FantLab ru

Аркади Мартин «Память, что зовётся империей»

Рейтинг
Средняя оценка:
6.71
Оценок:
81
Моя оценка:
-

подробнее

Память, что зовётся империей

A Memory Called Empire

Роман, год; цикл «Тейкскалаан»

Аннотация:

Когда посол Махит Дзмаре прибывает на планету-город в центр мультисистемной Империи Тейкскалаан, то обнаруживает, что ее предшественник — предыдущий посол с их маленькой, но дорожащей своей независимостью шахтерской станции — умер. Никто не собирается признать, что его смерть не была несчастным случаем или что Махит может стать следующей жертвой политических интриг императорского двора. Теперь Махит должна выяснить, кто стоит за убийством, а также попытаться спасти себя и свою Станцию от непрекращающейся экспансии Тейкскалаан.

С этим произведением связаны термины:
Примечание:

Посвящение: Эта книга посвящается всем тем, кто когда-нибудь влюблялся в культуру, пожирающую своих детей. (А также Григору Пахлавуни и Петросу Гетадарцу — через века).

Интервью Аркади Мартин о создании книги на русском.


Входит в:


Награды и премии:


лауреат
Мемориальная премия Комптона Крука / Compton Crook/Stephen Tall Memorial Award, 2020 // Дебютный роман

лауреат
BooktubeSFF Awards, 2020 // Научно-фантастический роман (выбор читателей и выбор жюри)

лауреат
BooktubeSFF Awards, 2020 // Дебютный роман (выбор читателей и выбор жюри)

лауреат
Список рекомендованного чтения от Американской библиотечной ассоциации / Reference & User Services Association - The Reading List, 2020 // Научная фантастика

лауреат
Хьюго / Hugo Award, 2020 // Роман

Номинации на премии:


номинант
Премии конвента ДрагонКон / Премия "Дракон" / Dragon Awards, 2019 // Научно-фантастический роман

номинант
Небьюла / Nebula Award, 2019 // Роман

номинант
BookNest Fantasy Awards, 2019 // Дебютный роман

номинант
Subjective Chaos Kind of Awards, 2020 // НФ

номинант
Локус / Locus Award, 2020 // Дебютный роман

номинант
Премия Артура Ч. Кларка / Arthur C. Clarke Award, 2020 // Роман

номинант
Премия журнала «Nowa Fantastyka» / Nagrody «Nowej Fantastyki», Za rok 2021 // Зарубежная книга года (США)

Похожие произведения:

 

 


Издания: ВСЕ (5)

Память, что зовется империей
2021 г.

Издания на иностранных языках:

A Memory Called Empire
2019 г.
(английский)
A Memory Called Empire
2019 г.
(английский)
A Memory Called Empire
2020 г.
(английский)
A Memory Called Empire
2020 г.
(английский)





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по актуальности | по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  35  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Вот уже восемьдесят лет космическая империя Теикскалаан пребывает в относительном мире и спокойствии — да, на границах время от времени случаются стычки, и приходится иной раз подавлять бунты, но всё-таки за всё это время не случилось ни одного по-настоящему масштабного и тяжелого конфликта, за что в какой-то степени нужно благодарить мудрого императора Шесть Направлений. Но рано или поздно теикскалаанцы вновь задумаются о расширении своих владений, и куда они посмотрят в первую очередь? Конечно, на сектор космоса, где расположены станции шахтёров, добывающих на астероидах молибден и прочие ценные металлы. По военной мощи станции и империя несравнимы, однако в распоряжении первых имеется ещё два немаловажных оружия, и первое из них — дипломатия.

И по этой причине молодая женщина по имени Махит Дзмаре отправляется со станции Лсел в Столицу — Жемчужину Мира, планету-город, которая на языке теикскалаанцев называется тем же словом, что и сама империя, а также мир как таковой. Ей поручено продолжить дело предшественника, Искандра Агхавна, и сделать так, чтобы могущественный сосед научился ценить Лсел и прочие станции такими, какие они есть. Внутри себя Махит несёт второе, секретное оружие Лсела: вживленную в мозг имаго-машину, которая позволяет копировать личность, сохраняя тем самым полезный опыт и навыки. Имаго, которое досталось Махит — копия личности Искандра, устаревшая на 15 лет. Помимо всего прочего, ей нужно выяснить, что с ним случилось и каким образом он уберегал станции от аннексии всё это время. Вскоре выяснится, что Искандр занимался весьма необычными вещами, и Махит не придется скучать — её приключения начнутся в ту же секунду, как она ступит на поверхность Столицы.

