Джо Хилл «Странная погода»
Что окружает нас в повседневной жизни? Семья, работа, обязанности?
Повести Джо Хилла заставят вас взглянуть на мир иначе.
Вместе с его героями вы будете молиться о спасении.
Вам придется переосмыслить жизнь, как ставшему взрослым мальчишке свои воспоминания о больной деменцией няне. Осознать глубину одиночества чужеродного разума. Замереть от ужаса под прицелом сумасшедшего. Смотреть, как смертоносный дождь смывает с поверхности Земли последние остатки человечности и милосердия. Вы еще не задумались – вообще достойны ли люди дара под названием жизнь?
В произведение входит: по порядкупо годупо рейтингу
|
![]() |
|||
|
||||
|
||||
|
||||
|
циклы (сворачиваемые)
циклы, сборники, антологии
романы
повести
рассказы
графические произведения + примыкающие, не основные части
Награды и премии:
лауреат |
Премия Брэма Стокера / Bram Stoker Awards, 2017 // Авторский сборник | |
лауреат |
Британская премия фэнтези / British Fantasy Award, 2018 // Сборник |
Номинации на премии:
номинант |
Локус / Locus Award, 2018 // Авторский сборник | |
номинант |
«Итоги года» от журнала «Мир Фантастики», Итоги 2018 // Книги — Мистика и хоррор года | |
номинант |
«Итоги года» от журнала «Мир Фантастики», Итоги 2018 // Книги — Авторский сборник года |
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
Сноу, 22 января 2018 г.
К последнему сборнику Джо Хилла я подходил не то, что с опаской — “опаски” закончились еще на Пожарном, — а с тяжелым чувством некоей обязанности. Мол, надо все же прочитать, а что, а вдруг... ну и прочее в этом духе. В конце концов, малая форма автору дается куда, как лучше, чем крупная. Впрочем, глядя на объемы книги, говорить о чем-то “малом” приходится весьма осторожно. Но — взялся.
Сборник открывает повесть “Снимок” (Snapshot), довольно незамысловатая, и во многом эпигонствующая кинговскому же “Солнечному псу” вещь. В центре читательского внимания здесь подросток по имени Майкл Фиглионе, толстяк, гик и завзятый неудачник из Калифорнии восьмидесятых. Как-то раз, занимаясь сборкой очередного бульбулятора в отцовском гараже, он замечает свою пожилую соседку, что в расхристанном виде, на босу ногу, бредет краем дороги. Помогая женщине добраться до дома, Майкл слышит ее невнятное бормотание о некоем Человеке-Полариоде, чья фотокамера крадет человеческие воспоминания. Деменция, с жалостью думает наш герой, однако ж, довольно скоро
[и по всем законам жанра]
сам встречает человека с фотоаппаратом.
Вторая, самая большая по объему повесть сборника, называется “Заряженный” (Loaded). Здесь сразу два главных героя. Первый — охранник торгового центра по имени Рэндалл Келлуэй. Человек с большой торбой проблем из которых главные — это развод с женой и запрет на свидания с ребенком.
[а еще он любит оружие].
Второй главный герой — это Аиша Лантернгласс, чернокожая журналистка, тоже с проблемами, правда, совсем иного рода. В детстве она стала свидетелем того, как ее приятеля убил белый полицейский. Приятель, как водится, был совсем неуиноватый, и теперь Лантернгласс на передовой в борьбе с расизмом, шовинизмом, гомофобством, полицейским произволом, белыми, Второй Поправкой и пр. и пр. И вроде бы все правильно делает, но, блин, поведение её вызывает лишь раздражение. Дорожки героев сходятся после того, как в торговом центре, где работает Келлуэй, происходит стрельба с жертвами. Стрелять начал вовсе не он, но в горячке Келлуэй сначала убивает стреляющего, потом — случайно, — одного из посетителей с ребенком, а потом — тоже, на мой взгляд, не вполне осознанно, — свидетеля, что это увидел. Обставив все самым удобным для себя образом,
[списав все жертвы на зачинщика стрельбы]
он на какое-то время становится звездой всея Америки. “Простой мужик спас посетителей ТЦ!” “Ветеран войны в Ираке на защите государства!” “Если бы не его оружие, жертв могло быть на порядок больше!” Но тут ему на шею садится Лантернгласс и долго его веревочке не виться.
Довольно любопытная повесть. Зная гражданскую позицию автора (и его отца) по поводу контроля за оружием, ожидаешь очередной чухни “за все хорошее”, да и оба центральных персонажа до последнего играют свои роли в пользу этой самой их заезженной пластинки. И говоря до последнего, я ровно это и имею в виду — ДО САМОГО ПОСЛЕДНЕГО. Финальным предложением автор переворачивает (ничего при этом кардинально не меняя) все с ног на голову, и смотрится это весьма и весьма неожиданно.
Третья повесть — “Верхом” (Aloft), — мне показалась наиболее близкой к раннему творчеству автора. Во всяком случае, она самая оригинальная в сборнике. В память о погибшей подруге Обри Гриффин решает прыгнуть с парашютом. Прыгнуть-то он прыгнул, но вот приземлился не на землю, а на разумную твердую поверхность, что маскировалась под облако. Ну и понеслась…
Повесть “Дождь” (Rain) — последняя в сборнике, и в ней русская стриптизерша Мартина сожительствует с человеком по имени Андропов. Ахаха. В принципе, на этом месте можно расходиться. Шучу. Расходиться нужно в месте, где главная героиня нетрадиционной ориентации хрестоматийно противостоит харрасменту, физическому и социальному. Или нет… расходимся в месте, где Джо Хилл демонстрирует свои геополитические (да и просто географические) познания (незнания) в худших традициях Тома Клэнси, и где американский президент (с твиттером) звонит русскому, чтобы попросить того дать добро на ядерный удар по одному из кавказских государств. Ну и конечно, — конечно! — русский по имени Андропов не просто так живет по соседству с ГГ, к гадалке, блин, не ходи. И вот весь этот бесконечный фейспалм происходит на фоне конца света, вызванного дождем из острых шипов. Кош-мар.
Как итог, мне не понравилось. На гудридз поставил сборнику две звезды из пяти. Просто не понимаю, как можно прошляпить такой талант, такую авторскую чуткость и фантазию на вот… подобное. На беззубый мейнстрим, на серость, на звание бледной отцовской тени, наконец.
Г. Л. Олди, 2 января 2019 г.
Это авторский сборник из четырёх повестей. Сюжетно повести никак не связаны – разные события, разные герои. Связаны они скорее общим тревожным и мрачным настроением, которое, меняя оттенки, тем не менее, пронизывает все четыре повести. А ещё эти повести объединяет тема потерь. Герои теряют родных и близких, память и разум, самих себя и собственную жизнь. Но есть тут утраты и не столь трагические: кое-кто избавляется от фобий и страхов, от иллюзий и неуверенности в себе.
Странные мистические и психологические триллеры? Хоррор? Мрачная почти научная фантастика? Апокалиптика? Нечто трудноопределимое? Наверное, всего понемногу, и кое-что сверх того.
«Моментальный снимок»
В этой повести ощущается нечто от Чайны Мьёвиля: странная и пугающая история, где не все, но многие вопросы так и остаются без ответов. Здесь Джо Хилл использует один интересный приём, который применяли ещё братья Струагцкие в «Граде обреченном»: высказанная кем-то совершенно бредовая идея обретает одно подтверждение за другим и в итоге оборачивается страшной правдой. Тринадцатилетнему мальчишке, толстому затравленному «ботанику», некому сообщить о той пугающей тайне, которую он случайно узнал, не к кому обратиться за помощью: ему никто попросту не поверит, и он это прекрасно понимает. В итоге ему со всем придётся справляться самому, в меру своих более чем скромных сил и сомнительной отваги. Но как изменит его самого противостояние со зловещим «Финикийцем», обладателем странного фотоаппарата?
«Заряженный»
А вот в этом жестоком и по-настоящему жутком психологическом триллере нет ни грана мистики. Предельный реализм декораций современного американского города, бытовых деталей, юридического крючкотворства, характеров, мотиваций и ситуаций, в которые попадают герои. Пожалуй, это самая страшная и мрачная повесть в сборнике. Создаётся впечатление, что сама Судьба, роковой Фатум преследует героев по пятам, и из всех вариантов развития событий в итоге реализуется самый худший и воистину фатальный. А ещё это повесть об оружии и о людях с оружием. Оружие толкает человека к действию, и даже когда действие это направлено, казалось бы, на благо: остановить преступника, не допустить следующих жертв – последствия могут оказаться совершенно непредсказуемыми...
«На высоте»
Это повесть о преодолении. О преодолении собственного страха, фобий, комплексов, об избавлении от иллюзий и обретении себя. Иногда для этого нужно подняться в небо и упасть обратно на землю. Герой, боящийся высоты, отваживается на прыжок с парашютом – но в последний момент оказывается не в силах победить свой страх. Его бы оставили в самолёте и вернули на землю, но Судьба распоряжается иначе. В итоге герой оказывается один в поднебесье, обретая странное пристанище на высоте около трёх миль над землёй. Парень в шоке, его разум отторгает случившееся, пытается от него отгородиться – но в конце концов Обри придётся взять себя в руки, повернуться к случившемуся лицом – и бороться за собственное выживание. Четырёхствольный пистолет XIX века с единственной пулей против могущественного создания из неведомых далей? Нет, воля и решимость отчаяния против странных правил и установок неведомой сущности, которые герою необходимо преодолеть, чтобы спастись.
Но сначала ему придётся преодолеть себя.
«Дождь»
Апокалиптика у Хилла и раньше получалась весьма динамичной и захватывающей, к тому же сдобренной долей чёрной, а иногда даже и не особо чёрной иронии – вспомнить хоть того же «Пожарного». Так получилось и сейчас. Несмотря на разверзшийся в небесах ад, гибель людей, включая самых близких людей героини этой повести, несмотря на худшие стороны человеческой натуры, что проявляются на фоне глобального бедствия – несмотря на всё это, «Дождь» – едва ли не самая оптимистичная повесть сборника. В этом она конкурирует с предыдущей повестью «На высоте» – но по динамике действия однозначно её превосходит. Всё же далеко не все люди на поверку оказываются мерзавцами, и хотя кое в ком героине придётся жестоко разочароваться, помощь в итоге приходит оттуда, откуда она её никак не ждала. А ещё девушке по имени Ханисакл Спек представится возможность раскрыть тайну убийственного явления, грозящего гибелью всему живому, и у Человечества появится шанс на выживание. Нет, слащавого «хэппи-энда» не будет, но ведь надежда и парус на горизонте – это уже немало?
Написаны все четыре повести очень убедительно и зримо: достоверность бытовых деталей и окружения героев, вкусов и запахов, ощущений и стремлений. При чтении искренне сопереживаешь героям всех четырех повестей, эмоционально включаясь в происходящее. Хилл глубоко проникает в душу каждого из персонажей, и мы видим, что ими движет, какие скелеты прячутся в их личных шкафах, как меняется настроение героев, их характеры и мотивации, как человек деградирует или, напротив, преображаются. С этой точки зрения повести Хилла – предельный реализм, несмотря на все странные, фантастические и мистические события, которые в них происходят. Впрочем, у событий этих тоже есть своя внутренняя логика, пусть и не всегда сразу понятная.
Резюме: сильная книга. Рекомендуем.
tinker89x, 4 апреля 2019 г.
Лучшим романом Джо Хилла по-прежнему остаются «Рога», а лучшим сборником — «Призраки двадцатого века». Сам же Хилл остается отличным писателем и рассказчиком, что подтверждает сборник из четырех повестей «Странная погода».
Все это никакой не хоррор и больше говорить об этом не хочу
«Моментальный снимок»
Самая светлая, лиричная и трогательная повесть сборника. В ней есть все то, за что мы любим Кинга-отца и начинаем любить сына. Ностальгия и светлая грусть по детству и былым хорошим временам, когда казалось, что все еще впереди. Когда ты сам еще не понимаешь, что кто-то любит тебя больше самой жизни. А осознание приходит, когда уже поздно.Вся происходящая в истории мистика с магическим фотоаппаратом — метафора памяти, которая может быть дороже любых богатств.
«Заряженный»
На мой вкус лучшая и точно самая мощная история сборника. Мрачная социальная драма, в которой Хилл рисует неприглядную картину современной одноэтажной Америки, в которой полицейские стреляют в чернокожих подростков только потому, что им показалось, что те вооружены. Америку с бесконечной войной где-то там очень далеко, с которой солдаты возвращаются калеками физически и морально. А на благодарной родине их ждут косые взгляды, низкооплачиваемая работы, инвалидность, кредиты, долги, посттравматический синдром, алкоголизм, одиночество и суицид. Здесь череда случайностей приводит к кровавым трагедиям, а некоторое оружие только и ждет, чтобы из него кого-нибудь убили.
Без всяких монстров страшная, тревожная, циничная история на уровне сурового и даже грязного реализма.
- Если бы у тебя был пистолет, — звучит последняя фраза повести, — конец мог бы быть совсем другим
«На высоте»
Самая фантастичная повесть сборника, в которой незадачливый парашютист попадает на странное разумное облако. То ли необычное природное явление, то ли инопланетный корабль, то ли гость из параллельного мира. Флэшбеками идет трогательная и грустная история о дружбе и неудавшейся любви, которая и завела главного героя туда, где он оказался.
При чтении я услышал отголоски Жюля Верна и лемовского «Соляриса»
«Дождь»
Самая «хоррорная» повесть сборника. История про то, как однажды с неба пошел дождь не из воды, а из острых как бритва иголок, которые несли смерть всему, кто оказался на улице. Страшная и кровавая версия апокалипсиса, в котором оказался виноват сам человек.
Здесь же Хилл знатно прошелся по политике ненавистному ему тепершнего американского президента. Со всеми его расистскими, сексистскими и гомофобными шутками, громкими заявлениями и угрозами в Твиттере. «Наш президент использовал два самых мощных оружия, которые у него были — Иисус и социальные сети».
Главная героиня милая и обаятельная, сюжетные повороты довольно неожиданные, пусть и оставляют вопросы. Русский персонаж по фамилии Андропов? Ну ладно, может это тоже стеб такой. Понравился финал, в котором есть надежда
Сборник прочел и остался доволен. Нового Хилла буду ждать и читать еще
majj-s, 4 сентября 2020 г.
Обри Гриффин, который на небесах
Это было… чем? Устройством? Машиной? В каком-то роде – да. Что вызывает следующий очевидный вопрос. Что под капотом? Где, черт возьми, этот капот?
Прежде читала у Джо Хилла «Коробку в форме сердца», «Рога», «Страну Рождества» «Пожарного» — всё крупные формы. Два свежих сборника повестей отчего-то пропустила. Начала одновременно, «Full Throttle» в оригинале, этот на русском.
С «Полным газом повожусь еще, а «Странную погоду» проглотила быстро. Укрепившись во мнении: отличный писатель, но моему читательскому сердцу никто не заменит его отца. И да, Кинг оказал существенное влияние на творческую манеру, но в большей степени как корифей жанра. Хилл талант самобытный, куда более хардкорный, в нем очень мало или вовсе отсутствует кинговский интерсекфеминизм (космический гуманизм) — деятельное сострадание ко всем униженным и оскорбленным, которое — оно, а не умение сделать нам страшно, в основе его немыслимого успеха.
Но теперь не о Кинге. Итак, четыре повести. Первая «Снимок», блестящее начало и очень достойный финал, уходящий, однако, на коду. Конец восьмидесятых, мальчишка толстун, живущий с обожаемым отцом, мама, культуролог, антрополог, видная феминистка вечно в разъездах, дом ведет пожилая женщина, живущая по соседству. Мальчик небесталанен, у него способности к техническому изобретательству, но совершенный лузер среди сверстников. Толстый, неуклюжий, не записной балагур.
В один день оказывается вовлеченным в странный и пугающий водоворот событий, из которых выходит победителем, но утратившим невинность (не в том смысле) Отчасти «Солнечный пес» Кинга, много «Что-то страшное грядет» Брэдбери. Обращение к проблеме памяти как ключевого свойства ума, оригинальное и пугающее соответствие между помолодевшей сенильной деменцией и обилием, доступностью электронных устройств с неимоверным быстродействием и количеством памяти.
«Заряжено». Снова то же многообещающее начало, уходящего в крепкую, но без всякого блеска, социально-психологическую прозу. Основная проблема, доступность оружия и относительно малая контролируемость его обращения. Гипертрофированная угроза терроризма, полицейский произвол, расовые проблемы тоже играют значительную роль. Однако в свете нынешних американских событий я бы воздержалась от однозначной поддержки авторской позиции.
Моя любимая повесть сборника третья, «Наверху». Молодой человек и девушка, в которую он давно безнадежно влюблен, решают совершить мемориальный прыжок с парашютом в честь недавно умершей подруги, третьего члена их музыкальной группы. В ходе полета на стартовую позицию Обри, с панической боязнью высоты, уже решает было отказаться от прыжка, тем покрыв себя позором, но самолетик сближается с облаком, наводящим на мысль об НЛО, после чего двигатель отказывает, прыжок в тандеме становится необходимостью для выживания. Мотор, к слову, заработает снова, когда машина отдалится от облака, но Обри и его тандемному инструктору это уже не поможет, они окажутся НА поверхности странной тестообразной субстанции, составляющей этот объект. После молодой человек очень скоро останется один, и тут — чем дальше, тем чудесатее.
Эта повесть глубже трех остальных, она дает характер в динамике, не единожды меняя отношение к герою. Тонко и точно прописаны токсичные отношения и созависимость. Несколько ярких панчлайновых ситуаций, характерных в большей степени для короткой прозы, но и среднюю не портящих. В общем, если фаворит, то «Наверху»
«Дождь» завершает сборник и да, это достаточно яркая вещь о дождях из иголок и булавок, изливающихся на землю как апокалиптическая напасть. О том, как любая дополнительная гадость в нашем, не славном терпимостью, мире, может стать триггером для полного уничтожения. О подлых сектантах, о бесконтрольных научных экспериментах, проблемы меньшинств еще по касательной. Но на мой взгляд самая политизированная и неинтересная повесть. Общее впечатление от квартета замечательное, а кроме того, сборник награжден премией Брема Стокера.
Deliann, 8 ноября 2018 г.
Помнится, прочитав «Рога» и «Призраков ХХ века» Джо Хилла, я огорчался, видя бесконечные упоминания в отзывах на эти произведения упоминания Стивена Кинга. Да, творчество отца сильно повлияло на Хилла, но у него был собственный стиль и интересный подход. А затем вышла «Страна Рождества», которая выглядела как курсовая работа по произведениям Кинга. Хорошая работа, может быть даже отличная, но уж слишком во многом построенная на отцовских наработках. После этого свет увидел «Пожарный», который мне очень понравился при прочтении, однако сейчас, спустя 2 года, я обнаружил, что послевкусие от романа осталось почти таким же, как от работ Кинга. Это печалит.
«Странная погода» вызывала опасения уже своей структурой: четыре повести под одной обложкой. Глядя на них, сразу вспоминались «Четыре сезона» и «Четыре после полуночи». Тем не менее, Джо Хилл смог меня удивить.
• «Моментальный снимок». Довольно средняя история о мистическом фотоаппарате и человеке, который посредством фотографирования стирал людям память. При чтении вновь возникало очень много ассоциаций с произведениями Стивена Кинга, в первую очередь с «Солнечным псом», но не только («Гвенди и ее шкатулка», «Ур» и т.д.). Даже перевод тут выполнен в лучших традициях переводов Кинга из 90-х, когда читая фразу, видишь ее построение на английском и не сразу понимаешь, о чем собственно идет речь в предложении. Между тем, сама по себе история не плохая, но и не хорошая, обычная такая мистическая байка с неудачной попыткой выхода на двойное дно. Оценка 7 из 10.
• «Заряженный». А вот эта повесть мне понравилась. История разворачивается вокруг стрельбы в торговом центре, где есть как будто герой дня, который убил стрелявшую девушку (и не только ее), и бойкая журналистка, которая жаждет правды и справедливости. Живые персонажи, некоторые очень обаятельные, внезапный финал и обилие социальных подтекстов работают как надо. 9 из 10.
• «На высоте». Единственная повесть, в которой чувствуется Хилл времен «Ключей Локков» и «Призраков ХХ века». Молодой парень прыгнул с парашютом и оказался на очень необычном облаке. В общем-то это все что надо знать перед прочтением. В истории присутствует очень выверенное раскрытие характеров и в какой-то степени трогательная мистика. 8 из 10.
• «Дождь». Когда читал, думал, что передо мной откровенный трэш. Оказалось нет, самопародия. В Америке локальный апокалипсис: временами идет дождь из кристаллических колючек, который убивает людей. Вся повесть – странный квест-детектив, в котором главная героиня нетрадиционной ориентации раскрывает причину дождя, сталкиваясь с сектантами, подлыми русскими, сумасшедшими учеными и бойцом смешанных единоборств. Звучит как ахинея, но читается легко, а учитывая, что сам Хилл определил повесть как самопародию, то я не стал воспринимать ее всерьёз. Оценка 6 из 10.
В целом впечатление неплохое. Хилл может лучше, но и этот сборник нельзя назвать провальным. Он скорее «странный». А вот российское издание меня расстроило. Про шероховатости перевода первой повести я уже писал, но дело еще и в послесловии. Хилл целый абзац нахваливает художников и их иллюстрации к каждой повести. Очень здорово, жаль только, что мне придется поверить писателю на слово, ведь в российском издании никаких иллюстраций нет и в помине. Ну и информация об авторе, в которой то есть конкретика, то ее нет, то актуальное российское название произведения уточнено, то нет.
Рекомендую всем любителям легкой американской мистики и триллеров с социальным подтекстом.
Рекррул, 30 апреля 2019 г.
К моему сожалению , замечательный писатель Джо Хилл вспомнил что он сын Стивена Кинга, и в этом сборнике правильней бы ему подписаться как Джо Кинг. Если взять как примеры, “Рога”, “Пожарный”, то эти произведения подчеркивали самобытный стиль Джо, здесь же параллелей с отцом не избежать.Все это мы читали не раз у Короля Ужасов, взять любую повесть из сборника . Типичная американская жизнь, обычные люди, оказавшиеся в сверхъестественных обстоятельствах. Только если у Стивена Кинга мы наслаждаемся описанием американской глубинки, то Джо нас не балует описанием: “он выглядел как герой из сериала”, ( любимый вставить),“ похож на рок-звезду” (поп звезду) и т.д . Пройдёмся по сборнику:
“Моментальный снимок“ = “Солнечный пёс” , добавим немного Альцгеймера.
“Loaded” (заряженный в переводе звучит хуже)=“ Ярость”, + немного острых социальных проблем Американцев : расовые предрассудки , печальная жизнь ветеранов войны.
“На высоте”, третья повесть, тут смесь идей рассказов Кинга и “Плот”, и “Карниз”.
Четвёртая , “ Дождь”, ничего подобного не припомню у Кинга, и слава Темной Башне! Худшая повесть в сборнике, такое впечатление что Джо сам не знает , о чем он пишет.
В целом, если представить что этот сборник Джо нашёл на чердаке у отца, или написал на экзамене по литературе штата Мэн, то только тогда можно приступить к чтению.