Александр Бушков «Сталин. Красный монарх. Хроники великого и ужасного времени»

Обе книги читал и перечитывал и переосмысливал неск. раз. Больше всего умиляют высказывания критиков, что Бушков, фактически похвалив Сталина не должен был этого делать, т.к. он не профессиональный историк. Ну да, ведь история — это такая точная наука, что меняется каждых 10-20 лет. На мой взгляд, толкования профессиональных историков нормальному человеку, интересующемуся историей, вообще не надо читать, потому что историки — это как журналисты: кто им платит, тот и заказывает музыку. Например, про Жукова: с одной стороны он «маршал Победы», а с другой, мой дед, фронтовик, пока был жив, при упоминании Жукова всегда матерился, хотя ни разу так и не рассказал, почему. И факты: на момент 22 июня 1941 именно Жуков был начальником Ген.штаба, а значит должен нести полную ответственность за разгромное начало войны. Что имеем начало войны (записки Г.К.Жукова):

«При изучении весной 1941 г. положения дел выяснилось, что у Генерального штаба, так же как у Наркомата обороны и командующих видами и родами войск, не подготовлены на случай войны командные пункты, откуда можно было бы осуществлять управление вооруженными силами, быстро передавать в войска директивы Ставки, получать и обрабатывать донесения от войск».

«К началу войны не были решены вопросы об органах Ставки Главного командования: ее структуре, персональном предназначении, размещении, аппарате обеспечения и материально-технических средствах…»

«Радиосвязь Генштаба была обеспечена радиостанциями типа PAT только на 39 %, радиостанциями типа РАФ и заменяющими их П-АК и другими – на 60 %, зарядными агрегатами – на 45 %».

«Приграничный Западный военный округ располагал радиостанциями только на 27 % нормы… Киевский военный округ – на 30 %, Прибалтийский военный округ – на 52 %. Примерно так же обстоят дела и с другими средствами радио– и проводной связи».

Внезапно обнаруживший, вот незадача, что у Генштаба, которым руководит он сам (пусть и недолго), нет командного пункта на случай войны. Должно быть, сам Сталин должен был, поплевав на ладони, копать во дворе Генштаба котлован под КП…

Обратите внимание на число радиостанций и зарядных устройств к ним. Зарядных агрегатов на четверть меньше, чем раций. Чем же занимался Жуков в Генштабе? Обеспеченном радиосвязью только на 39 процентов от потребного?

Проще ответить, чем он не занимался: не в состоянии был собрать точные сведения о германской группировке по ту сторону границы.

А те сведения, что собирала разведка, игнорировал. В том, что именно так и обстоит, убеждают поразительные в своем наивном цинизме строчки из «Воспоминаний и размышлений» самого Жукова: «Ни нарком, ни я, ни мои предшественники, ни руководящий состав Генштаба не рассчитывали, что противник сосредоточит такую массу бронетанковых и моторизованных войск и бросит их в первый же день компактными группировками на всех стратегических направлениях».

Позвольте!!! Что значит – не рассчитывали? В устах начальника Генштаба такой термин совершенно неуместен. Это командир батальона, полка, дивизии – да, пожалуй, и армии – вправе «не рассчитывать», что с той стороны границы на него, лязгая гусеницами, двинется «такая масса». Потому что за всех за них как раз и обязан думать начальник Генштаба – и уж кто-кто, а он-то обязан не «рассчитывать», а точно знать, сколько именно танковых и моторизованнных дивизий вермахта расположилось по ту сторону границы! Это его первейшая обязанность – знать!

Но Жуков, изволите видеть, «не рассчитывал»… А ведь нам долго и обстоятельно, с упорством, достойным лучшего применения, впаривали, будто и военная, и чекистская разведка добывали вороха достовернейшей, подробнейшей, точной информации о немецких силах – вот только простодушный и подозрительный Сталин этой информации не доверял, потому что боялся Гитлера и верил, что тот не нападет… А все, кроме Сталина, – и уж в особенности великий стратег Жуков, давным-давно предвидевший направления немецких ударов, – понимали, что к чему. Но не в силах были переубедить усатого доверчивого параноика, от которого и зависели судьбоносные решения…

Разведслужба РККА как раз и подчинялась Генштабу. И та информация, которой Сталин не верил, предварительно должна была штабелями складироваться на столе Жукова. Как в таких условиях можно лепетать: «Не рассчитывали»? Читал ли Жуков эти донесения вообще?

Да, кстати. Как поступил Жуков, обнаружив весной, что у Генштаба нет запасного командного пункта? Приказал срочно его строить? Ничего подобного! Обнаружил, пожал плечами и благоразумно забыл.

По воспоминаниям маршала Василевского, только 22 июня, через 12 часов после начала немецкого вторжения, во дворе Наркомата обороны принялись ковырять землю срочно согнанные стройбатовцы (или как там они тогда назывались)…

Управление войсками Генштаб утратил практически мгновенно – потому что раций было гораздо меньше, чем требовалось, а у части тех, что все же нашлись, не оказалось зарядных устройств, провода же образца Первой мировой немецкие диверсанты рубили обычными саперными лопатками. Танки горели в бессмысленных контратаках – потому что так приказывал Жуков…

29 июня Сталин и его ближайшие соратники узнали о падении Минска не из докладов Генштаба, а из передач иностранного радио! Непосредственный участник событий, А. И. Микоян предлагает такую версию:

«Встревоженный таким ходом дела, Сталин предложил всем нам поехать в Наркомат обороны и на месте разобраться с обстановкой. В Наркомате были Тимошенко, Жуков, Ватутин. Сталин держался спокойно, спрашивал, где командование Белорусским военным округом, какая имеется связь. Жуков докладывал, что связь потеряна и за весь день восстановить ее не могли.

Потом Сталин другие вопросы задавал: почему допустили прорыв немцев, какие меры приняты к налаживанию связи и т. д. — Жуков ответил, какие меры приняты, сказал, что послали людей, но сколько времени потребуется для установления связи, никто не знает.

Около получаса поговорили, довольно спокойно. Потом Сталин взорвался: что за Генеральный штаб, что за начальник штаба, который так растерялся, не имеет связи с войсками, никого не представляет и никем не командует. Была полная беспомощность в штабе. Раз нет связи, штаб бессилен руководить. Жуков, конечно, не меньше Сталина переживал состояние дел, и такой окрик Сталина был для него оскорбительным. И этот мужественный человек разрыдался, как баба, и выбежал в другую комнату. Молотов пошел за ним…».

Эта версия среди историков основная, хотя сам Георгий Константинович — при всей своей в последние годы стариковской болтливости, ни о чём таком подобном в своих «мемуарах» и в беседах с «общественностью» не сообщает.

Второй вариант развития событий принадлежит В. Молотову (если верить писателю И. Стаднюку, записавшего и сохранившему его до поры до времени) – тоже бывшему при том скандале:

«Ссора вспыхнула тяжелейшая, с матерщиной и угрозами. Сталин материл Тимошенко, Жукова и Ватутина, обзывал их бездарями, ничтожествами, ротными писаришками, портяночниками. Нервное напряжение сказалось и на военных. Тимошенко с Жуковым тоже наговорили сгоряча немало оскорбительного в адрес вождя. Кончилось тем, что побелевший Жуков послал Сталина по матушке и потребовал немедленно покинуть кабинет… Изумленный такой наглостью военных, Берия пытался вступиться за вождя, но Сталин, ни с кем не попрощавшись, направился к выходу. Затем он тут же поехал на дачу». В этот же день Иосифа Виссарионовича назначили Народным комиссаром обороны и Верховным главнокомандующим (председателем Государственного комитета обороны в СССР). И собственно с этого момента без решения Сталина не решались никакие важные военные вопросы.

Часть текста взята из книг А.Бушкова «Сталин. Красный монарх.» и «Сталин. Ледяной трон».

Справедливости ради есть и такие данные:

Давайте посмотрим, как обстояло дела в июне сорок первого – согласно не басням, а точным и подробным свидетельствам. То, что Сталин, согласно укоренившемуся давно и прочно мифу, запугал своих генералов настолько, что они оцепенели, будто кролик перед удавом, и боялись отдать войскам приказ хотя бы поглядывать по сторонам, истине нисколько не соответствует. В действительности все происходило как раз наоборот.

Вот, скажем, нарком Военно-морского флота Кузнецов. Отчего-то грозные сталинские приказы о полнейшей неподвижности до него, полное впечатление, не дошли – и он задолго до рокового часа как раз и приказал своим морякам бдить недреманно и быть готовым к любым поганым сюрпризам. И, как только в три часа утра самого длинного дня года немецкие самолеты пересекли советские границы, уже парой минут позже дружно загрохотала вся зенитная артиллерия Балтийского и Черноморского флотов. Ни один советский военный корабль не был немцами потоплен, потому что никого не удалось застать врасплох. Зато флотские комендоры отправили на дно не один самолет с черными крестами на крыльях. Между прочим, знаменитые бомбежки Берлина летом сорок первого провели как раз не армейская, а флотская авиация…

Печальная истина в другом: сухопутчики оказались настолько бездарными и тупыми, что едва не просрали все дело.