«Воспоминание, именуемое империей» — книга довольно-таки странная. С первых же страниц бросается в глаза необычайно глубокая (хотя и не всесторонняя) степень проработки антуража в том, что касается культуры и внешних аспектов: империя, описанная Аркадией Мартин, предстает перед нами во всех блистательно выписанных деталях церемониала, протокола, нарядов и обыкновений аристократии, а также устройства города-государства, поражающего воображение своим величием. Ещё одной заметной частью авторского замысла стали термины, источником вдохновения для которых стала не столько Византийская, сколько Ацтекская империя. У меня двойственные чувства по поводу этой находки Мартин: с одной стороны, необычно и интересно; с другой — откровенно говоря, впервые столкнулась с книгой, из которой не запомнила НИ ОДНОГО термина. С ономастикой чуть проще, но она тоже нестандартная: имена теикскалаанцев состоят из числительного и существительного, к примеру Шесть Направлений, Двенадцать Азалий, Три Водоросли и т.д.

Да, к обрамлению истории автор подошла с фантазией. Среди идей стоит отметить имаго-машину: подобное копирование личности встречается у других авторов, и не раз, но всё-таки Мартин в этом смысле зашла чуть дальше остальных и не только выстроила на основе имаго-линий всё общество станции Лсел (на 30 000 человек там 10 000 специалистов с имаго, иногда содержащими множество поколений), но и сыграла на контрасте, выделяя отличия между двумя культурами. В империи, как отмечает Махит в разговоре со своей атташе по культуре Три Водоросли, сохраняют всё, даже плохие стихи. А на Лселе и прочих станциях — только то, что заслуживает быть сохранённым. (Впрочем, как ей предстоит убедиться, это не совсем так.) Ещё один интересный момент — роль поэзии в устройстве империи, в управлении ею. Теикскалаанцы очень высоко ценят хороших поэтов, устраивают состязания при дворе императора, шифруют сообщения при помощи стихов и высказывают в стихах недовольство властью. Только учтите, что это не совсем те стихи, которые можно себе вообразить, а, скорее, особый поэтический язык, образный, иносказательный и временами довольно пафосный.

Но вот в том, что касается сюжета и персонажей, всё не очень хорошо… Копия личности мужчины зрелого возраста в голове у молодой девушки — напоминает «Гамбит девятихвостого лиса» Юн Ха Ли, верно? В самом деле, но скорее внешне и, по итогам, не в пользу героев книги Мартин. Во-первых, отношения между Махит и копией Искандра складываются не так, как у Черис и Джедао (в определенный момент копия Искандра в силу некоторых причин отключается, и героиня остаётся наедине с проблемами); во-вторых, у Юн Ха Ли получилось изобразить Черис достаточно опытной и проницательной, а Махит у Аркадии Мартин — совсем «зелёный» дипломат с амбициями; в-третьих, Искандр сильно уступает Джедао по харизме. Тем не менее, именно отношения между Махит и копией чужой личности в её голове представляют собой самую внятную и любопытную линию в романе, за пределами которой царит сбивающая с толку путаница интриг. Экшн у Аркадии Мартин не получается, злодеи тоже не получаются (и это прискорбно), поэтому положительные и условно-положительные герои, в основном, разговаривают. Разговоры перемежаются описаниями городских пейзажей и интерьеров, традиций, поэзии, технологии и проч. — читать их интересно, потому что с литературным стилем у автора всё хорошо, однако к середине романа накапливается раздражение от того, что главный сюжет топчется на месте. Во второй половине книги события набирают обороты, но становятся очень сумбурными, кое-кто из персонажей погибает необычайно дурацким образом, и в самом конце читатель получает сцену, к которой его готовили рассеянные по тексту намёки на одержимость теикскалаанцев кровью и её символическим значением для империи как таковой — но, вместе с тем, эта сцена безжалостным образом подчеркивает средневековый (если не совсем уж дремучий) менталитет имперцев. Трудно сказать, что из этого входило в авторский замысел, а что «само написалось».

