Константин Бальмонт «Наш царь»

«Кто начал царствовать — Ходынкой,

Тот кончит — встав на эшафот» (с)

На данном произведении лежит печать времени: позорное поражение в войне с Японией, Кровавое воскресенье, пик первой русской революции, ответные репрессии властей (военно-полевые суды, выносящие смертные приговоры в течение 48 часов были введены как раз в 1906 году, отсюда и «царь-висельник» в стихотворении). Многие критиковали и продолжают критиковать Бальмонта за эти стихи. Мол «гнилой либерал», «в трудный для государства час занялся критикой властей», «сам-то эмигрировал из страны когда припекло» и т.д. Но прежде чем ругать поэта (вопрос о его мировоззрении, жизненной позиции и политических взглядах оставим в стороне) всё же надо вспомнить, что правитель, тем более — абсолютный монарх, который довёл свою страну до социального взрыва, более чем заслуживает подобного отношения к себе со стороны подданных. Помните, как мы на все лады в 90-е годы проклинали Ельцина? А ведь он на фоне Николая II смотрится вполне пристойно!

Стихотворение, при желании, можно назвать пророческим, но по-моему к 1906 году у большинства разумных людей должно было не остаться ни малейших иллюзий по отношению к Николаю II. И тут не надо быть провидцем и ясновидящим, чтобы понять, что такой слабый царь либо будет убит заговорщиками/террористами, либо доведёт страну до Революции и будет казнён новыми властями. Так получилось, что сбылся именно второй вариант и «Хозяину земли Русской» пришлось спуститься в подвал дома инженера Ипатьева.

Итог: злая и меткая эпиграмма на царя-неудачника, которого из политических соображений в наше время произвели в святые.

Я иногда поражаюсь...

О, нет, я не стану вновь распинаться в критиканстве над царефилами, суперантисоветчиками, игнорированием исторических фактов и логики; обелять «красных», защищать Ленина и «есть такая партия!» (с), Красную Империю и, упаси Господь, если он есть, товарища Кобо. Надоело заниматься этим на преимущественно фантастическим ресурсе и изображать из себя Птицу-Говоруна. Хватит это терпеть, хех. Тем более уж странно порою мне самому ощущать себя в роли адвоката пусть и не Дьявола, но явно системы и идей, мне не близких. Не соприкасающихся с моей внутренней основой, которая именно за «Свободу, равенство и братство!», а не за централизованную и бюрократизированную диктатуру, пусть изначально все и не должно было быть совсем так...

Продолжая оборвавшуюся начальную вступительную фразу, я поражаюсь порой тому, насколько сильными в проницательности бывают классики. Особенно русские (российские). Особенно про Россию и ее извечные «что делать» и «вечные проблемы». Действительно, наша странная ментальность и русская душа. Хах, особый путь, особая судьба. Или же особенный культурный код, матрица, самостийная и исконно наша государственность, ее шаблон, который и выстраивает нашу историю, наше общество, наш дух и ум. Ведь как еще можно объяснить то, что Константин Дмитриевич Бальмонт как в воду глядел? Лиричный психоисторик! О чем я? Да просто поменяйте в бриллианте «Песней мстителя», в стихотворении «Наш царь», несколько слов-маркеров и сочетаний их на подобные же, но относящиеся уже не к увековеченному в лике мучеников Николаю Кровавому, а к первому президенту недавней еще РСФСР, за вычетом трех букв и n-количества населения, ресурсов и надежд. Первая Чеченская, расстрел Белого дома, «берите суверенитета, сколько сможете»... Да, эшафота не было, но в метафорическом смысле он-таки состоялся — гильотина истории, общественного, НАРОДНОГО мнения и бутылки была. Да и не к одному ему данный шаблон-стих можно подставить.

Надеюсь, наша, да и мировая последовательность повторяющихся образов когда-нибудь прервется. Надеюсь, когда-нибудь уже не понадобятся эшафоты, не будет Цусим и Мукденов, расстрелов и казней, а талантливым обличительствующим поэтам вроде Константина Дмитриевича будет другое занятие.