Макс Адамс «Первое королевство: Британия во времена короля Артура»

Из раннесредневековых источников до нас дошла история о вторжении германских племён на территорию Британии после ухода оттуда Римской Империи. По итогам этого вторжения местное население было либо уничтожено, либо порабощено, либо изгнано со своих земель. Учитывая, что самые древние хроники писались примерно через сто лет после этих событий, встаёт вопрос: насколько им можно доверять? С одной стороны – сто лет срок не малый, а память потомков могла исказить те или иные события, превратить невинного в злодея или придумать героических героев, которых в реальности и не было. А с другой стороны, сто лет это всё же не так уж и много и автор хроник мог беседовать с детьми тех, кто принимал самое живое участие в тех событиях.

Всегда полезно сверять письменные источники с археологией, так что я с интересом взялся за эту книгу. Каково же было моё изумление, когда я понял, что передо мной даже не исторический ревизионизм, а какая-то политическая агитка, завёрнутая в данные современной британской археологии!

Макс Адамс не просто преуменьшает масштабы потерь и бед, которыми сопровождалось замещение населения острова после ухода с него Римской Империи, он временами даже отрицает что англо-саксонское вторжение вообще было! В результате у получается крайне своевременная и удобная книга-агитка, которая вроде бы рассказывает про события полутора тысячелетней давности, но при этом успокаивает обывателя, живущего в Англии первой половины XXI века и наблюдающего своими глазами как быстро и необратимо изменяется его страна из-за массовой миграции. Не переживай, читатель, намекает Макс Адамс, всё не так страшно! Никакого завоевания и геноцида не было, а иммиграция если и была, то принесла только пользу в задыхающийся от экономического застоя край. А раз уж один раз было такое, то и во второй раз (сегодня) будет примерно также… Из книги следует, что отрицание англо-саксонского вторжения довольно популярно у современных английских учёных. Весьма своеобразные настроения витают в тамошней научной среде.

«Конечно, мигранты приносят с собой разнообразные вещи и собственные культурные традиции. Однако местные жители могут позаимствовать у них и то и другое в результате более тонких и зачастую неочевидных процессов: за счёт торговли, обмена дарами или попыток разного рода искателей социальных выгод уподобиться своим облечённым властью покровителям или влиятельным людям. Порой представления об идентичности и способах её выражения меняются в силу каких-то непостижимых веяний времени» – это, если что пассаж посвящён попыткам автора объяснить почему на территории Восточной Англии в V веке появилась массовая практика кремировать своих покойников. Это не захватчики с континента принесли свои традиции на остров, это просто жители острова ВНЕЗАПНО позаимствовали эту традицию от своих торговых партнёров. Люди просто так, с бухты-барахты решили изменить ритуалы захоронений своих родных и близких. По странному совпадению эти ритуалы стали совпадать с теми, что практиковались у германских народов на континенте. Но это ни в коем случае не следы вторжения, массовой иммиграции и отказа от христианской религии, это местные жители САМИ так решили! Хм, тогда зачем дальше идёт оговорка про облечённых властью покровителей? Откуда они взялись на территории Англии, если англо-саксонского переселения не было или оно было совсем незначительным? А фраза про «непостижимые веяния времени» и вовсе вызывает у меня смех.

Ещё один пассаж (один из очень многих, которые есть в этой книге): «Изменения в языке, погребальных обрядах, форме построек, материальной культуре были обусловлены как внешними факторами, так и механизмами сбора feorm и treth – дани, предоставлявшейся центру в виде продуктов и отработок» – ну, то есть автор пытается убедить своих читателей, что механизмы сбора дани влияют на язык, погребальные обряды, формы домов, а также то, во что люди одеваются и какую посуду используют. Причём влияют практически моментально, на протяжении жизни всего двух-трёх поколений! Что только не придумаешь, чтобы уйти от теории замещения коренного населения пришлыми захватчиками…

Как и полагается идеологически-заряженным произведениям в ней активно используется политический новояз: «Примитивная модель общественного устройства, согласно которой люди, работавшие на земле, выплачивали дань в пользу кочующей с места на место воинственной элиты, даёт возможность аккуратно разделить островное население на англов, саксов, пиктов и бриттов, но не позволяет изобразить реально существовавшее общество, гораздо более сложное и открытое для социальной конкуренции» (с). В одном предложении у автора получилось совместить патриархальную элиту, примитивную модель общественного устройства и социальную конкуренцию (интересно, как это сочетается одно с другим?). Здесь не хватает только небинарных гендеров или сильных и независимых женщин.

Особенно умиляет тот факт, что одним из главных приёмов отрицания общепринятой версии про массовую миграцию германцев в Британию является… недостаточность археологических находок. Фраза «раскопки ещё не проводились» встречается в книге довольно регулярно. В результате я по итогам прочтения вынес стойкое недоумение от того, чем вообще занимались британские археологи последние триста лет. Понятное дело, что нельзя объять необъятное и что в Англии есть невообразимое число различных археологических памятников, а число археологов, наоборот, ограничено, но всё же постоянные мантры о том, что «археологические раскопки ещё не проводились» у меня вызывают подозрения о том, что таким образом автор книги просто отметает аргументы своих оппонентов и пытается предать вес своей теории. С другой стороны, упоминаемая в тексте «большая богатая вилла», обнаруженная в XIX веке и до которой у археологов не доходят руки уже двести лет, вызывает изрядное удивление.

Итог: книга полна интереснейших фактов с переднего края британской археологии, но вот выводы, которые делает автор, на мой взгляд, не лезут ни в какие ворота. Читать такие произведения следует с осторожностью и скептицизмом. Оценку книге не ставлю из-за того, что насколько интересна фактологическая часть книги, настолько же не понравилась её трактовка.

P.S. В не самой большой книге слово «возможно» встречается 348 раз, а слово «может» – 65 раз. Я, конечно, понимаю, что V и VI века являются «тёмными», но такое количестве предположений и допущений в тексте не лезет ни в какие ворота. Авторская неуверенность выглядит особенно нелепо на фоне желания оспорить письменные свидетельства людей, жившие полторы тысячи лет назад.