И в результате получается, что роман не может предложить ничего нового ни как НФ, ни как космоопера, а как философская фантастика (или хотя бы гуманитарная, в духе Урсулы Ле Гуин) он просто не получился — не хватило глубины, четкой идеи, интересных (нешаблонных) персонажей и ещё чего-то… Это обидно, потому что автор писать умеет, потенциал у книги значительный, и даже если он хоть отчасти реализуется в продолжении (вторая часть цикла, «A Desolation Called Peace», анонсирована на следующий год), я вряд ли буду его читать — слишком неприятное впечатление оставили заключительные страницы, слишком тусклыми получились герои. Да, в целом сильно лучше, чем тот же «The City in the Middle of the Night» Ч.Дж.Андерс. Но, к сожалению, далеко не шедевр.

Оценка: 6
–  [  19  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Скучноватый посредственно написанный и не очень удачно переведённый дамский роман в научно-фантастических одеждах, которому отчаянно не хватает масштабности и хорошо прописанных героев. Сюжетные ходы не слишком убедительны, события сумбурные и скоротечные, отчаянно неправдоподобные и происходящие в паре-тройке скучно описанных локаций.

Очередной пример деградации премии Хьюго. Не стоит тратить время.

Оценка: 6
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

У приключений и переживаний юной дипломатки множество ассоциаций. «Цетаганда» Буджолд. Поздняя Ле Гуин, Леки, коммерческий Булычев, м.б., Ларионова и Черри. То есть: литературно выше среднего, исполнение традиционное, с упором на психологию и отношения; динамично; интеллектуальная нагрузка умеренная; персонажей активных с дюжину; много быта и высокой культуры при отсутствии шока и непостижимостей.

Причин, по которой интриганы крошечной как бы республики бросили девушку Махит (до этого не знавшую голубого неба и ружейного ствола), тормозить расширение звездной империи, две. Первая — оценка по тейкскалаанской поэзии, которая заменяет агрессивному соседу канцелярский сленг с пропагандой.

Вторая — совместимость с копией личности посла, успешно работавшего при дворе Шесть Путь 20 лет. Такие «имаго»-импланты, после интенсивной психотерапии, на станции Лсел считаются прекрасными помощниками в любом деле, от добычи осмия до пилотажа, что за намеки на жуть и аморальность? Но сделка Искандра отменилась — и вот почему, вместо нужной служебной информации, Махит вспоминается, как он мылся в министерстве?

Порадовало изображение государства. Вместо привычного ряда синонимов (бюрократы, машина), нечто, существование которого зависит от процессов экологической сложности и характера. Воля со-императоров, самоубийства граждан, интриги аппарата, традиции тысячелетий и новые песни, коллективный разум полиции и протесты в торговом квартале, в то симбиотических, то антагонистичных, до уличных боев, связях — это место обитания нормальных людей, а не гнезда винтиков и рабов системы.

Отказ от приевшихся метабаронов колхозного масштаба позволил задать жизнеподобный, абсолютно эклектичный мир и в дело пошло всякое, от транспортных алгоритмов до китайского небесного мандата.

Остроумие, гандбол, яд, шпорник, взрывы, пафос, пруд, наследный клон, амбиции, слезы, чашка писем, вербовка на балу, лампы полного спектра, голодный разум, вкус фиалок, новости восьмого канала, возня в закоулках столицы важнее провинциальных планет, ноготь в сольвенте, столичные кольца, подпольный протезист, экфразис, трупы...Тейкскалаан, с храмом Солнца и садами, чисто Месоамерика, ономастика оттуда же, как и пратчеттовский Два Цветок.

В последней трети все становится довольно серьезно, глобально и, даже, драматично. В целом, вполне достойно прочтения, но к прорывным или завораживающим вещам «Память, что зовётся империей» никаким боком.

Номер с записью умершего исполняли, и не хуже, Бэнкс, Желязны, Гибсон, Суэнвик, а десятки поколений пилотов с имаго, если секунду подумать, суть техническая стагнация. Посол один, без, хотя бы, секретаря и шифровальщика? Автор дала пару-другую отменных деталей, влезла в архитектуру и попыталась, в послесловии, утвердить новационные антиимперскость и восточно-армянский язык... Насчет лингвистики есть в НФ более впечатляющие новации, а насчет имперской угрозы впечатление обратное. Конкретики экспансии и бремени империи у Вудхауса и то больше.

Бисексуального на полторы страницы.

Перевод: без претензий. Язык аспиранта гуманитарного вуза.

Полиграфия: накладку на суперобложку осуждаю, внутри норма.

Рекомендации: женское лицо современной космооперы.

Оценка: нет
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Гм, что-то не то, однако.

Но давайте спокойно разберемся.

Суть такова: есть могущественная великая древняя эпическая всемогущая непобедимая великая космическая галактическая великая империя (вроде ничего не пропустил), которая доминирует и возвышается над известной вселенной. Да, где-то уже видели, и не сотню раз, но есть нюанс, даже несколько нюансов. Это не очередной космический Рим или Британия, и даже не Персия. Империя Тейкскалаан частично списана с Византии (потому что автор — византолог по одному из своих образований, коллега Гарри Тертлдава), с элементами тысячелетнего конфуцианского Китая и ацтекской Мексики из времен дочерей Монтесумы (и такое тоже видели, но не каждый день, поэтому поставим плюс). Пышные церемонии, бесконечные пафосные поэмы о деяниях древних героев, шелковые халаты и бороздящие звездолеты в одном флаконе. У границ империи прозябают мелкие космические княжества и прочие варвары, которые не совсем варвары. Из одного такого варварского королевства (размерами примерно с космическую станцию) в Цареград… пардон, здешний имперский столичный мегаполис как-то иначе обзывается, но не суть — короче, в столицу прибывает новый посол (потому что старый внезапно умер неизвестно почему). Посла встречают на космодроме, постепенно вводят в курс дела, и… дальше все плохо.

Пардон за чудовищную банальность космических масштабов, но всякий автор прежде всего человек, который есть сумма его жизненного опыта. Однако не всякий автор способен устоять перед соблазном и не выплеснуть свой жизненный опыт на бумагу. А наш автор — вчерашняя студентка с истфака, и опыт у нее соответствующий. И вот встречаются два дипломата в эпической столице древней империи, и ты подсознательно ждешь от них пышных церемоний и византийского коварства. А эти дипломаты — две молоденькие девушки, которые через пять минут после встречи зовут друг дружку по именам, заказывают имперский галактический аналог пиццы с тортиками, глупо хихикают и обсуждают мальчиков. Но девочки все-таки лучше, хи-хи-хи. Ой, кто-то в дверь стучит! А вот и мальчик, бывший одноклассник. «А помнишь, как мы с тобой в колледже? Хи-хи-хи».

Воля ваша, но голливудская комедия про американский колледж в декорациях космической оперы — это какой-то очень смелый сюжетный ход… Ой, труп! Труп в морге! А, понятно, это черная комедия — тоже где-то видели.

На самом деле нет, там дальше еще много всякого разного будет, но первое впечатление испорчено безвозвратно.

Я как человек самых широких взглядов так скажу: главный герой имперской галактической оперы вовсе не обязан быть брутальным непобедимым суперменом. Он может не быть ветераном Гражданской войны как Джон Картер из Виргинии. Он может не быть героем Второй Мировой как Джон Гордон из Нью-Йорка или самым лучшим пилотом Галактики, как человек и звездолет Хан Соло. Он не обязан быть наследником тысячелетней династии, как воин-пророк Пол Атрейдес или принцесса Джулия с Эрикона накануне Судной Ночи. Он даже не обязан быть суровой амазонкой-котоводительнецей, как леди-адмирал Хонор Харрингтон.

Главный герой космооперы может быть почтенной матерью семейства, например (см. «Барраярский цикл») или закомплексованным подростком-инвалидом (см. там же), или беспризорником из сельской местности, как герой «Галактической Одиссеи» Лаумера...

Но должны же быть какие-то границы…

Инфодампы очень неровные: один раз пафосный пафос, в другой раз «инструкция по управления механизмом утвержденная соответсвующим ведомством», в третий раз «в эфире вечерние новости СNN, и наш специальный корреспондент передает из». Продукт эпохи, да.

Не знаю, я как-то на большее рассчитывал. Может быть, как-нибудь в другой раз попробую дочитать.

Перевод ничего так, но как всегда. Например, в переводе «императрица», но в оригинале все императрицы женского пола носят мужской титул «император». Кто-то скажет, что это типичный бюрокретинизм из времен династии Тан, а кто-то скажет — продукт нашей эпохи. Решайте сами.

Такие дела.

Оценка: нет
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Воспоминание под названием «Империя»

Истории всегда тускнеют к тому времени, как бывают записаны. Histories are always worse by the time they get written down.

Дебютный роман Анны-Линден Веллер, известной более по псевдониму Аркади Мартин не только завоевал Хьюго 2020, но и был в числе номинантов на все главные награды в области фантастики и фэнтези: Локус, Небьюла, премия Артура Кларка. Успех более, чем впечатляющий, равно у критиков, читателей и той прослойки между первыми и вторыми, какую составляют книжные обозреватели-блогеры.

И по праву, «Воспоминание под названием «Империя» A Memory called Impere органично соединяет черты космооперы, киберпанка, политического триллера, криминального романа с многоступенчатым культурологическим исследованием. И это я еще не сказала о романе имиграции со всем спектром ощущений, какие испытывает человек, ассимилирующийся в авральном режиме в общество, во всех отношениях обогнавшее то, откуда он прибыл.

Очень отдаленное будущее. На планету, являющуюся столицей империи Теиксклаан прибывает молодая женщина Махит Дзмаре, посол Лсела. Родина Махит — группа космостанций, расположенных на астероидах, где добывают редкоземельные металлы, потребные для нужд технологически развитой империи. При этом, Лсел не часть империи, не один из ее протекторатов — независимое государство. Бедное, но гордое.

Особенности жизни и работы на астероидах требуют от инженеров из числа тамошней технической элиты обладания количеством технологических знаний, несовместимым с жизнью. Не для красного словца: среда не благоприятствует, институтов передачи знаний традиционным способом в этих условиях создать невозможно, да оно и занимало бы безумное количество времени, а учитывая постоянно меняющуюся обстановку, когда одни знания устаревают или просто неприменимы и для решения проблемы необходимо бывает сочетание разных методов...

Дарвинов принцип естественного отбора: вымирай или приспосабливайся. И выход найден — имаго. Личность предшественника со всем набором его знаний, умений и навыков подсаживается преемнику, что позволяет успешно решать текущие вопросы. У Махит, посла Лсела в империи, разумеется, тоже есть интегрированная имаго-матрица старшего товарища Искандра Агхавна, проблема в том, что это запись пятнадцатилетней давности. И теперь, когда Искандр неожиданно скончался «подавившись воздухом» ( офигительная формулировка для причины смерти), а его актуальное на момент гибели имаго оказалось повреждено, героиня оказывается в положении человека, которого учат плавать варварским способом — вышвыривая на глубину с лодки.

Кстати о варварстве. Отношение утонченных, донельзя рафинированных теиксклаанцев ко всем, не впитавшим культуру империи с молоком матери, можно описать как снисходительное сочувствие. И это в лучшем случае. В основном, тебя, дылду (они там все прелестно миниатюрные и аккуратненькие, как куколки) будут воспринимать здесь как варвара. Неважно, сколько времени ты потратила на овладение певучим, тяготеющим к двойным и тройным значениям, благодаря логосиллабической природе языком.

Не суть, что проливала в своей глуши слезы над имперскими стихами. А в Теиксклаане, надо заметить, поэзия не в нашей роли красивой бесполезной финтифлющки, ценимой четырьмя процентами общества, но краеугольный камень социальных взаимодействий, играет огромную роль в политике, науке, общественных отношениях. Род магии, не спрашивайте, как действует, моего английского не хватило, чтобы разобраться, если это в принципе возможно.

А ведь она готовилась, больше того, Махит фанат Теиксклаана, как большинство умненьких мальчиков и девочек в Лсале, и будь имаго Искандра в порядке, легко вошла бы в сложную сеть взаимодействий тамошних персонажей. Но есть как есть, нужно срочно осваиваться и что-то делать, чтобы помешать могущественной империи аннексировать родной Лсал. Да тут еще те, кто убил предшественника покушаются на нее, со всех сторон плохо. Единственное, с чем полегче — это данная ей в помощь на роли советника, референта, атташе Три Морских Травы (о да, их имена отдельная песня: Двенадцать Азалий, Девятнадцать Адзе — чем бы это адзе ни было, Шесть Геликоптеров). Такая, приводящая на память «цветные» имена из «Бесцветного Цкуру Тадзаки» Мураками, ономастическая традиция.

Вообще, что касается продуманности мира Теиксклаана в мельчайших деталях и живописных подробностях, книга замечательно хороша. Читая, вспоминала трилогию Юн Ха Ли про Девятихвостого Лиса, там в части клана дипломатов (кажется, не помню точно) такие же немыслимые красоты и разные изощренные фишки, шику-блеску необыкновенного, составляющие разительный контраст монитору перед глазами и унылому пейзажу за окном

К слову, тема зрелого мужа, сознание которого подсаживается в тело молодой привлекательной женщины, тоже перекликается со «Стратегемой Ворона». Но здесь это обыграно изящнее и тоньше той милитари-истории. Интересная книга и очень достойный способ эскапизма от бесприютности начала российской весны.

Оценка: 8


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх