Владимир Щербаков «Четыре стебля цикория»
- Жанры/поджанры: Фантастика (Темпоральная фантастика, хроноопера | «Мягкая» (гуманитарная) научная фантастика )
- Общие характеристики: Психологическое
- Место действия: Наш мир (Земля) (Россия/СССР/Русь )
- Время действия: 20 век
- Сюжетные ходы: Сверхъестественные способности, супергерои
- Линейность сюжета: Линейный с экскурсами
- Возраст читателя: Любой
В детстве он видел, как его подруга Настя упала с высоты и должна была разбиться, но какая-то невидимая сила поддержала девочку в воздухе и не дала ей удариться о землю. Лишь спустя долгие годы герой смог понять, что именно произошло в тот далекий летний день.
Входит в:
— журнал «Искатель 1982'5», 1982 г.
— сборник «Третий тайм», 1988 г.
— антологию «Русь - медведица с колосьями», 1994 г.
страница всех изданий (3 шт.) >>
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
Darth_Veter, 29 ноября 2025 г.
Когда-то в детстве герой рассказа стал свидетелем чудесного явления. Его знакомая Настя слишком близко подошла к обрыву холма и вполне закономерно сорвалась вниз. По логике, после такого падения она должна была разбиться насмерть. Но не разбилась — на последних метрах что-то задержало ее падение, превратив его в безопасный спуск... Конечно же, это чистая фантастика о неординарной способности героя новеллы проникать в свое прошлое, так сказать, на ментальном уровне. С полноценной возможностью физически вмешиваться во все происходящие там события. Нечто похожее вы можете найти и в известном романе Громовой и Нудельмана «В институте Времени идет расследование». Только вот масштабы этого воздействия в этих двух произведениях не сопоставимы: мелкое «точечное» изменение событийности у Щербакова и фактически создание новой временнОй реальности у Громовой и Нудельмана. Типичная советская фантастика 60-х, написанная двумя десятилетиями позже. Не только как форма признательности ушедшей в прошлое великой культуре, но и как некая форма ностальгии по времени, которое — увы! — уже никак не вернуть назад.
--------------
РЕЗЮМЕ: рассказ, подтверждающий известное правило: «сделать это на самом деле невозможно, но если очень хочется — тогда можно». Впрочем, для советского человека и на самом деле не было ничего невозможного.