретарём Постоянной совещательной конторы золото- и платинопромышленников, редактором журнала «Золото и платина», а также директором-распорядителем Русского товарищества тигельных заводов (1913–1914).

Являлся одним из основоположников жанра фантастики в России (повести «Грядущая борьба», 1914; «Женщины восставшие и побеждённые», 1915 и др.). Неоднократно приезжал в Западную Сибирь как путешественник и охотник.

В 1915 г. прибыл в Томск вместе с бывшим ссыльным народовольцем, писателем Н.А. Морозовым, которого сопровождал в поездке, знакомил в Томске с Г.Н. Потаниным и другими учёными университетского центра. После Февральской революции вместе с журналистом Е.П. Семёновым явился фабрикатором так называемых «бумаг Сиссона» – документов, свидетельствующих о связях В.И. Ленина и большевиков с германским Генеральным штабом и финансировании Германией антигосударственной деятельности большевистской партии. Эти документы, признанные спустя несколько десятилетий подделками, широко публиковались тогда в русской и мировой печати.

В начале 1918 г., скрываясь от преследования большевиков, Оссендовский вернулся в Томск, где вошёл в ближайшее окружение Г.Н. Потанина («Потанинский кружок»). На первом томском митинге после свержения большевистской власти в мае 1918 г. он выступал вторым после Потанина. Уехав в Омск, где формировалось Временное Сибирское правительство, Оссендовский стал чиновником Министерства финансов, промышленности и торговли, членом совета министерства и вице-директором кредитной канцелярии, в 1919 г. – главным редактором журнала «Вестник финансов, промышленности и торговли», членом учёного совета Министерства сельского хозяйства. Был избран профессором и преподавал химию одновременно в Омском политехническом и Омском сельскохозяйственном институтах. Постоянно выступал с публичными лекциями антибольшевистского содержания.

С мая 1919 г. – сотрудник Осведверха, заведующий подотделом печати, писал и рассылал по редакциям газет статьи, очерки, рассказы как материал Осведверха для газетных публикаций. В ноябре 1919 г. вместе с эшелоном Осведверха эвакуировался на восток, в начале января 1920 г. под угрозой ареста большевиками скрылся из Красноярска и вместе с группой польских офицеров совершил побег через юг Сибири, пройдя сквозь Хакасию и Урянхайский край (нынешняя Тува) в Монголию. В столице Монголии Урге познакомился с бароном Р.Ф. Унгерном фон Штернбергом, командиром Азиатской дивизии, захватившим Монголию и объявившим себя главой буддийского государства и воплощением Будды. Из Урги Оссендовский приехал в Харбин, а после меркуловского восстания в мае 1921 г. – во Владивосток, откуда морем уехал в Японию, а затем в США.

С помощью американского писателя и переводчика Л.С. Палена выпустил в 1922 г. на английском языке свою самую знаменитую книгу «Звери, люди и боги», в которой описал своё бегство из Сибири в Монголию и Китай, уделив особое внимание Унгерну, которого считал безумцем. В 1923 г. после возвращения Оссендовского в Польшу книга вышла на польском языке, а в последующие годы была переведена на 19 языков и издана 142 раза (русское авторизованное издание вышло в 1925 г. в Риге).

В дальнейшем Оссендовский стал одним из наиболее популярных польских писателей, выпуская в год примерно по шесть беллетристических книг, часто на исторические темы или с описанием своих путешествий по Африке, Индии, Китаю и т.п. Кроме литературной деятельности, преподавал с 1922 г. в Польше в Высшем военном и Высшем коммерческих училищах, в Училище политических наук в Варшаве.

В 1929–1930 гг. во время работы над книгой «Ленин», разоблачавшей большевизм, Оссендовский стал объектом новой разработки со стороны ОГПУ, рассылавшего запросы о его прежней деятельности в Сибири.

После немецкой оккупации Польши, Оссендовский проявил себя как противник нацизма, работал в национальном подполье, с 1943 г. являлся членом конспиративной организации «Стронництво народове». Умер 03.01.1945 г. в пригороде Варшавы.

После прихода советских войск его могила была вскрыта сотрудниками НКВД, которые с помощью дантиста, лечившего Оссендовского, удостоверились в том, что «враг Ленина и Сталина» мёртв.


Другие статьи visto на сайте «Лаборатория фантастики» об А.М. Оссендовском:

https://fantlab.ru/blogarticle28410

https://fantlab.ru/blogarticle32912

https://fantlab.ru/blogarticle38711


Заинтересовавшихся историей про «керенки» 1917 года за подробностями прошу сюда:

http://forum.fox-notes.ru/index.php?PHPSESSID=21cc4...

https://meshok.net/item/80400249_Антисоветская_надп...


При оформлении статьи использовано фото мемориальной доски на доме в Варшаве по ул. Груецка 27, где жил А.М. Оссендовский.


По новым сведениям, сообщает slovar06, Оссендовский родился в Люцине Витебской губернии (ныне это латышская Лудза):

https://ru.wikipedia.org/wiki/Оссендовский,_Антоний...


Ваш visto (Виктор Буря)





819
просмотры





  Комментарии
монтажник 21 


Ссылка на сообщение10 июня 13:01 цитировать
Спасибо!!! Прекрасный материал:cool!:
свернуть ветку
 
visto 


Ссылка на сообщение10 июня 14:45 цитировать

цитата монтажник 21

Спасибо!

Ваше «спасибо» переадресую Александру Леонидовичу Посадскову. Благодаря случаю я с ним познакомился на «Печатном дворе» во Владивостоке. У меня была в руках только что приобретённая книга Лотара Деега о компании Кунст и Альберс во Владивостоке, в клевете на её руководителя (немца по происхождению), принимал активное участие наш герой — Оссендовский. Александр Леонидович аж подпрыгнул: где взяли? Тоже хочу! Но это был последний экземпляр в книжном киоске. Я говорю: «Отдам с удовольствием! Такому человеку сделать подарок — честь для меня!»
Посадсков воспротивился было, но потом предложил мне привезенный им во Владивосток экземпляр (видимо кому-то в подарок) воспоминаний Клерже. Я не мог отказаться — книга редкая, в магазине не купишь, а тут подарок от составителя и комментатора. Так Оссендовский нас «познакомил».
Мы начали с Александром Леонидовичем переписываться. И все о том же Оссендовсом. В качестве примера — фрагмент моего письма Посадскому:
«Перечитывая свой же материал об Оссендовском, я наткнулся на некоего «К». Подпрыгнул — это же Клерже! После прочтения Вашей книги я стал подкован! Цитирую Ибн-Али-Бея. «Руль» (Русская эмигрантская ежедневная газета). Берлин, 1925, 15 марта (воскресенье), № 1302, С. 7.:
«Дело происходило летом 1921 г. в Шанхае, где я читал в английском Теософическом О-ве лекции по мистицизму и оккультизму. На одной из них я познакомился с учеником и последователем Сент-Ива, господином К., разыскивающим сочинения своего учителя для своей библиотеки. Так как мне было известно, что одно из них — «Миссия Индии в Европе» совершенно бесплодно лежит у моего друга, — г-на М., ничуть не интересовавшегося трактуемыми в ней вопросами, то я и убедил последнего подарить её г-ну К., который был осчастливлен этим подарком.
<...> Вскоре мы расстались с г. К., но через некоторое время встретились опять в Харбине. Разговор снова коснулся «Миссии Индии в Европе» и тут то я узнал, что в конце 1921 г. г-н К. давал эту книгу д-ру Оссендовскому, отметки которого на её полях я видел собственными глазами. Г-н К. рассказал мне, что д-р Оссендовский был страшно заинтересован книгой, просил подарить или продать её ему — но не добившись этого, сделал много подробных заметок, не скрывая, что они будут очень полезны ему для книги, подготовленной им к печати. Так как, по словам г. Оссендовского он, несмотря на свои продолжительные скитания по Монголии и Тибету, ничего подобного не слыхал и содержанием «Миссии Индии...», — а, следовательно, и с легендой об Аггарте, познакомился впервые, — то это ещё более укрепило мнение г. К., что слова Сент-Ива следует понимать иносказательно. Убеждённый почитатель и верный последователь Сент-Ива, он был очень доволен тем, что книга заинтересовала г. Оссендовского, который по его мнению может оказать содействие распространению заложенных в ней идей. Он и не подозревал, конечно того, какое последний сделает из неё употребление».
Но, увы и ах! Это оказался не Клерже :((«
Вот такая история с этим Клерже.




Внимание! Администрация Лаборатории Фантастики не имеет отношения к частным мнениям и высказываниям, публикуемым посетителями сайта в авторских колонках.
⇑ Наверх