Иван Бунин «Генрих»
Знаменитый писатель Глебов, оставив в Москве трёх своих любовниц, уезжает с четвёртой любовницей в Европу. В вагоне первого класса их ждёт упоительная ночь любви.
Впервые напечатано в книге «Темные аллеи», Нью-Йорк, 1943.
Входит в:
— сборник «Тёмные аллеи», 1949 г.
— антологию «Рынок любви», 1993 г.
— антологию «Классика русского рассказа», 2005 г.
Похожие произведения:
- /период:
- 1960-е (1), 1970-е (1), 1980-е (8), 1990-е (5), 2000-е (14), 2010-е (15), 2020-е (11)
- /языки:
- русский (55)
1991 г.
1991 г.
1993 г.
1999 г.
2004 г.
2004 г.
2004 г.
2006 г.
2007 г.
2007 г.
2007 г.
2007 г.
2007 г.
2009 г.
2010 г.
2011 г.
2013 г.
2014 г.
2014 г.
2014 г.
2015 г.
2015 г.
2015 г.
2015 г.
2017 г.
2018 г.
2018 г.
2019 г.
2019 г.
2021 г.
2021 г.
2022 г.
2022 г.
2023 г.
2024 г.
2024 г.
2024 г.
2025 г.
2026 г.
2026 г.
Аудиокниги:
2006 г.
2006 г.
2007 г.
2009 г.
страница всех изданий (55 шт.) >>
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
Sawwin, 6 октября 2015 г.
Итак, очередной рассказ из сборниика «Тёмные аллеи». В центре повествования знаменитый писатель (читай: Иван Бунин). Постойте, такое уже было в рассказе «Визитные карточки«! -- воскликнет памятливый читатель. Там ещё писатель совокуплялся с попутчицей на пароходе! И что с того? там на пароходе, а здесь -- в поезде. Значит, рассказ совсем другой. Да и начинается он не с эротической сцены в поезде, а с полового акта с несовершеннолетней поэтессочкой. Секс с малолетками в сборнике встречался уже дважды, но то были девки низкого звания, которых по мнению господина Бунина следует насиловать. Надя (так зовут поэтессочку), как и положено особе из приличного общества, сама отдалась знаменитости. Это уже пыталась сделать Зойка из рассказа «Зойка и Валерия», но там студент предпочёл Валерию, и Зойку лишать девственности не стал, а знаменитый писатель неразборчив, он спит разом с четырьмя женщинами: Надей, Ли, Машей и Еленой, пишущей под псевдонимом Генрих. О Наде нам сообщают, что ей шестнадцать лет и у неё маленькие груди. Ли -- женщина вамп, груди у неё острые и торчат в разные стороны. О цыганке Маше знаем и того меньше: она хорошо танцует, и у неё плоский живот. Зато у мадам Генрих (имя это Бунин склоняет на мужской манер, что заставляет морщиться при чтении) любимые Буниным полные колени и большая грудь. Боже, сколько этих грудей уже было в предыдущих рассказах! Разумеется, с Генрих (Генрихом) писатель совершает половой акт с особым смаком. Должная порция спермы выделена, рассказ следует заканчивать. Как? Разумеется, убить персонажа, который больше не нужен, без этого Бунин не может. Вот только кого? В рассказах «Кавказ», «Зойка и Валерия», «Париж» автор прикончил мужчину, а женщину пришиб только в одном рассказе («Галя Ганская»). Тут уже ясно, что Генрих обречена, железный закон графомании не оставляет ей ни одного шанса.
Автор и сам понимает, что четыре любовницы разом малость многовато и заранее извиняется, заявляя устами своего альтер эго: «Сочинитель имеет такое же полное право быть смелым в своих словесных изображениях любви и лиц ее, каковое во все времена предоставлено было в этом случае живописцам и ваятелям: только подлые души видят подлое даже в прекрасном или ужасном». Вот только любви здесь нет, да и вместо лиц одни груди и «полновесные бёдра». То, что Бунин продаёт за любовь, есть грязнейшая форма разврата. Очень хочется характеризовать это точным, матерным словом, но я дал себе обещание слов этих не употреблять и держусь из последних сил. А впереди ещё много рассказов, порождённых тёмными аллеями бунинской психики.