Еще в начале пятидесятых Генштаб Советской Армии, по каким-то своим надобностям, провел широкомасштабный опрос оставшихся в живых генералов, в июне сорок первого как раз и начинавших воевать у западных границ СССР: когда они получили приказ на приведение войск в готовность для отражения возможного немецкого удара? Когда вывели свои войска на рубежи обороны? И что же выяснилось?

Генерал Полубояров (командовавший автобронетанковыми частями Прибалтийского военного округа): командование подчиненных ему механизированных частей получило директиву о приведении соединений в боевую готовность шестнадцатого июня!

Генерал Собенников (бывший командующий 8-й армией): ему приказали развернуть части для обороны девятнадцатого!

Генералу Шумилову, бывшему командиру корпуса той самой 8-й армии, велели занимать оборону даже раньше – восемнадцатого!

Генералу Пуркаеву (в 1941-м – начальник штаба Киевского военного округа) военный совет округа разрешил, согласно предложению самого Пуркаева, разворачивать для обороны стрелковые дивизии еще четырнадцатого!

Генерал Баграмян вспоминал, что войска того же округа, точнее, их оперативные резервы, начали развертывание еще за пять дней до войны. Для обороны, обороны, обороны!

Таких свидетельств много. Во-первых, еще за неделю до войны войскам приказали разворачиваться, занимать позиции, выводить технику, окапываться. Во-вторых, их тогда же ориентировали не на «внезапный удар», а на оборону!

Что же случилось? А случилось то, что иные военачальники вели себя то ли как тупицы, то ли как предатели. Западный военный округ (бывший Белорусский) под командованием уже знакомого нам генерала Павлова (того, что в Испании саботировал то, ради чего его туда послали), просто-напросто не выполнил директивы Генерального штаба о развертывании войск и подготовке их к обороне. Павлов вовсе не был «парализован страхом» и требованиями «не поддаваться на провокации». Недвусмысленный, ясный приказ вышестоящих инстанций разворачивать войска для обороны был. А Павлов его не выполнил! Когда после сокрушительного разгрома Западного военного округа Павлова повязали вместе с его непосредственными подчиненными, на следствии выяснилась масса любопытнейших вещей – в довесок к тому материалу, что лежал на Павлове еще со времен Испании.

Павлов признался, что в свое время вел с Уборевичем и Мерецковым весьма примечательные разговоры: «Уборевич и Мерецков всему командному составу прививали германофильские настроения, говорили, что нам надо быть в союзе с Германией, так как германскую армию они очень высоко ценят… Мерецков всегда внушал мне, что Германия в ближайшее время воевать с Советским Союзом не будет, что она глубоко завязла в своих военных делах на западном фронте и в Африке…». Потом Мерецков выражался еще откровеннее: мол, в случае нападения германской армии на СССР ни ему, ни Павлову, «хуже не будет».

Можно, кончено, привычно прокричать, что показания эти «выбитые». Но, во-первых, речь опять-таки (в который уж раз!) идет не о шпионстве за деньги, а о прогерманской ориентации. О германофильстве, которое от шпионажа весьма существенно отличается. А во-вторых, отчего же Павлов еще до ареста вел себя, как предатель?

Поначалу он ныл, что в полном соответствии с директивами Генштаба еще пятнадцатого приказал вывести войска из Бреста на позиции, но не проконтролировал исполнение своего приказа, и командующий 4-й армией Коробков его не выполнил. В результате чего подчиненные Павлову две стрелковых дивизии и одна танковая понесли такие потери, что «более, по сути дела, как соединения не существовали». Однако помянутый Коробков, мгновенно сообразив, что из него делают крайнего, в голос от этой сомнительной чести отказался. Со всем пылом. Он заявил, что приказа, о котором говорит Павлов, тот не давал вообще! Начальник связи округа генерал Григорьев эти показания Коробкова тут же подтвердил, рассказав, что Павлов и его начштаба Климовских даже после телеграммы начальника Генштаба так и не предприняли каких бы то ни было действий по развертыванию войск. Григорьев деликатно назвал этот поступок «благодушием».

Хорошие мои, когда командующий военным округом откровенно саботирует приказы Генштаба, это именуется изменой! И показания предателя с генеральскими звездами после его действий уже не выглядят «выбитыми»! А если добавить, что Павлов, как опять-таки деликатно выражается историк, «не угадал» направления главного танкового удара немцев, оборачивается и вовсе недвусмысленно. Не угадал, бедняжка. Раскинул на кофейной гуще, но не угадал – и прикрыл противотанковой бригадой лидское направление. А немецкие танки ударили не по Лиде – по Минску… Точно так же Павлов угробил конно-механизированную группу Болдина, бросив ее на Гродно, где советские войска были встречены не танками, как рассчитывал Павлов, а пехотой – и разгромлены…

Героическая оборона Брестской крепости известна всем. Гораздо менее известно, почему в крепости, как в ловушке, оказалось заперто немало войск и техники. Именно потому, что Павлов, получивший приказ вывести войска, его не выполнил. И крепость стала западней. Все погибшие там советские солдаты – на совести Павлова.

В общем, из всех тогдашних фронтов Западный под командованием Павлова оказался самым бездарно управляемым. Именно на том направлении немцы достигли наибольших успехов и вышли на оперативный простор. Хотя Белоруссию сам Бог создал как идеальный плацдарм для обороны – леса, реки, болота… Павлова с его компанией прислонили к стенке, но это уже мало что могло спасти.

Да, вот что еще… Нужно раскрошить в пыль еще один укоренившийся миф: якобы все беды и поражения начального периода войны произошли оттого, что войсками, за отсутствием вырезанных в роковом 1937-м талантливых маршалов и генералов, командовали скороспелые выдвиженцы из низов. Что якобы «полками командовали лейтенанты».

Посмотрим, как обстояли дела на Северо-Западном направлении. Кто там у нас командует Северо-Западным фронтом, созданным на основе Прибалтийского военного округа? Поди, свежевыпеченный из майоров невежа со сверкающими свежим военторговским блеском генеральскими звездами, полученными по счастливому случаю? Вчерашний капитан, выдвинувшийся благодаря доносам?

А вот и не угадали! Фронтом командует генерал Федор Исидорович Кузнецов, кадровый, из ранешних, не затронутый репрессиями! Тот самый, что много-много лет преподавал тактику, и не в захолустном пехотном училище ускоренного выпуска, а в престижнейшей Военной академии имени М. В. Фрунзе. Штаб у него состоит опять-таки не из скороспелых выдвиженцев, а из преподавателей той же академии и Академии Генштаба. Почти поголовно – старые военные деятели, те самые «птенцы Тухачевского», «соколы Уборевича»!

И эти кадровые (слово это отчего-то положено произносить с почтительным придыханием) почти моментально все просрали… Простите на грубом слове, но именно так и обстояло. Очень быстро Северо-Западный фронт был немцами разгромлен. Как ни пытался выправить положение срочно отправленный туда генерал с прогремевшей впоследствии фамилией Ватутин – поздно было, поздно…

Будем и дальше верить сказочкам о «скороспелых командирах полков» и «истребленных кадровых военачальниках»? «Кадровые» как раз и стали виновниками разгрома.

Что характерно, многократно руганные и охаянные Буденный с Ворошиловым проявили себя в июньских боях совершенно иначе!

Пусть и не военными гениями, но как раз на тех направлениях, которыми командовали Ворошилов (Северо-Западное) и Буденный (Юго-Западное) вермахту так ни разу и не удалось устроить ни одного «котла». В противоположность тому, что творилось на других фронтах. Ворошилов и Буденный отступали, конечно, огрызаясь, насколько могли, но ни одной дивизии из тех, которыми командовали эти два «невежды» и «лошадника», немцам так и не удалось окружить. У нас как-то не принято вспоминать, что деятельность Ворошилова тем летом довольно высоко оценивал человек заинтересованный и сведущий – начальник штаба вермахта генерал Гальдер (которого, легко догадаться, исторические решения XX съезда ни к чему не обязывали, а от Хрущева с Жуковым он тем более не зависел и мог писать правду…)

Иными словами, генералы свалили на Сталина собственные ошибки и бездарное руководство войсками – благо это было выгодно со всех точек зрения и прямо поощрялось как партийным, так и военным руководством.

Странно вели себя иные лампасники, предельно странно! До войны – да и в ходе ее – отчего-то упрямо не принимали на вооружение перспективные образцы оружия. 57-мм противотанковую пушку тормозили не Сталин с Куликом, а деятели из Главного артиллерийского управления РККА: мол, чересчур мощная, и подходящих целей для нее нет. Рации с советских истребителей за год до войны сняли и свалили на склады не по воле Сталина, а приказом Смушкевича и Рычагова, очередных «безвинных жертв».

Часть текста взята из книги Зеленина «Я вам не Сталин… Я хуже!».

В двух словах о книге: гимн недоучки, приятно льстящий самолюбию таких же недоучек: «Я академиев не кончал, зато ТАЛАНТИЩЕ! А вот вы университетов назаканчивали, кандидатами в доктора стали, так зато вы БЕЗДАРНЫЕ!»

Сама попытка человека без высшего образования окончательно расставить точки над сложнейшим моментом национальной истории, о который до сих пор ломают копья лучшие представители отечественной науки закономерно выглядела бы курьезом, если бы не назойливая рекламная кампания и внезапный всплеск сталинофилии (явно подогреваемый кем-то сверху), чей пик пришелся как раз на середину 00-х годов. Впрочем, книга разошлась в кругах политизированных школьников и любителей поездного чтива, оставшись незамеченной широкой публикой и, тем более, в научной среде.

Отсутствие специального образования на пользу еще никому не шло, и Бушков – прямое этому доказательство. Его книга, представляющая собой неудачную попытку апологии Сталина – обладает, по меньшей мере, тремя недостатками. Имя им – БЕССИСТЕМНОСТЬ, НЕУБЕДИТЕЛЬНОСТЬ, ПОДЛОСТЬ.

1.Бессистемность.

Серия формально построена по хронологическому принципу – автор начинает с Французской революции, переходит на царскую Россию, продолжает революцией и Гражданской войной, затрагивает темы 37-го и ВОВ, доводит повествование до 1953 года и даже немного загадывает «а что, если бы»: не умер Сталин или его дело было бы продолжено Берией. Реально Бушкова постоянно «несет», он перепрыгивает с одной темы на другую, тонет в потоке излагаемых сведений, да к тому же постоянно разбавляет повествование «историческими анекдотами» сомнительного пошиба. Первая треть книги к Сталину вообще никакого отношения не имеет. Конечно, забавно узнать, что дилетант может написать по истории ВФР и Российской империи, но, в конце концов, книжка о Сталине, а не о Кирилле Владимировиче или Наполеоне.

2.Неубедительность.

Очевидно, что Бушкову незнакомо понятие «научный аппарат» — каждое неоднозначное утверждение должно быть подтверждено ссылкой на источник информации, позволяющий убедиться, что автор в данном случае не выдумывает, и его можно проверить. Писатель в данном случае еще и бравирует своим невежеством: я-де, не интеллигент, у меня профессия есть, и сноски расставлять не бу-у! Это как минимум хамство по отношению к читателю, и в данном случае не спасает даже объемистый список литературы, который, впрочем, как это обычно и бывает у Бушкова, состоит, в основном из макулатуры: мухинско-млечинских бредней, бушинско-соколовского безумия, советского агитпропа и странных книг с одиозными названиями типа:

Чуксин Н. Не надо нас дурить! М.: Эксмо, Алгоритм, 2003.

Сироткин В. Почему слиняла Россия? М.: Алгоритм, 2004.

Брачев В. Чекисты против оккультистов. М.: Яуза, Эксмо, 2004.

Грызун В. Как Виктор Суворов сочинял историю. М.: Олма-Пресс, 2003. (при этом присутствует куча работ самого Суворова)

Туда же входят и нормальные книги, но не по теме (типа: «Каталог-определитель. Французские награды» или «Моруа А. Жизнь Дизраэли. М.: Политиздат, 1991»), и в итоге от впечатляющей библиографии остается пшик.

Я не исключаю такой гипотетической возможности, что Бушков действительно читал или хотя бы листал эти книги – но практической пользы от этого он так и не получил. Хамовато-развязный, агрессивный тон, который применяется писателем с самого начала сам по себе неубедителен и может воздействовать только на людей запуганных и робких, или читателей заранее согласных с авторской позицией. Всем остальным остается только недоумевать. Бушков, например, свято убежден в том, что можно убедить кого угодно и в чем угодно, если несколько раз это повторить, выделить нужные места курсивом, а в решающие моменты еще и добавить железобетонное «Так было…». При этом по делу автор выговорить ничего не может. Например, на вопрос, как Сталин превратился из сравнительно умеренного политика 20-х в бесноватого сатрапа 30-40-х, автор с детской наивностью отвечают: «А не знаю! Мож, переживал смерть жены, мож еще чего».

Вершина бушковской аргументации – это разоблачать одного, «плохого, негодного» историка с помощью ссылок на другого, аттестуемого автором как «объективный ученый» и «величина». Зачастую цитаты из трудов «свидетелей» и «объективных историков» вырываются из контекста или перевираются. Чего стоит одна история с фальшивым штаб-ротмистром Фроловым, будто бы принимавшим участие в белогвардейской расправе над мирным населением под Кустанаем, а реально – выдуманным сталинскими пропагандистами персонажем.

Ужасно смешно наблюдать за бушковскими вихляниями: он категорически настаивает на том, что частушка про то, как «сибирская Чека разменяла Колчака» — народная, и со столь же тупым упорством утверждает, что автором куплета «Огурчики-помидорчики, Сталин Кирова убил в коридорчике» является Бухарин, хотя никаких доказательств ни первого, ни второго мы не имеем.

В принципе, примерно такой уровень и ожидался: что еще может написать человек без высшего (а по некоторым данным, и без полного среднего) образования? Но даже темный и необразованный человек может быть благородным и порядочным. Не то в нашем случае. И здесь пора уделить внимание самому главному и непростительному греху Бушкова – его подлости.

3.Подлость.

То, что Бушков – мелкий врунишка, что явствовало из вышенаписанного – само по себе плохо, но на подлость не тянет. Чай, не монографию пишет, а «опыт художественного исследования». Так, максимум – моральная нечистоплотность. Но вот стремление оболванить своего читателя, любой ценой обратить его в свою веру, попутно пачкая грязью все, что препятствует этому – в высшей степени циничная подлость. Чтобы оправдать большевиков, нужно облить помоями русскую монархию? Запросто! Чтобы показать Сталина единственным человеком дела, нужно обмазать фекалиями большевиков? Не проблема! Соответствуют идеи Троцкого магистральной идее книги – будем цитировать его как высший авторитет. Не соответствуют – тьфу на него, на иудушку!

Невольно вспоминается «Даун Хаус»:

«- Ганя! Правду говорят, что вы за рубль родину продадите?

— Продаст! Ну, за рубль, может, не продаст, но за два точно.»

Понятно, что стрекулист Бушков – как раз из породы таких «Гань». Вся его жизнь – это сплошная коммерческая деятельность, и весь его псевдопатриотический пафос – такая же литература, как похождения бесчисленных мазуров, карташей и прочих черских. И мне кажется, что если бы в свое время «два рубля» ему заплатили бы не сталинисты, а троцкисты, то мы бы имели дело с дилогией «Троцкий» («Апостол революции» и «Благородный изгнанник»), ну, а подсуетись вовремя белогвардейцы – и вовсе «Колчак: Адмирал, не покинувший Корабль».

Конечно, никаких «новых» или «малоизвестных» архивных документов Бушков в своей книге не открывает. Да и вряд ли был он в этих архивах. «Сталин» Бушкова — компиляция из многочисленных литературных источников, публиковавшихся в разное время. Такая вот «колбасная» нарезка, собранная на одной тарелке (под одной обложкой). Даже неинтересно рассуждать — сам Бушков читал и собирал (по-моему мнению — вряд ли), или ему «негры» помогали (скоре всего — именно так). С исторической точки зрения значение книги равняется 0. С пропагандисткой — тоже не впечатляет, ибо внимательный читатель спокойно уличит Бушкова в мелком и крупном шулерстве, на которое справедливо обратил внимание Русич. Вообщем, халтура жила, халтура живет, халтура, по-видимому, не собирается расставаться с А. Бушковым.

Для своего времени это была неплохая книжка. Язык у Бушкова подвешен, апология Сталина еще не стала мейнстримом и для «старшего школьного возраста» произведение вполне годилось — можно было простить и отсутствие каких бы то ни было ссылок, и шулерство с цитатами, и подлый прием — включать в книгу тонны левых «источников» для увеличения объема.

Ну, а сейчас... Из борзописцев Сталина не хвалил только ленивый, всякий дипломированный слесарь мнит себя большим знатоком истории и стремится поделиться своими открытиями с окружающими, да и толковый редактор способен сделать читаемым практически любой текст. На этом фоне опусы Бушкова выглядят как-то... никак.

Слушал аудиокнигу. Ну, не до конца, конечно, до каких-то разборок с грузинскими националистами, где про то, что Саакашвили — армянин. По-моему, этот опус — полная ерунда. Замах на рубль — дескать, новые сведения, а все остальное — на копейку.

Порадовали строки о Жанне Лябурб, «затраханной до смерти чернокожими зуавами». Держал ли автор свечечку?

«Новые данные» о воспоминаниях графа Игнатьева. Граф написал «50 лет в строю», издал в 20-х, очень неплохая книга (уж поинтереснее этой бушкочуши), помер давно — и тут на, новые данные!

Кажется, автору просто непомерно хочется выделиться из толпы прочих писунов про 20 век, а именно для этого и надо написать, что д'Артаньяном был Иосиф Виссарионович.

Еще достает постоянное использование слова «насквозь» в смысле «полностью». У него (Бушкова, не Сталина) — вообще крошечный словарный запас.

Книга публицистическая, нацеленная на общественную дискуссию.

Как сказано в предыдущих отзывах — автор никаких принципиально новых документов не раскопал, «америки» не октрыл.

Но! В чем автор чрезвычайно последователен — это в применении здравого смысла к эпохе. Читателю предлагается не «ужасаться преступлениям», и не «восторгаться свершениями», а попытаться самому дать ответы на острые вопросы дня. Вот как быть с гребежом морских ресурсов, учиненным «норвегами»? Как быть с бандитизмом? С отсутствием (или с производством в ничтожном количестве) громадного перечня необходимых стране промышленных товаров? Что делать? И этот прием «управленческое попаданство» удается автору на 100%.

Да, в книге ощущаются нестыковки, порой — умолчания. Автор все-таки симпатизирует персонажу книги, и не стремится разыгрывать абсолютную объективность. Но отвечать на них следует не рассуждениями в стиле «кровавый тиран», нет. А вот так: «я бы сделал следующее, решения принимал на основе такой-то информации , и последствия от моих действия были бы такие-то и такие-то». Совсем хорошо бы формулировать такие ответы не с высоты сегодняшних дней (как говорят сирики. на основе «послезнания»), а использовать только информацию, доступную тогда...

Подобной критики что-то не видно.

Отзыв напишу на обе книги, с учётом «Ледяного трона» (поскольку в явном виде эта дилогия в отдельный подцикл в библиографии не выделена)

Ну, как тут уже отмечалось, книга на серьёзный исторический труд не тянет. Но попробуем её рассмотреть просто как попытку [пере]осмысленления истории России первой половины XX века.

Начну с конца, с пары моментов, в которых наблюдается явное то ли враньё, то ли недопонимание. Мелочь, но неприятно.

Итак, о науке.

О Н.Вавилове сказано, что его работы по выявлению «исторической родины» культурных растений, дескать, не принесли результатов (видимо — немедленных и практических) в отличии от талантливого учёного-практика Лысенко. О том, что сейчас биологи открывают тонкие механизмы наследования благоприобретённых признаков, вроде бы подтверждая «теории Лысенко». И про ДНК то Вавилов не догадывался...

Я не биолог, но как то всё это сильно смахивает на воинствующее дилетанство. Наука она вообще по спирали развивается, и дилетант действительно может не отличить шаг назад от шага вперёд.

Что я знаю точно, это что творилось при Сталине в химии (читал учебники тех времён). Есть такая штука, которую можно назвать полуторной валентностью. Эффект завязанный на квантовую механику электронов, тогда недостаточно понимаемый, и объясняемой так называемым резонансом между двумя валентными состояниями. Этот самый резонанс был объявлен вредным и буржуазным, в результате чего наши химики рисовали какие-то фантазийные структурные формулы известных веществ и искали на их основании несуществующие соединения. Химиков не сажали и не расстреливали, однако на развитии науки это явно всё отразилось.

Далее кибернетика Винера (действительно имеющая слабое отношение к современной computer science и являющаяся, скорее, общественно-политической теорией) как то подменяется азимовской робототехникой. Некрасиво однако.

Очень много вещей почему-то обойдено. Я готов поверить, что Тухачевский & Ко, Ягода и Ежов были заговорщиками: активным или потенциальными. Готов допустить, что величайший маршал будущей войны Рокоссовский оказался осуждён «случайно». Но что это за тюрьма-КБ, где работали Туполев и Королёв? Почему был в фаворе Жуков, которого Бушков не скупясь на краски рисует как безумного кровавого упыря. Возможно, Бушков предлагает сделать умному читателю самостоятельные выводы... А глупым и наивным людям, типа, полезно верить в светлый сталинский образ, государственной Идее способствует.

Вот я и делаю:

Книга первая (пока идёт просто пересказ). Имеется монархия. Бездарная, отравленная рабством. Экономически — почти колония Антанты. Ядро нации — полубесправные, ограбленные крестьяне. Царь Николай II, напоминающий нам из более близких правителей Л.И.Брежнева и Б.Н.Ельцина, втягивающий Империю сначала в русско-японскую, а потом и мировую войны. Страна больна революцией, и к власти приходят революционеры – люди принципиально аморальные, привыкшие проливать кровь. Но землю крестьянам дали.

Сталин среди революционеров – один из лучших. Трудолюбивый, умеренный, умный. После смерти Ленина его приход к власти был естественен. А страна ему досталась революционная. В которой имеется не привыкшая к какой либо дисциплине, не имеющая моральных ограничений «партийная гвардия». Со стоящей над государством международной террористической организацией «Коммунистический интернационал», тратящей огромные деньги на ухудшение репутации СССР в мире и приближение новой мировой войны, которая и так на носу.

И Сталин начинает действовать. Объявляет коллективизацию, которая уже не крепостное право, но явный шаг в этом направлении (с учётом современных технологий). У только-только вздохнувших свободно крестьян отбирают зерно, чтобы оплатить индустриализацию страны, подготовить её к войне. На революционную гвардию натравливается карательный аппарат. Подобным образом действовал Пётр I, вот только почему реформы Петра у Бушкова плохие, а индустриализация Сталина хорошая? Не потому ли что кашку, заваренную Петром Романовым мы докушали до донышка, а супчик, сваренный Иосифом Джугашвили – ещё хлебаем?

Дальше я не столько пресказываю Бушкова, сколько делаю самостоятельные выводы. Итак, индустриализация налицо. Вот только деньги на неё реквизируются у колхозного крестьянства а тяжёлые, но не самые ответственные работы на плечах з/к. Которых поставляет то самое, вышедшее из под контроля НКВД. В конце-концов НКВД Сталин наконец-таки ставит верного ему человека. «Перегибы» осуждаются. Сначала те что в деревне, из за которых началось то, что украинцы сейчас называют голодомором, потом «Ежовщина». Но страна уже опрокинута в рабство, система работает, и ни какой другой системы Сталин уже не хочет и не может создать.

И сидит он на своём «ледяном троне», и требует новых человеческих жертв созданный им идол. А лицо того идола – это и есть лицо «вождя и учителя» Сталина. Впрочем идол весьма умеренный, до Гитлера или Пол-Пота ему далеко. Так чего ж удивляться, что в фаворе Жуков, поливающий кровью алтарь неведомого бога войны. И раз уж строят страну крепостные-колхозники и рабы зе-ка, почему бы не сделать таковыми и лучших из инженеров? И неважно уже, планировал ли Сталин в 1937 году демократические реформы. И собирался ли он в конце жизни отобрать власть у КПСС в пользу каких-то более «цивильных» институтов. Ничего этого не сделано, то ли ни сильно хотел, то ли «ледяной трон» не позволил.

А вот если Сталин готовил новую мировую войну (Бушков подобное предполагает), то, при наличии тех же атомных бомб (всего-навсего бомб, по нынешним-то временам), все ужасы прошлой войны по сравнению с грядущей могли показаться милой романтикой про средневековых рыцарей. Вот тогда то бы идолище «вождя и учителя» напилось бы кровушки досыта, не приведи Господь... И при таком раскладе много можно простить тем кто так или иначе Сталина «убрал». Бог судья и ему и им, а перед людьми тут греха нету. А был ли Берия садистом и извергом, подобно своим предшественником, или более чем приличным человеком важно в основном для его детей и внуков. Нет более безисходного занятия, чем поиск справедливости в нашем грешном мире.

Вот такие вот выводы. А чем приходится расплачиваться за поклонение кровавым идолам многие и многие десятилетия потом — судите сами. А книга интересная. Особенно первая часть.

Что эта книга, что следующая — читаются практически на одном дыхании. Полностью согласна с отзывом Русича. Дас, наконец-то не однобокая оценка Сталина (следы XX съезда). В изложении исторических фактов не только «разноверсие», но и осмысление логическое. Кто-та там высказался — «компиляция» ?! Пусть даже и так, но в моем случае этот автор по это теме и с таким приподношением был первым. История у Бушкова дана не сухо, нет обстреливания датами и именами, есть этакая форма разговора с читателем: Бушков говорит, а ты слушаешь. Прекрасная книга!!!!! Не напрасная трата времени и внимания. Мои комплименты автору!!! :super:

Когда-то я писал приятелю: Бушков — автор интересный, но местами его уносит в излишнюю маргинальность (речь шла о книге «Россия, которой не было»). Пожалуй, после «Красного монарха» об интересе говорить не придется, остается только предостеречь читателей от излишней маргинализации, коей эта книга, без сомнения, способствует.

Интересная книга, язык на месте, Бушков жанглирует фактами как карточный катала тусует карты. Книга подрузумевает верьте мне и только мне, но к счастью автор не единственный историк на Руси. Хотя спасибо автору за положительного Сталина. Нашелся человек, который объяснил, что псих и мракобес не мог управлять огромной страной, сврехдержавой

Шикарная книга, давно таких не читал. Местами, конечно, нудновато, всё ждёшь новых и новых разоблачений...для докладов по истории вообще незаменима!:smile: