FantLab ru

Иван Гончаров «Обрыв»

Рейтинг
Средняя оценка:
8.57
Голосов:
62
Моя оценка:
-

подробнее

Обрыв

Роман, год

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 9
Аннотация:

Классика русской реалистической литературы, ценимая современниками так же, как «Накануне» и «Дворянское гнездо» И.С.Тургенева. Блестящий образец психологической прозы, рисующий общее в частном и создающий на основе глубоко личной истории подлинную картину идей и нравов интеллектуально-дворянской России переломной эпохи середины XIX века.

Входит в:


Похожие произведения:

 

 


Обрыв
1935 г.
Обрыв
1949 г.
Избранные произведения
1950 г.
Собрание сочинений в шести томах. Том 5
1972 г.
Собрание сочинений в шести томах. Том 6
1972 г.
Обрыв
1977 г.
Собрание сочинений в восьми томах. Том 5
1979 г.
Обрыв
1980 г.
Собрание сочинений в восьми томах. Том 6
1980 г.
Сочинения в четырех томах. Том 3. Обрыв
1981 г.
Сочинения в четырех томах. Том 4. Обрыв
1981 г.
Обрыв
1983 г.
Обрыв
1985 г.
Наш девятнадцатый век. Том 1
1995 г.
Обрыв. Части первая—вторая
2015 г.
Обрыв. Части третья—пятая
2015 г.
Обрыв
2017 г.
Обрыв
2018 г.
Полное собрание романов в одном томе
2018 г.

Аудиокниги:

Обрыв
1980 г.
Обрыв
2007 г.
Обрыв
2007 г.





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение , 28 января 2016 г.

Вот интересность: раньше романом называли не форму, а жанр произведения, когда перед глазами читателя развёрстывалось полотнище жизни и борьбы героев, рисовались проблемы нравственные и социальные, жанр охватывал многие этапы существования героя и по этой причине был сложен и волнующ. Трансформация жанра в форму, признаться, произошла с некоторыми потерями, но не в этом дело.

Дело в том, что «Обрыв» – это как раз роман-жанр, произведение настолько необъятное, что о поднимаемых в нём проблемах можно говорить часами. Известный менее своих собратьев, романов «Обломов» и «Обыкновенная история» («Обломов» входил в школьную программу, «Обрыв» – нет), он хоть и не родил имён нарицательных, но затронул больше сторон человеческой души и жизни, чем первые романы автора.

Итак, что же такое этот «Обрыв»? Замшелая классика, которую даже не преподают, потому что она скучна и нотационна? Слава богу, нет. Это роман-становление, роман-перелом, роман-познание-себя, разговор не с совестью, но сердцем. Созданный в далёком 1869 году, он до сих пор волнует душу, рождая в самых тонких своих местах эмоции, которые в век нынешний способны родить разве что визуализации (фильмы в этом отношении всегда были сильнее текстов). Один и тот же эпизод романа каждый раз воспринимается на уровне слёз, как минимум – кома в горле, и по этой причине, видимо, «Обрыв» и не получил известности – он насквозь женский, даром что написан мужчиной и в главной роли – тоже представитель сильной половины человечества. Женским я его называю потому, что хоть здесь и есть активный, мечущийся герой, за которым интересно следить, но центральные фигуры романа – женщины, и именно женщины становятся источником и радостей, и бед романа.

Как запоминают Обломова, так запомните и Райского, главного героя «Обрыва». Рассмотрите и запомните, потому что этот герой по неприкаянности даст фору любому сорванному ветром паучку в паутине. Ассоциация почти точная: как и паучок, Борис Райский пытается найти себя в обществе, но порывы ветра порой так сильны, что паутинку подхватывает и несёт дальше. Образ человека, который к тридцати годам не обзавёлся ни семьёй, ни профессией, соседствует здесь с глубоким желанием обзавестись-таки хотя бы чем-то одним, и вот перед нами уже то художник, то писатель, то просто ценитель женской красоты. Герой этот пронесён автором через страсти и метания сердца, подвергнут анализу, раскрыт и законспектирован, но, как я уже сказала, не ему посвящены лучшие места в романе. Райский – как стена, на которую отбрасывают меняющиеся тени женские персонажи, и он одновременно и отражает их, и отражается от них.

Россия, 19 век. Сперва Санкт-Петербург, а потом провинциальный городок (да и не городок даже, а деревенька), родовое гнездо Райского, которым заведует двоюродная бабушка его, Татьяна Марковна Бережкова, и где живут его двоюродные внучатые племянницы Вера и Марфенька. Из бурной жизни в тихое раздолье, из царства соблазнов – в обитель нравственности. Краткая история борьбы с самим собой – и долгая, пространная, подробная история познания деревенского образа жизни, характеров бабушки и сестёр, нравов и устоев провинции на примере старых друзей и новых знакомых. Какое богатство образов таит в себе этот роман! Здесь вам и столпы общества, и немолодые кокетки, и дворня, и верные, многолетние помощники. Есть и учителя, и неверные жёны, есть крепкие помещики, а есть старые сумасброды.

И вот в этом-то цветнике и произрастают три розы разного сорта: бабушка, старшая сестра и младшая. Наш герой Райский наблюдает их и пытается менять под свои понятия о жизни, но все три оборачиваются такими сторонами, что скука, спасения от которой Райский искал, бежав из Петербурга, забылась мигом!

Нет, я не расскажу, что за характеры кроются в этих героинях. Не потому, что не люблю спойлеры, но потому, что не люблю пересказывать: каким образом не попробуй подойти к этим персонажам, они всякий раз оказываются неизмеримо глубже и чётче, и любое описание по сравнению с тем, что они есть, кажется плоским. Но вот хотя бы малое о них: традиции в лице бабушки, детскость в лице Марфеньки, ум и красота в лице Веры господствуют в «Обрыве» и если не прямо, то косвенно приводят к трагедии, которая выписана так эмоционально сильно, что у меня не хватает слов её описать. Трагедия, истоки которой кроются в самом существовании нравственности, столкнувшейся с нигилистскими взглядами (их носителем в романе является ещё один герой, Марк Волохов), косит и Веру, и бабушку, и даже Райского, который не участник её даже, а просто сторонний наблюдатель. Удивительное соседство трагедии с пасторальными видами на взросление Марфеньки делает роман неравномерным: повествование то несётся вскачь, то превращается в равнинную реку, и паучок-Райский с его попытками остановить паутинку и познать своих близких порой кажется смешным, бабушка – чересчур закостенелой, Вера – излишне скрытной, а Марфенька – простой как три копейки. И какая это радость – понимать, что на самом деле все эти образы совсем не так просты, как кажется, что они несут в себе не только простоту, но и надёжность, дружественность, веру друг в друга до конца и даже дальше. Вот в этом «и даже дальше» и есть суть романа «Обрыв» – когда ты переступил черту, пусть найдётся друг, брат, сестра, бабушка, который попытается тебя понять и простить. «Обрыв» – это не только место, где начинаются и кончаются надежды. «Обрыв» – это прощение. Роман об ошибках и признании их не только самим ошибающимся, но и близкими его людьми.

Читать всем разумным женщинам.

+10

Оценка: 10
–  [  6  ]  +

Ссылка на сообщение , 16 сентября 2018 г.

Роман относится к плеяде антидемократических сочинений, появившихся в русской литературе во второй половине XIX века: «Бесы» Достоевского, «Отцы и дети» Тургенева, «На ножах» Лескова, «Взбаламученное море» Писемского. В этом плане ничего особенного роман Гончарова не представляет. Господин Райский, считающийся главным героем, также не интересен. Это представитель навязшей в зубах когорты лишних людей, порождённых гением Байрона, а в русской литературе, Пушкина и Лермонтова. Тем не менее, роман «Обрыв» занимает совершенно особое место в нашей литературе. Это широчайшее полотно нашей жизни, полотно правдивое, какому нет равных. Уберите из текста Райского, от романа если и убудет, то самую малость. И даже Марк Волохов, персонаж полностью карикатурный, не может претендовать на звание главного героя. Все они так или иначе «играют королеву»: бабушку Татьяну Марковну. На её фоне даже трагедия Веры кажется незначащей. Да и трагедия ли это? Пётр Боборыкиин в повести «Без мужей» подробно разобрал этот вопрос. Обращался к нему и Мельников-Печерский в романе «На горах»: «Изыди, сатано!» — и всё, вопрос решён.

Как видим, хотя бы потому, сколько и каких книг пришлось сейчас перечислить, роман Гончарова находится в самой гуще литературной жизни России позапрошлого века и не существует вне этого контекста, равно как и русская литература не полна без «Обрыва» Ивана Гончарова.

И, возвращаясь к образу бабушки, напомню, что и сам автор считал его центральным, недаром роман заканчивается фразой о «нашей общей бабушке — России».

Оценка: 9


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх