Джек Вэнс «Бравая вольница»

Шант, Аноме, Караз, Палеседра, ахульфы, регушкой, и т. д. и т. п. – всё, что было так необычно вначале, теперь, не потеряв своей необычности, сделалось знакомыми понятиями, названиями и явлениями, даже почти родными. Но автор к тому моменту уже вовсю разогнал своих быстроходцев сюжета – пусть не столь штормового и неожиданного, но по-прежнему интригующего и интересного.

Продолжилась и история взросления главного героя. Идеализм и максимализм молодости перерастают в реализм зрелости. Увеличивается масштаб его ответственности и, соответственно, масштаб проблем. Пройден путь от наивных мечтаний «как бы я изменил этот мир» к самой возможности его изменить – и тут, как водится, всё оказывается гораздо сложнее. Тут, со спойлером, замечу, что опять хорошо и даже слегка назидательно, что автор сделал своего героя сформировавшимся правильно, с ясным, пусть и не без внутренних сомнений, понятием добра и зла, понятием справедливости и так далее –

Да, герою предстоит решать новые проблемы в новом масштабе, действуя временами неуверенно, но смело. Страна трещит под натиском не до конца изученного врага, политические интриги тоже никуда не деваются – и всё это довольно напряженно стянуто обручем ощущения постоянного присутствия чего-то неразгаданного, чего-то более масштабного и зловещего. И это само по себе просто великолепно. К тому же автор не забывает тронуть важные темы – темы морали и закона, свободы и долга и тому подобное – и всё в их сложных, не всегда решаемых преломлениях Да, автор не показывает мастерства в плетении цветистых фраз, но всё вышесказанное, да ещё никуда не девшееся невероятное своеобразие в построении мира и его антуража, как бы говорит, что не так уж это и нужно, всё это плетение фраз и сравнений, так как само по себе создается объем сцен, видов, событий и мира в целом с его невероятной культурной мозаикой – удивительное, даже пленяющее свойство. Ну и интрига, конечно, которая набирает по нарастающей, а раскрывшаяся часть тайн в конце вкусно переводит историю на новый уровень опасностей, конфликтов и, конечно же, новых интриг. И это тот случай, когда сразу же хочется взяться за продолжение.

Стоит признаться, что практически все мы грешим этим: развалясь вечерком в кресле, с кружкой пивка или чашечкой кофе — в зависимости от пристрастий и воспитания, порассуждать о безобразном правлении, бездарных правителях, растущем всеобщем идиотизме, ошибках в политике — без разницы внутренней или внешней. Посетовать, что такие замечательные мысли и предложения, рожденные в жарких дебатах или вялых монологах на миллионах кухнях и тысячах форумах, не доходят до верхов. И так это кажется просто — дайте нам власть, мы вам покажем, как править, чтобы всем «стало хорошо».

Вот свершившаяся мечта всех критиков, мечтателей и оппозиционеров. Власть полная, неограниченная финансами и законом, ни с кем не разделяемая. И попадает она в руки человека честного, милосердного, умного, справедливого, единственного свободного человека в несвободном мире, действующего не из корыстных побуждений или в интересах какой-то группы, а исключительно из чувства долга и ответственности. Идеальный случай: исправить ошибки, покарать виновных, облегчить жизнь невинным.

Шанту фантастически повезло, что Аноме волей случая в самый критический момент истории стал наш герой, бывший раб, бывший послушник секты религиозных фанатиков, бродячий музыкант Гастель Этцвейн. Он действует не как неопытный и необразованный юнец, а проживший жизнь мудрец, искушенный в интригах политик, закаленный в сражениях боец и опытный управленец, оперирующий хладнокровно и расчетливо финансовыми потоками, материальными ресурсами и людьми. И при этом власти не желающий ни в коей мере.

Пожалуй, сам институт анонимной власти и достаточно подробное описание его функционирования самое любопытное во второй части. Занятное допущение: если власть анонимна, то некому давать взятку, нет поля для плетения интриг и вообще политической деятельности. Такая власть сразу предполагает, что ее носитель не будет выделяться на общем фоне. С такой властью не позаигрываешь: Аноме с заветной кнопкой от взрывающихся ошейников может оказаться старичок на лавочке или торговец на рынке.

И это, пожалуй, самое большое фантастическое допущение: за 2 тысячи лет до власти не дорвался маньяк, взрывающий обывателей по своей прихоти, или «высокоморальный» идеалист, стремящийся искоренить многочисленные причудливые секты Шанта. Или карьерист, мечтающий стать императором мира, передавая власть по наследству. Ну не смогла я поверить в такое, настолько это не свойственно природе человеческой.

Но это так, отвлеченное. Не думайте, что вся вторая часть трилогии состоит только из рассуждений о власти. Наоборот, действие постепенно уходит от социального в сторону приключенческого. В небольшом объеме сосредоточено очень много динамичных событий, в центре которых — война с неведомыми захватчиками. Здесь есть все, что душе угодно: разработка долговременной стратегии, жестокие и кровавые схватки, шпионаж и диверсии, генетические манипуляции/жаль, что не очень подробно, ведь затронуты были вполне современные аспекты /, социальные эксперименты, странные обычаи, политика, пропаганда, неразгаданные тайны. Часть доставшихся из романа «Аноме» загадок получат довольно неожиданное объяснение, часть получит подпитку новыми недомолвками и странностями. Более того, действие выйдет за пределы обособленного Шанта, станет общепланетарным и явно готовится выйти за пределы планеты Дердейн, поскольку на сцену выходят новые действующие лица — Асутры.

Дердейн – мир причуд, предрассудков и экстравагантной несдержанности, укротить которую смог только кодированный ошейник. Здесь бок о бок сосуществуют различные несуразности, доведенные до крайности, о чем во всех подробностях вещает первая книга, передавая эстафету второй – мы еще глубже погружаемся в мир, сотворенный Мастером. При этом становимся свидетелями того, как на останках старого мира рождается новый.

Хорошая книга всегда чему-то учит, передает опыт – за относительно ничтожное количество страниц позволяет прожить судьбу целых поколений человеческих обществ и их взаимоотношений. Во многом вторая часть посвящена размышлениям о Свободе, Независимости, их стоимости и возможных последствиях. Автор не дает ответов – он лишь подкидывает дров в костер, способный вскипятить котелок читателя.

Все это облекается формой увлекательных приключений одного скромного сметливого паренька, в одночасье почувствовавшего необходимость стать Мужчиной, защитником собственного мира.

Насыщенность событий нарастает по возрастающей, но Вэнс остается Вэнсом, и даже кровавая схватка у него превращается в сухую схематическую выкладку основных действий – кому-нибудь чтение обязательно покажется вязким и медлительным, поклоннику задорного экшона лучше пройти мимо.

Внимание стоит обратить совсем на другое. Да хотя бы на то, как искусно автор разворачивает масштаб описываемой истории – обе первые части трилогии логически закончены, но при этом являются несомненной частичкой Общего. Конструкция творения обнажает каждую шестеренку, отвечающую за полноценную работу механизма. Отшлифованный авторский стиль Демиурга открывает двери в огромные глубокие миры – как внешние, так и внутренние.

Удивляет то, КАК столько всего можно уложить в паре небольших романов. И тут на помощь приходит сам автор лаконичной цитатой о природе таланта: «Гениальность объясняется редкой способностью смотреть на вещи прямо и непредвзято, отчасти – глубиной ощущения причин и следствий, во многом – отрешенностью, независимостью от вкусов и предпочтений публики. Нельзя забывать и о блестящей технике, позволяющей беспрепятственно находить выражение любым, самым мимолетным идеям и настроениям»

Я бы смело сказал это и о самом творчестве Вэнса.