Иван Белов «Птичий брод»

Тесаком помахал, мысли заложных почитал, распутал дело вспомнив, что такое уже было (как Холмс) и всё чинно-мирно, с трупами, которые сгорели прахом чёрным, порешал. Сказка, да и только, мля.

Только я один вообще атмосферы не почувствовал? Все нахваливают. А юмор атмосферу убивает. Не страшно, даже не таинственно.

В третьей истории Рух — наконец-то! — выходит на первый план, и это здорово оживляет весь сюжет в целом. Автор явно наслаждается, закидывая нас великолепными картинками окружающей природы, людей, мира, при этом аутентично разбавляя густоту уже ставшей фирменной мрачной сказочной атмосферы легким и даже ехидным юмором, совершенно не вызывающим ни малейшего отторжения, а ведь это довольно опасная грань, потому что шутейки — вещь сугубо индивидуальная: одному зайдут на ура, а другой плеваться будет от идиосинкразии. Товарищу Белову как-то удается быть всегда посередине, между «красными» и «белыми», при этом он не выглядит коньюнктурщиком — скорее, мастером слова, способным расположить к себе и ваших и наших да еще при этом не потерять лица.

Сама история хоть и простая, но шикарная: по подаче, по динамике развития, по обаянию персонажей. Мир Заступы все больше расширяется, все больше подробностей разбросаны тут и там по карте, а герои не просто существуют внутри сюжета, но и постоянно вносят дополнительные краски в целостность общей картины. Вполне возможно, мы впервые познакомились с антагонистом, который впоследствии — чует читательское сердце! — еще появится в каком-нибудь следующем рассказе или даже пройдет красной нитью по всему циклу. Будет интересно посмотреть в развитии не только Бучилу, но и его соперника, который, кстати, во много раз превосходит Руха по силе. Вообще, нам обрисовали главного героя далеко не всемогущим, его силы весьма и весьма ограничены, что так же идет только на пользу повествованию: очередного супергероя, пусть даже и с клыками, нам не надо, куда приятней наблюдать решения, связанные не с грубой силой, а с использованием ума и ловкости.

«Птичий брод» — замечательное продолжение, не просто удерживающее высокую планку, заданную предыдущей парой рассказов, но и смело берущее новую высоту. Всегда радуешься и за себя, как читателя, и за автора, когда получаешь даже больше, чем рассчитывал. Но это же и порождает высокие ожидания на будущее.

У нас могильник, а у вас?

***

«Птичий брод» — третий рассказ из сборника «Заступа: все оттенки падали». Иван Белов прибегает к известному тропу – к квесту. Заступа, он же Рух Бучила, отправляется на Птичий брод, чтобы разобраться с ожившими мертвяками. В возницы (в напарники, то есть) ему даёт молодца Фёдора, тот, конечно, не в восторге. Но мысли о славе, а то и о деньгах, душонку-то греют.

Рассказ интересен тем, что первую скрипку, наконец-то, играет Рух Бучила. В двух прошлых историях он то был второстепенным героем, то главным, но лишь в определённых ситуациях. Здесь же Бучила разошёлся. И запел соловьём! Ружье, которое Белов повесил в первых двух рассказах (речь об остром языке Руха) стреляет наповал. Бучила шутит так много (вслух и про себя), будто это стрелы, которыми он хочет нашпиговать мертвяка-другого. Если Бучила и дальше продолжит жечь таким напалмом, то честь и хвала Белову!

Заключение: бодрый рассказ! Короткий, ёмкий, много действия и юмора. Пока из трёх первых историй автору удались все три. Каждая по своему. Рассказ «Полста жён» брал новизной (новый цикл) и атмосферой. «Ванькина любовь» цепляет человечностью вурдалка и животностью людей. А «Птичий брод» заставляет смеяться. Бонусом идёт расширение бестиария. Автор не пошёл тореной тропой, выдумывает своих монстров, что не может не радовать.

10 заступ из 10!

Рассказ получился похожим на зачин к чему-то большому. Ну, т.е. ждёшь, что эта стычка с искусственно созданной тварюгой и её создателем ещё аукнется. Но в других рассказах цикла об этом эпизоде жизни Руха даже не упомянут.

Когда знаешь как создавался цикл (благодаря послесловию автора) — начинаешь задумываться, могли так получится просто потому, что сам Иван после «Ванькиной любви» и не помышлял о продолжении?

А так — зацепился за то, что в предыдущих главках упоминался Птичий брод и просьба разобраться с тем, что там происходит и получилась вот такая вот история из жизни Бучилы.

Кроме этой оборванности — никаких недостатков у рассказа: выдержана мрачная атмосфера, чёрный юморок, сюжетные повороты присутствуют. Крепкий, увлекательный рассказ.

Если ранее было знакомство с миром и героями, то «Птичий брод» — полноценное расследование, показывающее случай из «жизни» Заступы, выполнение обязательств по защите села. Одно рядовое и казалось бы простое задание, обернувшееся встречей с тёмной магией и с очень опасной тварью.

Прямое продолжение предыдущих глав-рассказов, ведь просьба «сходить посмотреть брод» была озвучена ещё в самом начале книги. Вообще мне пока нравится формат романа в рассказах — отдельные сюжеты, но при этом почти не отделенные друг от друга по времени и связанные сюжетно.

Детали атмосферы — дарк, славянский фольклор, чудь белоглазая, черносотенцы, юродивые, элементы ужаса в описании чудищ и поднятых мертвецов. И всё это сдобрено зубоскальством главного героя (натура такая, не переделаешь) и особенностями местной житейской логики.

«А кум врать не будет, честнейшей души человек, если и врет, то только попу на исповеди, и то, во спасение грешной души.»

«Люд у нас добрый, если кого и убьют, то долго себя после злодейства казнят, аж до обеда.»

«– Вот ты, Федор, чужое бы взял? – спросил Бучила.

– Я? – оскорбился такому повороту Федор. – Да ни в жисть! Я чуж…

– А за пазухой чё у тебя?

– Ой, ёптель! – Федя искренне удивился, заметив за отворотом зипуна край небольшой иконы в серебряном окладе. – Причепилась, кады в телегу полез!

– Бывает, – согласился Бучила. – Я не в претензии. Как в писании сказано: не суди и не судим будешь!

– Золотые слова! – Федор вернул икону на место.

– Еще раз такое выкинешь, убью, тут уж не обессудь»

Написано витиевато, приятно. Не без серой морали и неоднозначности (Пантелеймон тому яркий пример).

Оценку ставлю уже без всяких авансов и натяжек.

"– Странностей не замечаешь, Заступа-батюшка? – Федор поводил острым носом, словно принюхиваясь.

– Вроде нет, – признался Рух. – Люди пропали, кругом шастают ожившие мертвяки, кто-то раскапывает могилы. А так нет, никаких странностей, расстройство одно»

Хоть история и довольно цельная — с началом и с концом — она воспринимается скорее как глава. Хорошо, что еще много таких глав впереди, читать — ну просто одно удовольствие!

«Птичий брод». Древние курганы, ожившие мертвецы, редкой силы и зловредности тварь, которую можно опознать по привычке выкладывать из частей тел убитых подобие змейки. Больше мерзко, чем страшно. Недурной образчик боевого фэнтези.