FantLab ru

Владимир Венгловский «Море кракена»

Рейтинг
Средняя оценка:
6.05
Голосов:
39
Моя оценка:
-

подробнее

Море кракена

Рассказ, год (сетевая публикация); цикл «10-я фантЛабораторная работа»

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 5

Входит в:


Номинации на премии:


номинант
ФантЛабораторная работа, 10-я фантЛабораторная работа // Лучший фантастический рассказ



 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

[u]Стилистика [/u]– в дорогих автору местах – неплохая, в остальное время – слабая. Дорогих автору мест в рассказе три, все романтического характера.

[u]Повествование [/u]стилистически неровное, авторская мысль доносится прозрачно. Даже этическую сторону поступков инопланетян автор разжевал и выложил задолго до того, как меня-читателя этот вопрос заинтересовал.

[u]Интересность [/u]поначалу достигалась простым способом – мелкими вопросиками, что за человек в трактире и почему сидит там семь дней. Но чем больше автор рассказывал, тем менее интересно становилось. Вопрос, кто из мальчишек победит меня-читателя не заинтересовал по той причине, что я не ассоциирую себя с вашей кракеншей, а всем остальным этот вопрос пофигу. Филиппу тоже не сопереживала: влюблённость – не повод, хотя чувство приятное. Но не в вашей вселенной.

[u]Сюжет [/u]слабый. Герой, антигерой поплыли за трофеем, победил герой.

[u]Фантдоп[/u]. Инопланетяне в виде морской фауны.

[u]Сопереживания [/u]персонажи не вызывают, и не только у меня. Сами видите, сколько отзывов, а романтичностью линии никто не проникся. Почему? Потому что не верится в любовь Филиппа к кракенше. Или это не любовь? Тогда какое же такое чувство заставило юношу предать собратьев по биологическому виду и стать на сторону непосредственного хищника. Неужели таки гипноз?

[u]Конфликт [/u]– между двумя самцами за самку. Возможно глубже: между двумя самцами – и параллельно конфликт самка-трофей. То есть понимаете, можно было показать, что кракенша понимает, что её хотят убить, признаёт справедливость этого желания \в свете её поведения\, но противится из желания рожать детей любимому мужчине.

[u]Финал [/u]плох. Примечателен только тем, что его можно закольцевать с первой сценой ожидания в трактире. Ничего особого это не даст, просто структура будет красивее.

[u]Идеология рассказа[/u]. То ли «успешная самка – та, за которую дерутся два самца». То ли «об эффективности использования гипноза при защите оккупированных территорий».

Оценка: нет
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Хороший тут получился образ легендарного кракена – противоречивый и манящий. Рассказ пропитан солёными брызгами и запахами осени. Стильно написано. Читателя смутил только не совсем внятный финал. Брутальные сцены гармонично чередуются с мистикой, нотка романтизма в духе «Острова погибших кораблей» отнюдь не лишняя в этом коктейле. Тема раскрыта, скорее даже распахнута. В безнадёжный туман, под колокольный звон…

Оценка: 7
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

И это всё??? В Mea culpa хотя бы концовка повеселила рогами и хвостом, а здесь автор даже места для интриги не оставил. Это нехорошо.

Маленькое замечание – первые два абзаца (таверна на берегу штормящего моря):

цитата

Холодный ветер хлопал ставнями,

цитата

Где-то наверху плакал младенец, и это были единственные, ставшие привычными, нарушающие тишину звуки.

Не собирается картинка. Но в целом – автор постарался создать атмосферу, окружающую действо.

Оценка: 4
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Море кракена

Пока читал: думал фэнтези или нет. После этого:

цитата

Говорят, что где-то в океане, где над водой постоянно плывет туман, есть кладбище кораблей. Над белой пеленой поднимаются высокие мачты с обрывками парусов, скрипит старая древесина. Еще рассказывают, что когда-то давно с неба опустился сверкающий шар, превратившийся в металлический диск, плавающий в центре морского кладбища.

Решил таки не фэнтези. Слухи, конечно, так ведь другой информации же нет. А рухи и кэльпи просто особенности фауны сеттинга (кэльпи, видимо, банально любят нежное мясо, впрочем, к вопросу антропофагии я еще вернусь). Вообще к ГГ вопросов нет. Шрам его гложет. Хочет получить еще. Второй с ружьем, тоже понятно, страстный охотник и конкурент. А вот Кракенша... тут только теории остается строить. Автор дает слишком мало инфы. Ну, ОК. Если мое предположение о жанре верно, то Кракенша некий пришелец из космоса. Физиология ее работает примерно так. Раз в некий довольно длительный период времени на нее нападает непреодолимый приступ деления клеток, и из гуманоида она собственно в кракена и обращается. В такие дни ей ясно дело хочется жрать. Часть массы она набирает за счет воды в океане. Поскольку героиня — представительница продвинутой расы она, видимо, умеет манипулировать собственной генетической структурой. Возможно, даже ее «человеческое» тело остается в неизменённом виде внутри кракен-оболочки. Короче, о чем это я? Я понимаю, зачем она жрет экипажи кораблей. Защищает территорию (вероятно механизм «взрывного» деления клеток можно активировать мануально для самозащиты). Но... какого (морского) дьявола девка жрет людей на берегу? Ее в «критические» дни могла бы и рыбка удовлетворить. Иная морская живность. Кит там. Но вот нет, людей ей подавай. Есть только одно разумное объяснение. Партнера ищет. Сильного. Того кто может пережить встречу. Так и звон колоколов логично объясняется легким гипнозом (или серьезной черепно-мозговой травмой от удара). И желание спариваться поближе к гнезду. И поступок ГГ с выстрелом в спину видится в этом свете вполне логичным и меркантильным, то есть человеческим. Соперника выпилил. Молодец. Высший бал (почти и точно из имеющихся). Остаются только кэльпи и их сомнительная тяга к детишкам. Но, ведь, я же прав, автор? И ведь это не сказка? Не романтические сопли, ведь? (Умоляюще плачу).

Оценка: 8
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Рассказ скорее понравился, чем нет. Во всяком случае, читается он достаточно легко, несмотря на некоторую избыточность стиля в начале. Не удивлюсь, обнаружив его в финале. Но и не обнаружив, не сильно расстроюсь. Автор искренне пытался создать «настроенческий» текст, где поэтика играет не меньшую роль в восприятии, чем сюжет. Но, имхо, не хватило техники.

Оценка: 6
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Отзыв из группы:

По-моему, не столько рассказ, сколько, скажем, сценарий. Очень скупой, не художественный, без нюансов, язык. Торопливое описание событий. Даже в первой части, где автор пытался создать атмосферу, ГГ так торопливо помчался показывать незнакомцу столь важный для него... скажем так, объект, что вызвал удивление.

Встречаются отдельные удачные моменты, но они теряются в этом быстром упрощённом описании. Конечно, объём происходящего не для 20 килознаков, но это выбор автора. Не исключено, что и писалось под дедлайн.

Оценка: 5
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

- Монстр может превращаться в человека?

- Или человек становиться монстром. Возможно, мы все внутри чудовища.

Рассказ о том, как человек внутри себя может бороться с чудовищем. Или как чудовище борется с человеком внутри. Мы ведь не знаем, действительно ли виной всему крушение судна из чужого мира, и кракен — это потому, что есть некто, тоскующий по дому. Разве от тоски становятся кракенами? Но тогда что гложет двух охотников, убивающих ради трофеев? Каких монстров они прячут у себя внутри?

И если один понял нечто важное для себя и отказался от борьбы за трофеи, другой по-прежнему охотится на всё, что только можно добыть. Очарован ли тот, первый, красотой женщины-кракена, или же что-то понял сам и для себя? Мне кажется, второе. Поэтому он пьёт в таверне у моря, пытаясь забыться и забыть смерти, которые были, и заглушить звуки колокола в голове. Поэтому и плывёт с другим охотником, пытаясь спасти ту, которую пусть не полюбил, но всё же не решился убивать. Он увидел чудовище прежде всего в другом охотнике и в себе.

О вычитке и литературной технике сказали другие и ещё скажут, наверное, я же похвалю рассказ, который, несмотря ни на что, дарит брызги солёной воды, запах моря и простую историю о человеке, увидевшем в чудовище нечто прекрасное и одинокое.

Оценка: нет
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

н-да... легенда с претензией на красивость, но ее губит стандартность — героев, сюжета, языка. и неточности. во второй строке звучит ненужная рифма: камни — капли. далее хозяйка «молчаливо приносит», а не молча. далее странный плач младенца — единственное,что нарушает тишину, но рядом хлопанье ставень на ветру, и звон колоколов, и море должно бы шуметь.автор об этих звуках забыл. далее является некий сквайр... в финале свихнувшийся герой со страшным шрамом его убивает и живет на кладбище кораблей, непонятно что ест и пьет. то есть стандартные для легенды язык, герои и сюжет изрядно подпорчены исполнением. но главное для меня другое: а где же эта самая любовь- сама КРАКЕНША? какова эта девица-инопланетянка в жизни, в быту? о чем она думает, страдает? где ее мир? получился манекен, топ-модель раза два прошедшая по подиуму перед читателями. Такую пустышку любить до безумия? не верю. вышло полрассказа, на мой взгляд. главное, самое интересное — за пределами банальной легенды про охотника — выпущено.

Оценка: нет
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Отзыв из группы:

Тема: любовь зла, полюбишь и козла.

Идея: не верь глазам своим и помни, что охотник и дичь — статусы ситуационные.

Читать было интересно. Интрига и настроение поддерживались до конца.

Язык вызывает ощущение нарочитости, как в не очень качественной стилизации, и это единственный минус данного рассказа.

От «Острова сокровищ» и «Моби Дика» мы попадаем на «Остров погибших кораблей», и везде на втором плане тень Женщины в белом как кусочек готики. Несмотря на узнаваемость фрагментов мозаики, соединены они вполне удачно. Рассказ не вызывает ощущения вторичности. Просто еще одна история о море, страсти, предательстве, заблуждении, одиночестве.

Любовь Филиппа не похожа на чувство, зародившееся в душе одинокого человека. Она наводит мысль о мороке. Охотник попал под гипнотическое влияние чудовища и превратился в поставщика пищи. Такая вот иллюзия любви как способ управления человеком. Не случайно чудовище обращалось в прекрасную юную даму. Самообман одиночества — действенный катализатор для странных чувств.

,Рассказ хорош, с небольшой поправкой на претенциозность стиля. Эта работа наверняка будет в финале. Автору удачи.

Оценка: 7
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Рассказ совсем не производит впечатления, он совершенно неинтересный. Сидит, значит, мужик в таверне неделю, пьёт, никого не трогает всё чинно-благородно, тут в трактир входит другой мужик и говорит «я такой же охотник на монстров как ты». Но, видите ли, он не убил какого-то монстра значит для коллекции, а ведь так хочется собрать полную коллекцию. Второй спрашивает убил ли первый кракена. и тут неожиданно первый зовет его посмотреть на голову. Вообще то разговор этот совершенно неестественный, чего это он решил показать голову первому встречному, хотя до этого проявлял замкнутость?

Вообще странные ребята, детей в качестве приманки используют, головы с собой носят, ну да ладно работу у них нервная.

Далее вдруг неожиданно они плывут на корабле вместе, хотя до этого первый не соглашался убить кракена, но тут меркантильный интерес взял верх:«да, что говорить — и сам Филипп были куплены им с потрохами.» То-есть он поплыл из-за денег, или это был хитрый предлог чтоб добраться до предмета своей страсти?

Неожиданно происходит мятеж, но нашим героям удается убежать на шлюпке и прямо на кладбище кораблей, для чего этот ход был сделан не совсем понятно, наверное чтобы дать кракену избавится от команды без лишних глаз, а то ведь главгеру придется убить чудище, защищая матросов корабля, и интриги нет. А так вот тебе пожалуйста, они остались вдвоем.

Далее: «Он увидел лежащую на палубе Альтеклер и целенаправленно пошел к ней.» Альтеклер — кто это? Я сразу не понял кто это, там же всех убили, может раненый кто остался?

«Шелтон бережно провел пальцами по ложу Альтеклер, словно лаская женщину.» «Словно» — если бы не это слово, я и вправду бы подумал что он действительно ласкает какую-то женщину по «ложу». В общем с трудом я догадался что разговор о ружье с именем собственным.

Ну и под конец главгер убивает своего напарника и спонсора ради того чтобы быть с чудищем, которое жрёт людей, ну не маньяк-извращенец ли?

В итоге смысла мало, тема маньячной извращенной любви раскрыта, концовку я не совсем понял, да как-то и не хочется.

Оценка: 5
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Не понравились кривляния: дохлая селедка; черты бы побрал эту погоду и океан; как старый морской волк, и т. д.

Не хватает только «Тысяча чертей!» и «Каналья!» :-)))

В остальном — интересный рассказ. Написано умелой рукой, читается легко.

Оценка: нет
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Непривычный текст какой-то. Предложения меня постоянно сбивали с толку. Например:

«Осень бросала морские волны на прибрежные камни, оставляя гибнущие в песке капли, и уносила в пучину опавшие листья.»

Минуту или больше пытался представить, где камни, где песок, а где деревья, с которых падают листья. (А там ещё и таверна).

Или: «Семь дождливых дней и семь вечеров этот молодой человек с усталостью старика на лице и седыми прядями в сальных волосах провел наедине со свечой, ненастьем и бутылкой рома.»

Ненастье — одна штука, бутылка — одна штука, свеча — ? Долго пытался себе такую свечу семидневную представить. Почти получилось. А потом посмотрел строчкой выше, а там испуганно дрожит «вечерняя свеча». И я опять растерялся.

Таверна на обрыве, деревья, укоренившиеся на песке, многоразовые свечи — очень сложно понять.

Это я не придираюсь, весь текст такой.

Скажем, «Перо на треуголке вымокло и неряшливо свисало, делая незнакомца похожим на рвущегося в драку молодого петушка, которого окатили из ведра.»

Вроде понятно, что вид неприглядный, но откуда известно, что он рвётся в драку? Чем внешний вид петуха, которого просто окатили водой, отличается от мокрого петуха, который то ли до этого рвался в драку, то ли до сих пор рвётся в драку? И почему именно по перу это можно узнать?

Я не говорю, что так нельзя писать. Просто я после каждого предложения останавливался и долго думал, часто — безрезультатно.

«Где-то наверху плакал младенец, и это были единственные, ставшие привычными, нарушающие тишину звуки.»

И ещё «он-она». Вроде все местоимения на месте, но тоже сбивался. Например, «Он держал трость, вырезанную из красного дерева и отделанную железом. Ее набалдашник оскалился львиной пастью.»

«Они прошли мимо горящего камина по скрипящей лестнице» — блин, блин, блин! Ну что вы, автор, делаете со мной?! «и поднялись на второй этаж.» Пипец камин!

Пуф... Ну, история чудаковатая. Почти ничего я не понял, кроме финала. Финал — беляевский «Остров погибших кораблей». Но почему надо было сидеть в таверне и ждать случайного охотника? А если бы он не появился?

Скорее бы уж поверил в обратную историю: по тавернам ходит старик, рассказывает сказки про кракена и обещает показать, где он.

Ну, неплохой рассказ.

Оценка: 5
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

[в рамках конкурса «10-я фантЛабораторная работа»]

Любой мало-мальски продвинутый читатель давно приучился отличать «стандартное фэнтези» от «фэнтези настоящего». Сложный вопрос, в чем тут штука. Может быть, в той таверне, откуда когда-то пошел Dragonlance, все было живое — и звуки, и запахи, и герои? Или, может быть, дрожь бликов, запертых в хрустальных гранях у Аберкромби — она другая, не такая, как в «стандартных тавернах» из РПГ?

Кто его знает. Но когда оно начинается именно что со стандартной таверны и незнакомца со шрамом, начинаешь что-то ПОДОЗРЕВАТЬ.

То есть первое, что видит и над чем задумывается читатель — сеттинг. Ох, черт, опять таверна! И опять посетитель!

Что может сделать тут автор, кроме как написать рассказ заново? Естественно, первое и главное — облегчить читателю, собственно, чтение. И вот тут у нас первый бооооольшой подводный камень. Я бы сказала, такой булыжный булыжник, что можно и ногу сбить, и затылком приложиться.

У каждого текста (в идеале) есть мелодия. Ритм предложений, стаккато коротких фраз, мелодика сложноподчиненных арпеджио, гармония точек и многоточий. И у нее есть очень простой секрет: чередование. Нельзя лепить четыре средние фразы подряд: читатель начнет клевать носом. И уж точно нельзя вместо них цеплять к корпусу рассказа восемь маленьких: они облепят остов, как ракушки, и вы не успеете моргнуть, как текст окажется на дне.

Спасибо, если не вместе с читателем.

Так вот, мне прям неудобно советовать тут старое доброе «читайте вслух», но глаз заметно сбивается: и на появлении незнакомца, и уж точно на «это были единственные, ставшие привычными, нарушающие тишину звуки». Ох. От подобных оборотов вообще надо избавляться моментально, потому что именно после них на рассказ ставят аккуратный штамп «ученический», и пойди потом его счисти. А «кадык заходил под заросшей щетиной обветренной кожей» чего стоит? Это же элементарно мешает читателю видеть образ, который вы тут хотите поставить.

А уж если добавить виданных-перевиданных штампов вроде «производил впечатление человека, который, не задумываясь, пустит его в ход» — снова ох! Нет, в пародиях вроде Шрека «у меня есть осел, бойтесь!» я им только радуюсь. Но тут-то оно всерьез!

Автор же (я надеюсь) может хорошо, зачем делать нарочитое ученическое стандартное фэнтези, когда можно попробовать и сделать фэнтези нестандартное и хорошее?

В общем, ладно. Сидит в такой нестандартной и, главное, новой конкурсной, тьфу, фэнтезийной таверне этакий Билли Бонс, и тут приходит к нему незнакомец с тросточкой и задушевно так спрашивает: «Где карта, Билли?»

То бишь «чувак, я тут мочу монстров, пошли мочить со мной босса уровня!»

И тут-то как раз выплывает красивый ход «а чудище-то на самом деле прекрасная женщина, не дам тебе его мочить», но...

... но, черт, оно опять закрывается исполнением. Шелтон, Филипп, охотник, Фил, сквайр — сам черт ногу сломит, пока разберешься, где чья реплика. Нет, с третьего прочтения все поняла даже я, слава кракену, но вот, к примеру, «Остров сокровищ» я поняла с первого раза, и первый раз мне понравился больше третьего. Странно, почему.

Самое грустное, что рассказ-то похож на вычитанный, а рука — на набитую, то есть текст читали, перечитывали и в упор не видели, где читается плохо, а где не читается в упор. И вот это уже не есть хорошо, и если автор уже привык писать «не так», его впереди ждет много веселых минут.

Увидев «редких в этот предрассветный час» посетителей трактира, я начинаю икать. У нас еще и трактиры в пять утра работают? Это не трактир, это круглосуточный макдональдс какой-то!

Я еще немного порыдаю по воводу стиля: «оставляя за собой смываемые водой следы» — нельзя использовать пассивный залог в таких количествах, да и в любых количествах не стоит. Глаголы — ваши друзья. А «расплывалась россыпь красных пятен» — россыпь не может расплываться, расплываются пятна; представьте, что вы разбросали по полу горошины, и эта россыпь горошин вдруг... что? Превращается в пятно Роршаха?

Ладно. Может, хоть с диалогом лучше?

Ага, держи карман шире. «Гости издалека, в определенный период жизни они не могут совладать со своими инстинктами, и тогда люди становятся для них добычей.»

Вы видите живого человека, тем более — прагматичного охотника вроде вон Ведьмака, который так вот разговаривает? Я вот вижу только плохого актера, который пытается вещать со сцены. Получается, увы, не очень.

Охотник, который заказывает не миниатюру на слоновой кости с полюбившейся красавицей, а восковой муляж отрубленной головы — это, конечно, внушает. Мне так точно внушает дрожь и желание сбежать от этого психа подальше. Как-то люди, расхаживающие повсюду с отрубленной головой, не очень похожи на нормальных людей.

Ладно. Сели на шхуну (капитан, представляете себе, бородатый и постоянно курит трубку, кто бы мог подумать!), плывем. Причем у нас тут еще и фокал меняется: сначала Филипп, потом Шелтон, потом капитан, потом снова Филипп — зачем? Черт его знает, зачем, и рассказу это явно не на пользу.

Вы вот, кстати, Филиппа от Шелтона отличаете? Я вот не особо, потому что как говорят и ведут себя они очень даже одинаково. А это очень тревожный звонок.

И самое-то непонятное. Если Филипп благородно выпятил грудь, свел вместе пятки и в начале рассказа послал сквайра со всеми его деньгами ко всем чертям, почему же в середине рассказа он внезапно соглашается и разрешает «купить себя с потрохами»? По-моему, логики тут никакой, кроме «так надо для сюжета, и черт с ней, с логикой».

С логикой, впрочем, у Филиппа вообще туго. Вот романтический момент: охотник мечтает о своей любимой с холодными слизистыми тентаклями. Как оно выглядит? А вот как: «В них он гуляет по соединенным мостиками мертвым кораблям и ждет ее. В полном одиночестве, как он всегда того желал.»

Так чего желал-то? Встречи с ней или полного одиночества? (Или чтобы все умерли, а все корабли утонули? От маньяка с восковой башкой в сундуке, который охотится на кэльпи и берет детей в заложники, всего, знаете ли, можно ожидать).

Дальше, как я понимаю, наступил бунт, бессмысленный и беспощадный, и наступил он тоже скорее по авторскому произволу, чем по естественной логике сюжета. «Один из матросов вместо того, чтобы спокойно дать себя искупать в соленой воде, вдруг ударил капитана.» Ну как бы да, а зачем ему в соленой воде-то купаться? Объяснение где?

После немного невнятной сцены бунта (капитана немножко растоптали насмерть) у нас случается ЧУДО: двое придурков сбегают от целой команды, умудряются спустить шлюпку (это, наверное, тоже стоило написать большими буквами, потому что как матросы стояли столбом, пока эти двое спускали шлюпку — это как минимум рояль в кустах и бог из машины одновременно) и сбежать. Эээ. Гм. Ну их как бы держала разъяренная толпа, ребят. Я понимаю, что автор всегда может взмахнуть волшебной палочкой и сказать «это случилось, потому что палуба была скользкая, снизу вежливо стучал кракен, а у матросов на обед был гороховый суп», но достоверность-то...

Впрочем, откуда в стандартном фэнтези достоверность.

Ладно. Наконец, финал — волшебный кракен из машины уже сам убил всю команду, чтобы добрые герои не пачкали руки, и наш охотник возвращает себе свою Альтеклер. Не знаю, как вам, а я гуглила две минуты, что это за Альтеклер такая, пока наконец не вспоминила, что это ружье. Слишком много имен в одном маленьком рассказе — это зло, точно говорю.

И финал предсказуем: главный герой застрелил напарника, сошел с ума и состарился на кладбище кораблей, питаясь не то дьявольским духом (откуда святой-то), не то кракен подворовывал для него в тавернах.

Я, правда, не поняла, что значит «сдохла» во фразе сквайра «В трех футах от меня… сдохла… в трех футах от меня.» — если никто не сдох и никто к этому моменту, но по сравнению со всем остальным это правда мелочь.

В общем, у меня осталось тягостное впечатление «жил, жил и умер», потому что мне все-таки кажется, что у рассказа, кроме «плыли, плыли и приплыли» должны быть основные эмоциональные точки: завязка, где читатель заинтригован (а не пытается продраться сквозь текст), развитие, когда мы узнаем больше о персонажах (а не тщетно пытаемся их отличить друг от друга), кульминация, где мы правда за них переживаем (а не вяло кричим «эй, автор, это же бог из машины, не верю!»), и наконец, финал, где вместо «наконец-то» звучит нотка сочувствия.

Но с сочувствием тут туговато.

В общем, это хороший усредненно-фэнтезийный конкурсный рассказ, но именно что конкурсный и именно что усредненно-фэнтезийный. Рассказ могли бы спасти живые герои — хотя бы один — но «персонажистость» тут, увы, на нуле. А жаль. Мне кажется, могла бы получиться хорошая история любви. В конце концов, кто из нас не слышал про девушку с тентаклями?

Оценка: нет


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх