Данная рубрика посвящена всем наиболее важным и интересным отечественным и зарубежным новостям, касающимся любых аспектов (в т.ч. в культуре, науке и социуме) фантастики и фантастической литературы, а также ее авторов и читателей.
Здесь ежедневно вы сможете находить свежую и актуальную информацию о встречах, конвентах, номинациях, премиях и наградах, фэндоме; о новых книгах и проектах; о каких-либо подробностях жизни и творчества писателей, издателей, художников, критиков, переводчиков — которые так или иначе связаны с научной фантастикой, фэнтези, хоррором и магическим реализмом; о юбилейных датах, радостных и печальных событиях.
Мурманский писатель, архивист и краевед, историк фантастики Дмитрий Ермолаев прислал мне свою прекрасно изданную книгу "Север, которого не было. Мечты фантастов и реальные планы", недавно вышедшую в "Паулсене", в которой, как сообщает автор, "сплетены воедино грёзы фантастов и всерьёз предлагавшиеся к осуществлению замыслы учёных, архитекторов, инженеров".
Дмитрий Ермолаев. Север, которого не было. Мечты фантастов и реальные планы. — М.: Паульсен, 2026.
Лично мне отрадно видеть книгу очерков "Север, которого не было" на своём столе, поскольку Дмитрий Ермолаев исследует в данном труде один из любопытнейших аспектов развития советской фантастики — её творческую связь с Арктикой и севером. А развитие отечественной фантастики, особенно в первой половине прошлого века (и это хорошо заметно по количеству и содержанию моих публикаций на Дзене), меня интересует особенно.
Форзац книги.
Северная, арктическая тематика всегда занимала в особое место в сердцах и мыслях фантастов . Автор не видит в этом ничего удивительного, "ведь Север и Арктика и были нашим первым космосом, о покорении ледяных просторов которого еще век назад мечтали ничуть не меньше, чем о межзвездных полетах".
Титульный разворот издания с автографом автора.
Издательская аннотация гласит: "Книга приглашает в необыкновенное и захватывающее путешествие по страницам почти забытых ныне фантастических произведений, описывавших грядущее Севера и Арктики. Также читатель найдет здесь рассказ о реально существовавших планах и проектах, кажущихся порой более несбыточными, чем самые смелые фантазии писателей. Основное внимание автор уделил Кольскому Заполярью, сфокусировавшись на малоизвестных творениях фантастов и редких архивных документах второй половины XIX – первой половины ХХ века. Эта написанная легким, доступным языком и богато иллюстрированная книга будет интересна всем, кто любит Север и интересуется историей Арктики. Она прекрасно подходит и для молодых читателей, только начинающих знакомиться с северной темой".
Обложки издания.
В авторском предисловии Д. Ермолаев указывает: "У будущего, как ни странно, тоже есть прошлое. Точнее, не у самого будущего, а у наших представлений о нем, будь то существовавшие когда-то планы и проекты или созданные много лет назад фантастические произведения. Во второй половине XIX и первой половине ХХ столетия, а именно об этой эпохе пойдет речь ниже, завтрашний день Севера, Арктики, Кольского Заполярья виделся во многом иначе, чем сейчас. Да, не всё предсказанное сбылось, не все расчеты оправдались. Да, прежние взгляды на будущее порой кажутся смешными, незамысловатыми и наивными. Но в ту пору их принимали всерьез, считали смелыми и дерзновенными. Они будили мечты, будоражили воображение и в конечном счете стали той основой, той почвой, на которой вырос день сегодняшний. Вполне достаточное основание, чтобы о них помнить".
Автор предпослал своей книге эпиграф из НФ-романа известного советского фантаста Александра Беляева "Под небом Арктики", посвящённого воплощению в жизнь идей и планов уничтожения льдов Арктики, превращению северных земель в цветущий зелёный край и строительству прекрасных полярных городов будущего:
..Арктика – это «мастерская погоды». Метеорологи только тогда смогут безошибочно предсказывать погоду, когда вся Арктика покроется сетью радио- и метеостанций. Арктика – это страна несметных и еще почти неизведанных богатств. Мы только приоткрыли арктический сундук и уже нашли апатиты, железную руду, уголь, графит, нефть, цветные металлы, торф, сланцы и прочее и прочее, притом в таких количествах, которые изменяют все наши представления о мировых запасах полезных ископаемых. А ее бесконечные леса? А неисчислимое количество морского зверя и рыбы полярных морей, рек, озер? А пушные богатства лесов? А бесчисленные стада диких оленей? Арктика – это страна будущего, а не страна «погибели и ужаса», какой она была и какой еще кажется многим до сих пор.
Дмитрий Ермолаев пишет: "Для меня это еще и личная история, память о прожитом. «Капитан Гаттерас», взятый на пару дней у друга в пятом классе, подаренная родителями на день рождения годом позже «Земля Санникова». Вкупе с написанными в реалистичном ключе, но казавшимися столь же несбыточными «Двумя капитанами» они составляли особый мир. Мир гениальных прозрений и вымышленных героев, чье спокойное мужество на краю гибели заставляло сердце сжиматься и вызывало слезы. Мир, полный скрежета торосов и редких ружейных выстрелов, запаха мокрой собачьей шерсти и бульканья растопленного в жестянке из-под консервов снега. Мир затертых льдами кораблей и отчаянных, на пределе сил, походов к полюсу.
Со временем этот мир рос, вбирая в себя всё новые фантастические произведения, в том числе и те, что касались
Мурмана. И все больше росло удивление – насколько фантастика и реальность были в ту пору близки друг к другу, смыкались меж собой. Потом и вовсе пришло понимание – крыльями полета фантазии часто служили настоящие идеи и гипотезы, а самый смелый прорыв в светлое будущее почти всегда опирался на точное знание действительно существовавших проектов и планов.
С этими проектами и планами, изложенными строгим языком пояснительных записок, справок, технических обоснований, я много раз сталкивался, работая в Государственном архиве Мурманской области (ГАМО), других архивах, библиотеках, изучая документы и материалы прессы минувших лет. И чем дальше, тем больше поражался тому, что иные настоящие, действительно предлагавшиеся к осуществлению начинания выглядели куда фантастичнее любых писательских утопий.
В итоге появилось понимание: фантастика и реальные замыслы – неотделимые друг от друга части единого целого, единого взгляда на будущее Севера. И возникла идея – соединить их вместе на страницах книги. Что я и попытался осуществить в меру разумения и сил. Насколько получилось – судить вам".
На снимке ниже — содержание издания:
Содержание книги Д. Ермолаева "Север, которого не было".
В своей книге Дмитрий Ермолаев, опираясь на исторические документы, собрал множество любопытных фактов и сведений, связанных с реальным и фантастическим освоением Севера. Например, в главе "Подлинная трагедия и выдуманная история" Ермолаев рассказывает о том, как он провёл обширное расследование, ухватившись за фамилию автора фантастического романа "Старт" Даниила Крептюкова, упомянутую в труде Рустама Каца "История советской фантастики" (1993).
Р.С. Кац. История советской фантастики. — Саратов: Издательство Саратовского университета, 1993 г. Тираж: 1000 экз. Художник А. Сурменев. Первое издание.
Кац даже приводит воспоминания генерального космического конструктора Сергея Королёва, который школьником якобы зачитывался романом Д.Крептюкова "Старт" о подготовке полёта на Луну. А заинтересовала Ермолаева эта фамилия ещё и потому, что он уже встречал её в архивных документах, характеризующих Мурманск начала НЭПа. Упомянутый Кацем "фантаст", а точнее — человек по имени Даниил Крептюков в 1921 году возглавлял агитационно-пропагандистский отдел Мурманского губкома РКП (б), позднее — Мурманский губернский совнархоз.
Автограф автора на издании ИСФ 1993 года.
Заинтересовавшийся этим персонажем Дмитрий Ермолаев искал в архивах фантастический роман "Старт", а раскопал душераздирающую историю, случившуюся с Крептюковым в Мурманске на почве любви и смертельной ревности. Я уж было испугался за Дмитрия, ведь "История советской фантастики" Рустама Каца (продвинутые любители знают, кто автор этой книги на самом деле) — грандиозная литературная мистификация от первой до последней страницы. К счастью, автор "Севера, которого не было" вовремя понял, с чем имеет дело, и соскочил с крючка Рустама Каца (точнее, Романа Арбитмана, ныне покойного). Я понимаю Дмитрия: как было бы здорово, если б Крептюков, человек с "мурманским следом в биографии", его земляк, оказался бы одним из первых советских писателей-фантастов. Да и писал Кац с уверенной убедительностью: до сих пор находятся "литературоведы", на голубом глазу цитирующие четырежды переизданную "Историю советской фантастики" в своих диссертациях...
Р.С. Кац. История советской фантастики. — СПб.: Гуманитарная Академия, 2013 г. Тираж: 1000 экз. Издание 4-е, переработанное и дополненное.
Но какие кунштюки выкидывает жизнь! Оказывается, у выдуманного Арбитманом "фантаста" Даниила Крептюкова в нашей реальности существовал двойник-тёзка, который вовсе не "сгинул в лагерях" (как у Каца), а, отсидев две трети назначенного ему в 1921 году трибуналом за убийство (он застрелил любовника жены-артистки) пятилетнего срока, вышел на свободу по амнистии. И этот реальный Даниил Крептюков после тюрьмы и вправду стал писателем, не очень известным, но всё же сочинял и печатал рассказы, повести и романы (не фантастические), благополучно дожив до 1957 года.
Автограф автора на издании ИСФ 2013 года.
Я коротко рассказал об одном очерке из книги Дмитрия Ермолаева... И не потому, что был знаком с человеком, написавшим "Историю советской фантастики". О возможной причине замечательно сказал Дмитрий в финальном абзаце главы "Подлинная трагедия и выдуманная история": "Реальные факты из жизни человека порой кажутся ненастоящими, взятыми из дешёвой мелодрамы, а вымышленная хроника фантастической литературы в СССР, представляющая собой, по сути дела, фантастику о фантастике, фантастику в квадрате, выглядит самой что ни на есть подлинной".
Умри, лучше и не скажешь!
Повторюсь: я очень коротко рассказал об одном очерке из книги Дмитрия Ермолаева "Север, которого не было"... А в ней — двадцать две главы, одна другой интереснее. Рекомендую!
Ещё больше о фантастическом жанре на канале «Владимир Ларионов о книгах, фильмах и не только...», где я много и регулярно пишу о фантастике и фантастах: https://dzen.ru/id/61504245ca93df7c0e5f8f63
— Серия подростковых "ужастиков", часто с элементами мистики и детектива, в рамках которой издавались новые произведения российских авторов. Выходила параллельно с уже закрывающейся серией "Страшилки" того же издательства, отличаясь отсутствием в составе зарубежных авторов.
От себя добавлю, что книг из обеих серий не читал.
Ну и традиционное ПыСы: если эти книги у вас есть, можете прислать в личку или через заявки более адекватные сканы обложек и фото страничек с данными. Спасибо на добром слове, а кто дочитал досюда (или досюдова?) — молодец!
Пока в сети обсуждают скандал с "Мифологией Лавкрафта" Артёма Ширкунова, обвинённой в использовании нейросетей и ошибках, решил продолжить цикл заметок "Как издавали хоррор в СССР". Спустя семь лет. Конечно, это только наброски к большой книге об истории хоррора, которая готовилась долгие годы, а изучать хоррор я начал ещё в своём советском детстве.
Когда и откуда широкий круг читателей в СССР узнал о Лавкрафте? Точнее, где советский читатель впервые прочитал эту фамилию?
Я уже писал о первой официальной русской публикации Лавкрафта, условно доступной в СССР — в журнале "Америка" в 1976 году. Американский русскоязычный журнал "Америка" распространялся в Союзе в обмен на распространение советского журнала Soviet Life на Западе. Но "Америку" достать могли не все. А из тех, кто прочитал номер, далеко не все обратили внимание на рассказ неизвестного писателя. Думаю, что большая часть советских любителей фантастики впервые узнала о Лавкрафте от Рэя Брэдбери. Помните аллегорические рассказы "Изгнанники" и "Эшер II" из цикла "Марсианские хроники"? А они весьма примечательны. Это своего рода наброски к роману "451 градус по Фаренгейту". "Эшер II" написан с большой любовью к самым классическим страшным произведениям Эдгара По. Помимо самого По в произведении упоминаются и коллеги По по (извините за каламбур) страшной фантастике — Лавкрафт, Готорн (Хоторн), Бирс. Некто Стендаль собирается отомстить членам "Общества Борьбы с фантазиями", сжигавшего в 1975 году на Земле все фантастические книги и фильмы. Для этого он строит с помощью самых современных средств мрачный дом в духе Дома Эшеров, населяет его роботами-скелетами и роботами-привидениями, а затем наказывает врагов способами, описанными в рассказах "Убийство на Улице Морг", "Колодец и маятник", "Преждевременное погребение", "Маска Красной Смерти", "Дом Эшеров" и "Бочонок амонтильядо" (последнему уделено особо важное место).
В рассказе также упоминаются герои сказок, "Алисы", "Волшебника из страны Оз". Но вскользь. Настоящая фантазия для Брэдбери — мрачные картины По и его друзей. Рассказ — гимн сверхъестественному ужасу в литературе.
цитата
Стендаль упивался безотрадностью, свинцовой тяжестью, удушливыми испарениями, всей "атмосферой", задуманной и созданной с таким искусством. А сам Дом! Угрюмая обветшалость, зловещий пруд, плесень, призраки всеобщего тления!
цитата
В нынешнем, две тысячи пятом году господа бога нашего я построил механическое святилище. В нём медные летучие мыши летают вдоль электронных лучей, латунные крысы снуют в пластмассовых подвалах, пляшут автоматические скелеты, здесь обитают автоматические вампиры, шуты, волки и белые призраки, порождение химии и изобретательности.
цитата
– Название "Эшер" вам ничего не говорит?
– Ничего.
– Ну а такое имя: Эдгар Аллан По?
Мистер Бигелоу отрицательно покачал головой.
– Разумеется. – Стендаль сдержанно фыркнул, выражая печаль и презрение, – Откуда вам знать блаженной памяти мистера По? Он умер очень давно, раньше Линкольна. Все его книги были сожжены на Великом Костре. Тридцать лет назад, в 1975.
– А, – понимающе кивнул мистер Бигелоу, – Один из этих!
– Вот именно, Бигелоу, один из этих. Его и Лавкрафта, Хоторна и Амброза Бирса, все повести об ужасах и страхах, все фантазии, да что там, все повести о будущем сожгли. Безжалостно. Закон провели. Началось с малого, с песчинки, еще в пятидесятых и шестидесятых годах. Сперва ограничили выпуск книжек с карикатурами, потом детективных романов, фильмов, разумеется. Кидались то в одну крайность, то в другую, брали верх различные группы, разные клики, политические предубеждения, религиозные предрассудки. Всегда было меньшинство, которое чего- то боялось, и подавляющее большинство, которое боялось непонятного, будущего, прошлого, настоящего, боялось самого себя и собственной тени.
Лишившийся огромной личной библиотеки Стендаль превращается из книжника в безумного маньяка, сродни героям рассказу Эдгара По.
На русском рассказ публиковался в журнале "Наука и техника" (1963), затем в переводе Льва Жданова — в мировской книге "Марсианские хроники" в 1965 году, выходил в сборнике Брэдбери "Память человечества" (1981-1982) и легендарной антологии "Американская фантастика" (1988). В последующие годы, понятно, издавали его уже гораздо чаще.
Запоминающееся оформление у сборника "Память человечества". Художница Н. Маркова сделала интересные иллюстрации, но не менее интересными оказались источники вдохновения художницы. В шагающем роботе на обложке легко узнать AT-AT из "Звёздных войн". Портрет Брэдбери обрамляет сцена из "И грянул гром" и динозаврик срисован с одной из самых известных картин Зденека Буриана.
Рассказ "Эшер II" сопровождался иллюстраций в стиле мрачной готики
В 1990 году "отец русского хоррора" художник Аскольд Акишин (ныне — признанный мэтр отечественного комикса) создал графическую адаптацию рассказа "Эшер II" для первой советской комикс-антологии ужасов "Некрополис". Комикс получил название "Эшер 3".
Акишин чуть позже использовал образ героя комикса "Эшер 3" в плаще с поднятым воротником для комикса "Мастер и Маргарита".
Рассказ "Изгнанники" ("Изгои") опубликован немного раньше "Эшера II", но по хронологии является более поздним произведением цикла: действие происходит в 2120 году, хотя хронология в "Марсианских Хрониках", конечно, весьма условная.
На русском "Изгнанники" вышли в переводе Вл. Гакова в журнале "Литературная Армения" в 1977 году, а затем — в начале 80-х в том самом сборнике "Память человечества". Почти всё фантастические книги на Земле сожжены и экспедиция отправляется на Марс, чтобы жечь книги там. Но астронавты не знают, что на Марсе обитают воплощения всех знаменитых писателей-хоррорщиков и фантастов, а также героев фантастических книг. Эдгар По, Бирс, Блэквуд, Мэкен, Диккенс, Шекспир встают на защиту своего нового дома. В рассказе перечислены некоторые классические хоррор-произведения, в том числе совсем неизвестные книголюбам из СССР.
цитата
Смит, вам когда-нибудь снились упыри и прочая пакость?
— Снились, сэр. За месяц до старта ракеты из Нью-Йорка.
Белые крысы грызли мне шею, сосали кровь. Боялся сказать вам, думал, еще не возьмете с собой.
— Ну ладно, — вздохнул Командир — Я тоже видел сон. Первый за все пятьдесят лет жизни. Он приснился мне за несколько недель до отлета. А потом снился каждую ночь. Будто я белый волк, которого обложили на снежном холме. Меня подстрелили, в теле застряла серебряная пуля. А потом зарыли в землю и в сердце воткнули кол.
цитата
То, что вы видите сейчас, Смит, — это последние экземпляры. Их сохранили для истории и запрятали в музейные хранилища.
Смит наклонился, пытаясь прочесть названия на пыльных переплетах.
— Эдгар Аллан По "Рассказы", Брэм Стокер "Дракула", Мэри Шелли "Франкенштейн", Генри Джеймс "Поворот винта", Вашингтон Ирвинг "Легенда о Сонной лощине", Натаниель Готорн "Дочь Рапачини", Амброз Бирс "Случай на мосту через Совиный ручей", Льюис Кэрролл "Алиса в Стране чудес", Алджернон Блэквуд "Ивы", Фрэнк Баум "Волшебник Изумрудного города", Г.Ф. Лавкрафт "Зловещая тень над Инсмутом" И еще книги Уолтера де ла Мэра, Уэйкфилда, Гарвея, Уэллса, Эсквита, Хаксли. Эти авторы все запрещены. Их книги сожгли в тот самый год, когда перестали праздновать День Всех Святых и Рождество.
цитата
"Как там на Земле без Рождества? — подумал По — Без жареных каштанов, елочных украшений, хлопушек и свечей... Ничего, только снег, ветер и одинокие люди-реалисты..."
В статье, посвящённой 60-летию Брэдбери (журнал "Детская литература", 10, 1980), известный фантастовед Вл. Гаков, первый переводчик "Изгнанников", пишет о об этом рассказе и об" Эшере II" и предвидя вопросы читателей (слишком много в рассказе малоизвестных советскому читателю имён) даёт краткую характеристику авторам "менее известным". ГФЛ он характеризует так: "болезненно-мрачный Говард Лавкрафт, основатель современной "литературы ужасов", Мэкена (Мейчена) -" философски настроенный чудак", А Де ла Мара и Дансени называет" авторами как жутких историй о духах и привидениях, так и удивительно чистых романтических сказок".
цитата
— Не волнуйтесь, — говорил По, и его лоб освещал им путь, словно огромная белая лампа, то вспыхивая, то затухая. — Я дал знать всем, кто там, на берегу мертвого моря. Всем вашим и моим друзьям, Блэквуд, и вашим, Бирс, тоже. Они все там. Все зверье, ведьмы и старики с длинными острыми зубами. Ловушки расставлены, колодцы и маятники ждут. И Красная смерть тоже... — он тихонько засмеялся. — Да, Красная смерть.
цитата
Пламя заиграло на потускневших заглавиях книг: "Ивы", "Чужой", "Смотри, перед тобой мечтатель", "Доктор Джекил и мистер Хайд", "Волшебник Изумрудного города", "Пеллюсидар", "Страна, которую забыло время", "Сон в летнюю ночь" — и ненавистных именах Мэкена, Эдгара По, Кэбелла, Дансени, Блэквуда, Льюиса Кэрролла — старых именах, забытых, преданных анафеме именах.
PS. В предисловии Д. Данилова к "Мифологии Лавкрафта" есть ссылка на мою статью в фантлабовской колонке о Лавкрафте. Это навело на мысль: не возобновить ли заметки о том, как издавали хоррор в СССР?
облако тэгов
