FantLab ru

Андрей Рубанов «Финист — ясный сокол»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.74
Голосов:
79
Моя оценка:
-

подробнее

Финист — ясный сокол

Роман, год

Аннотация:

Это изустная побывальщина. Она никогда не была записана буквами. Во времена, о которых здесь рассказано, букв ещё не придумали. Малая девка Марья обошла всю землю и добралась до неба в поисках любимого — его звали Финист, и он не был человеком. Никто не верил, что она его найдёт. Но все помогали. В те времена каждый помогал каждому — иначе было не выжить. В те времена по соседству с людьми обитали древние змеи, мавки, кикиморы, шишиги, анчутки, лешаки и оборотни. Трое мужчин любили Марью, безо всякой надежды на взаимность. Один защитил, другой довёл до края земли, третий донёс до неба. Из-за одной малой девки целый мир сдвинулся и едва не слетел с оси. Ничто, кроме любви, не может сдвинуть мир с места.

Примечание:

Роман написан по идее режиссёра Аглаи Курносенко.


Лингвистический анализ текста:


Приблизительно страниц: 457

Активный словарный запас: чуть ниже среднего (2701 уникальное слово на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 62 знака, что гораздо ниже среднего (81)

Доля диалогов в тексте: 24%, что гораздо ниже среднего (37%)

подробные результаты анализа >>


Награды и премии:


лауреат
Национальный бестселлер, 2019 // Национальный бестселлер

Номинации на премии:


номинант
Интерпресскон, 2020 // Крупная форма (роман)

номинант
Филигрань, 2020 // Большая Филигрань


Издания: ВСЕ (1)
/языки:
русский (1)
/тип:
книги (1)

Финист — ясный сокол
2019 г.




 




Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Не было. Могло быть» (с)

«Сомкнутые веки.

Выси. Облака.

Воды. Броды. Реки.

Годы и века» (с)

Это книга о сильных людях.

Это книга о женщинах, которые сильнее мужчин.

Это книга о том, как изменяется мир — и о том, почему он изменяется.

Перед нами философский роман, автор которого виртуозно использует архетипы (Воин, Шут, Отверженный, Дева-Воительница, Прекрасный Принц) и реконструирует образ мышления язычников. Каждый из героев осмысливает жизнь по-своему, в рамках своего поселенного пузыря, который современная психология называет Картой Мира. И каждый на глазах у читателя меняет свои представления о мире. Отвергает сковывавшие его ранее древние запреты, делает выбор, принимает последствия своих действий и готов нести за них ответственность. То есть взрослеет и растёт.

Место действия — условная, авторская языческая Русь, неожиданно оказывающаяся близкой и понятной. Привязка ко времени – упоминание о вереницах ослепленных Василием Болгаробойцей людей, ведомых одноглазыми поводырями. Значит, уже принял крещение Владимир Святославич и тоже стал Василием — Царственным. Но в зеленой мирной долине жизнь идет так, как шла от века: по Коловрату, мировому порядку, управляющему всем на свете. И людьми, и зверями, и богами. Никто не имеет своей воли. Всем правит Коловрат. Всё идет по кругу.

Всё было как всегда, пока малая девка Марья не встретила птицечеловека. Встретила его, полюбила, потеряла и пошла искать любимого. А еще она захотела увидеть тот большой мир, о котором он ей поведал.

Воля Марьи притянула к себе волю трех мужчин, трех Иванов, полюбивших её. Каждый из них сделал всё, что мог, чтобы Марья обрела любимого.

Один маленький камешек может вызвать грохочущий камнепад, который сметет всё на своём пути. Так и каждый из тех, кто помогал Марье, невольно ускорил гибель старого мира и рождение нового.

То, что каждый из трёх Иванов влюбляется в Марью, понятно: сильный тянется к сильному. На первый взгляд непонятно другое: почему никто из троих не попытался её завоевать. Ответ лежит на поверхности. Можно восхищаться полетом стрелы, но привлечь её внимание, отклонить её от цели не получится. Человек считывает это на уровне подсознания и смиряется.

Книга полна сентенций, заставляющих задуматься. Задуматься и понять, как много общего у героев книги с нами, её читателями. С нашими родителями, дедами и бабками. С еще более отдаленными предками, которых повезло застать в живых некоторым из нас.

Вот навскидку:

«…Четвёртой, и, возможно, важнейшей, корневой практикой этих людей является всеобщее угрюмство: особое состояние духа и рассудка, когда ни ты сам, ни другие вокруг тебя не ждут от будущего ничего хорошего.

Они называют это — «ровная дрежа».

Каждый новый год может быть холоднее предыдущего.

Каждая новая лютая зима может погубить всех.

С самых ранних лет любой дикарь думает как воин: как тот, кто уже мёртв.

Ровная дрежа — это покой сознания; это полное избавление от тревог.

…Смерть всегда здесь, вокруг, рядом, за плечом….

… Если впервые видишь их вблизи – с непривычки кажется, что они только что похоронили ближайшего родственника, или готовятся похоронить. Они мрачны и неулыбчивы»

«Без тех, кто нас окружает, без тех, кто нас любит, — мы ничего не значим»

«Сила только тогда идет впрок, когда мы не получаем её в подарок, а обретаем сами»

«Ни успех, ни благополучие не являются достижением каждого отдельного человека: всегда есть другие, менее заметные. Те, кто поспособствовал, подставил плечо.

Почему эти слова вызывают такой отклик в душе? Опыт предков, их память живёт в нас. Мы передаём всё это дальше, своим детям и внукам. Недаром и сейчас люди ходят босиком по горящим углям и делают куклы-мотанки. Но куда важнее то, что мы понимаем: «никакой великий подвиг не вершится в одиночестве»

Оценка: 8
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Формально есть всё, что нужно для хорошей книжки.

Сюжет известной (не «Колобок», но переложений изрядно) сказки, с если не античным, то индоевропейским драматическим зарядом. И раскрыто хорошо, в пересечении куда большего числа судеб отдельных людей, народов и нелюди, с реалистичным обоснованием чисто сказочных ходов (откуда зелье? как сделать золотое платье? почему ножи железные? И почему Финист — Сокол?) и объединением русских сказок и сказаний в едином мифологическом пространстве, где Аркаим, скифы, Таруса, Лапута и ромейский Болгаробойца соседи.

Композиция: три части, три рассказчика, каждый со своей правдой и долей участия в подвиге великой любви Марьюшки. На фоне которой ее образ расплывается, меняясь в зависимости от того, как ее видят: дочкой кузнеца, усталой странницей или женщиной с поверхности.

Многотемье: организация игрищ и забоя мавок, психология угрюмости, народ и власть, доспешное дело, кровь великанов, табу, хиропрактика, ПТРС... философия «пузыря». Тактика дракона — сценаристы «Хоббита» позеленеют от зависти. Нотки юмора — волхв смотрит четвертым глазом, чтобы нож не уперли.

Язык афористичный. Мысли-предложения: «Волхвов всегда столько, сколько согласны кормить хлебопашцы», «Если в рассказе нет молодой девки — это и не рассказ вовсе». «Без тех, кто нас окружает, без тех, кто нас любит, — мы ничего не значим».

И всё недодуманное, недоработанное.

Ладно, что скифы рядом с порохом, а хазары с огурцами, даже забавно. Но медный век и бриллианты? Правила игры надо соблюдать бы. Конные заводы и все пешком? Далеко Иван №2 в своих походах уйдет, да... Летающий город — столько про климат, и на тебе, автор делает вид, что на высоте горной болезни ветер не дует. Небесное сооружение из бальсы и пробки не может быть копией земного города, тем более, с тяжелым, как описал Рубанов, краем — перевернется банально. там не только посиделок на крыше — самих крыш быть не должно.

«Бог ремней не хочет, чтобы ты тачал сапоги» — это славянская фэнтези? Стаи волков и рысей (!), преследующие беженцев, в настоящей славянской были бы немедленно мужиками переделаны на шапки и рукавички. И сани зимой — это минимум возможного.

Да, рассказчиков трое — но ищущий ночлега 119-летний дед, воин под судом и обвешанный золотом потребитель солнечной энергии говорят и думают одним, былинно-назидательным, слогом, оформленным в духе телеграфной лапши 1920-х.

Рекомендации: убить время и задуматься, почему так часто славянская фэнтези похожа на самолет Можайского.

Оценка: нет
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Книгу читал перед встречей с автором, которого очень уважаю за его прозу, как реалистическую, так и фантастическую, русское историческое фэнтези... Я ждал чего-то ужасно-клюквенного, с типичными псевдославянскими штампами, посконного и унылого. Однако Рубанов опять не разочаровал. В историческом плане, с небольшими огрехами и помарками в мелких деталях, в плане мифологии — идеально, в итоге прекрасная переработка легенды о Финисте, в духе Олди, но в авторской стилистике Рубанова.

Что меня удивило большего всего — роман предельно либеральный, вплоть до прекрасного во второй части, где главный герой рассказывает о том, что если их перестанет устраивать князь, то они выгонят его и найдут себе нового. Но даже не это самый интересный момент романа. «Финист» по сути дела повторяет фабулу «Формы воды» Гильермо дель Торо. Та же межрасовая связь с нелюдем, не находящая понимания у окружающих, за небольшим числом тех, кто помогает Марье. Нелюдь, точно также происходит из иной среды, только из воздушной, а не водной. И так далее, параллелей с «Формой воды» очень много, а практически единственное отличие — существо у Гильермо уродливо, а Финист описывается красавцем. Но эта деталь техническая, не особенно важная, ведь главное тут посыл, идентичный с «Формой».

Оценка: нет
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Всё, что происходит, — происходит из-за баб. Мужики думают, что творят всё сами. Сами воюют, сами пашут, сами зверя бьют, сами брагу пьют, сами врага режут. А на деле — не сами.»

А. Рубанов «Финист — ясный сокол».

«Итало Кальвино в предисловии к своему великолепному сборнику «Итальянских сказок» приводит старинную тосканскую пословицу: «Сказка не будет хороша, если к ней ничего не добавить». У каждого своя сказительская манера, свои достоинства и недостатки; кто-то заставит слушателей смеяться, кто-то — дрожать от страха, кто-то — заливаться слезами, а лучшие из нас умеют и то, и другое, и третье. Но для того, чтобы это получилось, мы должны пропускать сказки через себя: что-то добавлять, что-то убирать, поворачивать под новым углом, украшать и приспосабливать к современности. Печатная версия — это лишь отправная точка, а не пункт назначения.»

Ф. Пулман «Народные сказки Британии».

Издательская аннотация к этой книге напечатана на 4-й странице и на обложке и стала частью книги, поэтому начать есть смысл с нескольких замечаний, касающихся этой самой маленькой её части.

«В те времена каждый помогал каждому — иначе было не выжить.» Как автор аннотации пришёл к этой мысли? Очень просто. Вот эпизод, когда ребята, идущие бить Змея, впервые видят Марью. «Мы подошли ещё на шаг. Девка аккуратно поставила лохань у своих ног, отступила назад и положила пальцы на рукоять ножа — и это движение, очень особенное, воинское, медленное и плавное, выдало её с головой. Она ничего не боялась, дралась часто, и была, скорее всего, очень опасна.» Такой стала обыкновенная девочка за три года странствий по территориям, где «каждый помогал каждому.» Ещё немного и из неё получился бы отличный инструктор по рукопашному бою. Чтобы прийти к вышеприведённой мысли из аннотации, надо пропустить этот очень многозначительный эпизод. Только и всего. Действительно просто.

Как это очень часто случается, издатели, писавшие аннотацию, прочитали книгу по диагонали. Потому что первый из трёх мужчин (этому мужчине 13 лет), любивших Марью, ей только мешал (вместе с другим таким же мужчиной) а второй никуда её не довёл, т.к. сам жил на краю света, дойдя до которого Марья исполнила предсказание того, кого искала три года — истоптала железные подошвы, стёрла железный посох и изглодала железный каравай. Чтобы совсем уж не сесть в лужу, авторы аннотации просмотрели последнюю часть романа более внимательно, поэтому о третьем помощнике Марьи, Соловье-разбойнике, написали правду — он действительно доставил девушку в летающий город. И почему авторы аннотации решили, что Финист «не был человеком»? Это в сказке он оборотень, человек-сокол, а в романе он — человек. Правда, умеющий летать, ну и что? Да, не думали писавшие аннотацию, что Автор романа настолько выйдет из рамок сказки, вот и попали пальцем в небо. Но даже и в таком никуда не годном виде аннотация достигает цели — желание купить книгу появляется. Ну, что же, красиво врать не запретишь.

Примечание о том, что идея романа принадлежит режиссёру, мне кажется, объясняет некоторые странные моменты в нём. В сказке из сборника Афанасьева «Пёрышко Финиста ясна сокола» и в её несколько ироническом пересказе, принадлежащем Эдуарду Успенскому, три чугунных посоха Марья не стёрла а изломала*. В романе же единственный железный посох длиною в сажень (2,1336 метра) стёрся за годы скитаний до размера песта «в три пальца». Это очевидная режиссёрская находка — сначала кинозритель увидел бы двенадцатилетнюю Марью (читатель, разумеется тоже представляет, каков был «крест», взваленный на Машины хрупкие плечи) с трудом бредущей, опираясь на длиннющий (в полтора раза выше её самой) лом, примерно к середине пути в руках девушки уже опора нормального размера, позже ей приходится идти всё в более и более согнутом положении, наконец, когда сгибаться уже нет возможности, она вынуждена перейти на гусиный шаг, а последние пару сотен вёрст ей (уже пятнадцатилетней) ничего не оставалось (надо выполнять завет Финиста) как передвигаться ползком. Русская сказка тут оказывается явно умнее авторско-режиссёрского пересказа, совершенно, в сущности, издевательского в этой части**. Почему я пишу об этом так подробно, ведь, как уже было замечено, Автора «не интересуют детали, его интересуют идеи»? Вот поэтому и пишу, что идеи идеями, а дьявол-то как всегда прячется в деталях. А ещё — потому, что терпеть не могу прикрываемого какими угодно идеями издевательства и над людьми (хорошими к тому же) и над животными, пусть и не очень привлекательной внешности. Во второй части романа подробное, длинное, зримое (хоть кино снимай) описание садистского избиения и последовавшего за ним умерщвления старого, голодного зверя, который вовсе не нежить (и не враг людям, что понимает даже так называемая «нелюдь»), а всего лишь обыкновенный реликт, может привести только к одному неверному заключению — славяне народ ужасно тупой и жестокий. В действительности это не так, этот народ не более тупой*** и не более жестокий, чем всё остальное человечество, просто Автор, как и его герой, высококвалифицированный глумила (в этом слове нет ничего обидного, это такая артистическая специализация), его хлебом не корми — дай только посмеяться над читателем вместе с помогающим ему идеями режиссёром. А результат этого глумления выглядит крайне печально. В фольклоре любого народа те, кто сражается с драконами — Герои. Геракл, Персей, Илья Муромец и разнообразные Иваны, как дураки, так и царевичи. А тут они — садисты. Садизм вместо героизма. Доглумились соавторы, однако, повернули сказку под новым углом, украсили и, похоже, приспособили к современности...

Конечно, Автор местами остроумен, этого не отнимешь. Самым глубоким философом, блестяще объясняющим мироустройство, оказывается в книге почти бессмертный неандерталец Креп, фигура, напоминающая ГГ рассказа Саймака «Грот танцующих оленей». Остроумной бывает иногда и глупость. Таково утверждение любителя порассуждать на отвлечённые темы Ивана Корня: «Сделал полдела — считай сделал всё.» Это может прийти в голову человеку, не создавшему за всю жизнь ничего ценнее обыкновенного бубна. Противоположная мысль — кто сделал полдела, тот начал — принадлежит Аристотелю, сведения о котором к 13-му веку н. э.**** до славянского мира ещё не дошли. Великий грек говорил о людях, создающих истинные материальные и духовные ценности, когда главные трудности выявляются как раз в стадии завершения работы, доведения её до совершенства. Философия глумилы очень примитивна, хотя сам он кажется человеком не таким уж простым, иначе как он, порядочный в молодости человек, сумел бы стать в зрелые годы вором. Не известно, правда, можно ли верить всему, что он говорит. Скорее всего, нельзя. К числу глупостей неостроумных я бы отнёс следующее высказывание глумилы Ивана: «Никакой живой человек по доброй воле в дом кузнеца не сунется.» Очевидная чушь, особенно если учесть, что сам Иван и его товарищи попали в дом кузнеца именно по своей доброй воле.

В общем, иногда кажется, что Автор пишет, что в голову приходит, не очень затрудняясь наличием связи написанного сегодня с написанным вчера. Ещё пример. Только что князь птиц договорился с ведьмой о возвращении через пять дней, как Иван Ремень (а он подслушивал) сообщает своим спутникам, что «нелюдь прилетит нынче ночью. Так он обещал старухе.» Т. е. Иван врёт, прошло всего около полутора суток. И нелюдь прилетает (!), так решили эти два вруна (Иван и Автор), посовещавшись где-то там за пределами текста романа, в своей так называемой творческой лаборатории.

Вот ещё один продукт этой лаборатории, хорошо дополняющий впечатление о ней читателя. Во второй части князь птиц, тоже именем Финист (они не птицы и не оборотни, и это уводит роман совсем уже далеко от первоисточника), жалуется ведьме, что его народ «не плодится» и «если так будет дальше, через триста лет сгинем вовсе». В третьей части о жизни летающего города рассказывает Соловей, человек большого жизненного опыта и уж точно поумнее двух предшествующих Иванов вместе взятых. И вот что он говорит: «... весь мой народ ... смотрел в будущее уверенно и прямо.»; «в правление князя Финиста средний рост взрослых мужчин нашей расы увеличился почти на половину локтя.»; «Да, это был Золотой век: как я себе его представлял по рассказам школьных учителей.» Вот так! Стало быть, врёт князь Финист?! Но какой смысл этой дезы в частной беседе с ведьмой? Постепенно выясняется, что никакого, и остаётся только счесть этот финт ушами за ещё одну «идею», возможно, режиссёрскую, по ходу повествования благополучно канувшую в лету.

И всё-таки книга в целом, благодаря удачной последней части, получилась, очень уж материал хорош, такой трудно испортить безвозвратно. Автор, конечно, Мастер, и он сумел, доведя, иногда с грехом пополам, работу до половины (т. е. положив ей начало) завершить её достойно. Третья часть намного интереснее, в частности — информативнее и динамичнее, первых двух. Хотя, может быть, не стоило пытаться подвести научную базу под (в буквальном смысле) летающий город. Какая уж там «подъёмная сила» исходящая от обитателей города, живущих на его поверхности, а не под ней. Иначе говоря, подъёмная сила, никак не противодействующая силе земного тяготения. Пусть бы уж висела эта тяжело нагруженная людьми, металлом, камнями, жидкостями и т. д. и т. п. платформа тем же способом, какой используется в сказке, то есть волшебным. Да ещё там зачем-то припутана летающая лодка (князь Вертограда с охраной на ней прилетают), хотя для полёта этим ребятам ничего не нужно (разве только щиток от ветра), лодка только мешает. Эта лодка — ещё один забытый продукт всё той же лаборатории? Лучше бы Автор и те, кто ему помогал, придумали, как Марья добилась того, чтобы лишённый памяти Финист её вспомнил. В сказке такая задача перед ней не стоит, а тут — думайте, что хотите. Я думаю, ведьма чуточку подкорректировала действие горыновой слюны, но в книге и на это нет даже намёка.

Иногда кажется, что третья часть написана другим человеком, возможно, женщиной. Особенно её восьмая глава, где ведьма Язва рассказывает о своей жизни. Это шедевр, с которого я рекомендую, что может показаться парадоксальным, начать чтение. Интерес от такого «спойлера» не пропадёт, а, наоборот, возрастёт, а недостатки романа уже не покажутся столь заметными, поблёкнут.

*) Это яркая и в то же время простая метафора, передающая тяжесть пройденного пути. Башмаков с железными подошвами тоже была стоптана не одна пара, а три; и железный каравай хлеба выдуман Автором романа, чем это лучше трёх каменных просвир из сказки, мне так и осталось не ясным. Ну, выдумал, и ладно, имел право.

**) Чтобы идти с посохом переменной длины всё время в нормальном положении, нужно придумать и изготовить не очень-то простую деревянную конструкцию (если коротко — это трубка) навершия к посоху. Для изготовления такого навершия нужен не только нож, но и шило и прочные волокна для стяжки трубки. Ни одна девочка в мире не додумалась бы.

***) Хотя в этом конкретном сильно растянутом эпизоде героями романа было сделано особенно большое, сверх меры, количество ошибок. Например, лезть с сосудом для набора слюны чуть ли не в пасть к разозлённому ящеру, в то время, как эта позарез нужная слюна капала из пасти на землю, не было необходимости. Но привязать сосуд к ветке никому в голову не пришло, садисты вообще плохо соображают, да и лишились последних сил, охаживая тяжёлыми дубинами несчастную тварь.

Может быть, описывая избиение змея Горына, Автор решал какую-то важную задачу, но забыл даже намекнуть на её существование? Может быть, он хотел этими сценами показать, что эти ребята с дубинами нечто худшее, чем обыкновенные дикари? Глупый и жестокий ребёнок Потык, разбойник и убийца Иван Ремень (он бывалый воин и наставник молодёжи только в своей долине) и равнодушный исполнитель любых приказов Тороп (равнодушный по гамбургскому счёту, в «бруноясенском» смысле) — таковы на самом деле эти Марьины «помощники». Хорошо, если так, но лучше бы намекнул.

****) Действие в романе довольно точно привязывается к реальному историческому фону. Князь птиц говорит, что в земле Хань, далеко на востоке, есть другие летающие змеи. Но ему Китай столь же безразличен, как и весь человеческий мир. Династия Хань правила около полутора тысяч лет назад. Время Хань давно прошло, но вот упоминание в романе императора Византии Василия II, совершившего своё очень громкое, ставшее легендой, преступление в 1014 году, приводит к выводу, что действие происходит примерно через полтора века после этой даты. В южных степях уже хозяйничают половцы, до монгольского нашествия ещё далеко, значит годы на дворе примерно 1140-е — 1160-е. Правда, когда Автор сообщает об очень солидном возрасте глумилы, повествующем о далёких днях своей молодости (а это середина 12-го века), он (Автор) ещё не знает, что будет говорить по этой теме в дальнейшем. Это следует из того, что глумила дожил примерно до взятия ордой Киева, но в первой части романа о нашествии Батыя нет ни слова. Эта привязка к истории не нужна в романе абсолютно. До упоминания Василия II читатель имеет все основания для предположения, что дело происходит примерно за 2-3 столетия до крещения Руси, и это вполне правдоподобно — там везде сплошные идолы да волхвы, в жертву богам (их много!) приносят животных и отгоняют их кровью злых духов. Кроме того, остаётся не ясным, является ли Автор приверженцем Новой хронологии Фоменко-Носовского, совмещая былинные времена Змея Горыныча и Соловья-Разбойника с хорошо известными из документов, хроник и летописей событиями, или наоборот — остроумно эту хронологию разоблачает.

Оценка: 8
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Финист Ясный Сокол» Рубанова — яркая, грубая и красивая книга.

Могла бы быть, если бы редактор выполнил свои обязанности. Например, исправил явные ошибки, подрезал лишние куски, вырвал выбивающиеся из стилизации вбросы из учебников вроде «по мере того, как расширялась каста воинов, увеличивалась и нужда в боевых доспехах» и повторы в мыслях героев. Книга умоляет пройтись по ней железным ножом Марьи, ее обстругать. Тогда она разбивала бы сердце с полоборота. Такая же, как есть, это рубленая, впечатляющая, но исторически безграмотная мужская сказка о выдуманном язычестве с местами, от которых захватывает дух, с финалом, который нужно переписать, и мечтами о могучих двенадцатилетних воинах, которых ждет недолгая судьба. Темная и страстная история о любви следующих порывам людей, но какая же смешная местами.

История Марьи, которая полюбила птицечеловека Финиста Ясного Сокола и стоптала ради того, чтобы его найти, железные башмаки, рассказывается тремя разными мужчинами, которых ее прямота, целеустремленность и несгибаемая воля заставляют влюбиться и помочь. В сказках ведь героям постоянно помогают, и здесь Рубанов подвиг Марьи показывает глазами людей, о которых сказки не рассказывают. В их глазах Марья — юная девка, которую каждый из них непременно хочет, но не трогает, потому что она защищена силой своей одержимости найти птицечеловека. Пока остальные мечтают о семье и добротной жизни в племенах и кланах, Марья стремится на небо, потому что оттуда виден не клочок земли с детьми и наделами, а весь мир.

Но Марье слово Рубанов дает нечасто. Он описывает сказку так, как если бы все происходило в реальности, т.е. это low fantasy, где Иванов смешан с кабацким нуаром и песнями про могучих предков, которые ходили на медведя и валили его одной рукой. Новые язычники и фанаты славяно-ариев вам об этом расскажут, они уже расплавились, почуяв знакомые ноты, — https://iz.ru/850229/arina-stulova/khochu-pokazat-rozhdenie-mifa. Красиво ли это? Да, конечно. Порой пробирает до костей, а порой — хоть плачь. Меня особенно напрягают люди, которые видят в истории «глубокое погружение в самосознание наших предков», ведь Рубанов просто фантазировал о времени, о котором мы и не знаем ничего, на основе сказки. В фольклор он тоже копнул неглубоко, и фантасту такого бы не простили, но книга не о том. Рубанов ничего не стесняется и не боится. Он автор очень смелый, полный энергии и мощного обаяния, а это со многим заставляет смиряться. Его не интересуют детали, его интересуют идеи — о том, что любой порядок может быть разрушен волей, любое колесо сансары может быть сбито со своих спиц несовершенным человеком. Потому критиковать можно часами, но все равно — хорошая вещь.

Оценка: 7
–  [  6  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Человеку, умеющему писать интересные произведения, идея заменяет половину работы. Не то, чтобы замысел изложить каноническую русскую сказку современным фэнтэзийным слогом — это прям диво дивное, непознанное, но, все-таки, на фоне очередных наших ответов Толкиену читается свежо. А ведь Рубанов ничего особо и не конвертировал. Кстати, совет не читать аннотацию — это халтура из серии «влепим на обложку любого фэнтэзи полуголую модель и плотоядно ухмыляющего дракона». Половина текста там не совпадает с «Финистом». Это просто старая сказка на новый лад.

Конечно, кое-где есть пресловутый «рояль в кустах». Например, нелогичная помощь главной героине. Рубанов это хорошо понимал и старательно обосновывал, но так как сказка у него обретала реальность, то навряд ли герои — от бабы Язвы до скоморохов перехожих направо и налево за неё подписывались на смертушку. И, придираясь к новоиспеченному лауреату «Национального бестселлера», можно понудеть, что тема Вертограда и птиц-оборотней, которые не оборотни, не раскрыта процентов на 80.

Впрочем, главная цель автором была достигнута. Читатель с удовольствием смаковал перевод со сказочного в фантазийное. Пращурной истории, разумеется, для теперешних форматов было недостаточно — отсюда оригинальное вплетение Соловья-разбойника. Несколько западное влияние на образ Горыныча, но зато насквозь славянская ведьма в избушке. Будь у меня литературные способности, я бы, правда, поиграл бы со старухой Язвой в Лавкрафта, балансируя между мирами жити и нежити, но Рубанов пошел по фольклорно-милляровскому направлению. Жаль, что нечисти оказалась маловато — русский дракон да русалки-мавки, тут еще целина непаханная.

Ибо вряд ли кто сомневается, что успешная проба пера в этом жанре будет последней для Андрея Рубанова.

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Несмотря на то, что я не люблю фэнтэзи и, если читаю фантастику, то в основном про космос, я с удовольствием прочитал это произведение. Порекомендовал хороший человек, поэт, биограф некоторых поэтов 20-го века.

Как уже было сказано выше, книга является переработкой нашего фольклора. Написана она, однако, простым современным языком и кажется, что герои жили не много столетий, а всего лишь несколько десятков лет назад. Я боялся, прочтя несколько страниц, что это испортит впечатление и будет этакой новомодной адаптацией, которыми грешат всевозможные новаторы, но, на самом деле, такого не случилось, наоборот — автор отлично избежал игры в старославянскую клюкву, во всякие «паки-паки» и прочее.

Книга состоит из трёх частей. Чуть меньше, чем первая и третья, мне понравилась вторая — личность рассказчика показалась какой-то прямолинейной. Последняя часть даёт возможность проводить параллели с необходимостью или бесполезностью обособленного государства, а также подумать над тем, что же такое традиция как феномен и что с ней делать, если от традиции осталась одна лишь форма, а содержание давно переросло в свою противоположность, можно ли / нужно ли переписывать Завет и т. п. Важные вопрос для России нынешней, по-моему.

Подумалось, что хотелось бы увидеть сериал, особенно было бы любопытно, как художники-постановщики и вся визуальная команда придумала бы внешний вид птицечеловеком, каким бы сделала Вертоград и т. п. С другой стороны, для сериала не хватает в книги экшна, как мне кажется (видимо, это обусловлено формой повествования — изустной побывальщиной), но при желании его можно туда ввернуть.

Жаль, что книга 18+ — мне кажется, что-то такое должно быть для подростков в школьной программе, чтобы знали свою культуру, пусть даже и в фэнтэзийной версии (уверен, от таких книг может возникнуть интерес уже к реалистичной версии); чтобы читали не только Гарри Поттера (ничего не имею против, если им не ограничивается всё, а читается так же и книги типа, вот, «Финиста»).

Не могу сказать, что много размышлений меня зацепило (всё-таки в 37 лет для человека уже мало должно быть удивлений), но то, как один человек (девушка) может, действительно, перевернуть весь мир, в книге показано отлично. Хорошо это или плохо? — Видимо, это данность. Не знаю, бывает ли так в жизни :)

В общем, большое спасибо автору за книгу!

PS Перечитал тут вопрос про то, как Марье удалось вернуть Финиста — это ж очевидно, что силой любви. Если бы автор это разжевал открытым текстом, было бы как-то совсем уж прямолинейно.

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Она толстая и тяжелая. Эдакий пересказ русских народных сказок для взрослых. Сказок, собственно три — про Финиста Ясного Сокола (переформулированная в историю о птицечеловеках и небесном городе), про Змея Горыныча (ну просто большая опасная ящерица, редкая, бить можно, но не сильно и вообще беречь надо) и про Соловья-разбойника (только начала, но там тоже птицечеловек, хотя и отверженный).

В каком-то смысле написанное — это своего рода баллада (и грусть) о Золотом веке, когда все жили общиной, дружно, спокойно, на краю земли. В лесах водились звери и лешие, в реках — рыбы и русалки, нежить еще не вся повывелась, и вообще мир подчинялся коловороту, вокруг оси которого уверенно вращался. А значит человек был уверен в завтрашнем дне, знал, когда сажать, когда собирать, когда жениться, когда умирать.

Книга написана в весьма неторопливой манере, которая, впрочем ей идет, но поначалу вчитываешься довольно медленно. И поскольку книга делает вид, что она что-то вроде историй, рассказанных старым мудрым глумилой (скоморохом), то каждая из них не лишена философского контекста, местами ненавязчивого, а местами очень даже. Однако мораль неплохо вплетена в ткань повествования (преимущественно в финалы каждой истории) и выглядит во-первых, вполне уместной (и даже нужной) в предложенных рамках, а во-вторых, она просто нормальная (что ныне не всегда бывает, да и не модно).

Не уверена, что ее стоит рекомендовать всем подряд (все-таки термин «увлекательная» не совсем про нее), но мне книга скорее понравилась. Дочитаю и, пожалуй, перечитаю каких-нибудь русских народных сказок. Тысячу лет этого не делала, а вот очень захотелось занырнуть в эту сокровищницу и посмотреть взрослым взглядом. Где-то у меня лежит три тома сказок, собранных Афанасьевым. А то, стыдно сказать, ведь, я и про Финиста сказку уже почти позабыла.

Оценка: 7
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Начинал я читать книгу, думая, что скорее всего — буду долго ее читать. Неожиданно первая часть затянула меня и я проглотил ее моментально. От второй части я был в совершенном восторге — настолько история, рассказанная Кожедубом была близка к реальности происходящего. Я уже думал, что поставлю книге твердую десятку и запишу ее в любимые. И тут я начал читать третью часть ((( Третья глава оказалась сильно упрощенной, по сравнению с предыдущими, все происходящее в ней смахивает на плохой фантастический детектив, поступки всех действующих лиц вызывают сомнение в их адекватности. У меня возникло ощущение, что автор старался как можно быстрее «добить» книгу до конца.

Тем не менее, за вторую главу — благодарен.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Давным-давно, когда по земле ходили мамонты... Ну, положим, мамонтов то ли отогнали на север, то ли повыбили. Но все равно действие происходит давным давно, в сказочно-былинной, славянско-варяжской Руси, в странном мире, где сосуществуют князь Олег, император Василий Болгаробойца и последние динозавры. И Соловей Разбойник, между прочим, тоже. Где, как бывает в сказках, древний дохристианский сюжет абсолютно нормально сочетается с христианскими именами героев. А некоторые люди, между прочим, с теми мамонтами в каком-то мистическом родстве. Младшая кузнецова дочь, к которой повадился летать птицечеловек, как раз из таких.

Для Марьи — романтическая сказка, а как это выглядит с точки зрения старших сестер (позор на всю семью!). А глазами захожего скомороха? Мастера бронника, случайно встреченного на пути? Птицечеловека, изгнанного из небесного города? По-разному, очень по-разному видят они Марью и ее любовь.

Кажется, я поторопилась, когда решила для себя, что на сказочном материале нельзя написать фэнтези. Часто писателей подводит ощущение, что сказка — она ведь потешка для детишек. Здесь этого нет, здесь мрачновато и атмосферно и совершенно не на уровне детской. Здесь мифологические, жестокие корни сказки.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Старая сказка на новый лад

Был в моей читательской биографии период взахлёбного чтения сказок, начиная от русских народных, продолжая конечно же сказками известных писателей-сказочников и заканчивая всякими сказками и эпосами народов мира. Да и сейчас на полке с детской литературой что-то около десятка томиков со сборниками разных сказок стоит и ждёт своего часа — когда у внуков проснётся интерес. Тем более, что читать сказки интересно вовсе не обязательно в детском возрасте — моя сказочная волна была в годы моего тридцатилетия, примерно.

Просто уверен, что большинство читателей помнят сказку про Финиста — ясна сокола. Если не по содержанию, то хотя бы по названию. Хорошая сказка. Интересная. Сказочная. И видимо такой же она показалась Андрею Рубанову, который взялся за знакомый с детства сюжет и попробовал переписать сказку на новый лад.

Хотя как на новый? В принципе почти на старый, по крайней мере по сюжету события сказки в первом приближении практически полностью соответствуют тому, что написано в книге. Однако всё-таки перед нами полноценный и полновесный роман. Что же нового сделал Андрей Рубанов для того, чтобы сказку сделать большой книгой?

Прежде всего сразу хочу успокоить ревнителей сказочных канонов и сказки вообще как таковой — Рубанов вовсе не стал осовременивать старую сказку. Даже наоборот, придал голосам рассказчиков эпические старинные нотки, насытил их речь напевностью и старым складом слова, наполнил бытовыми и сказочными деталями и подробностями. И не отказался от всей этой праславянской мифологической нежити, и от старых славянских верований. Да и как от них откажешься, если не переиначиваешь сказку, а продолжаешь её, погружаешься сам и втягиваешь за собой читателя в сказочные обстоятельства по самые читательские ноздри. Так что всякие лешие, оборотни, мавки и русалки, и даже летающие змеи Горыны вам здесь непременно встретятся.

Структурно книга разбита на три части. В полном соответствии с содержанием. Первая треть повествует нам о начальной части сказки, в которой Финист только появляется и вступает в связь с земной девушкой. И наполнена эта часть попытками Марьи и тех, кто ей пытается помочь, удержать или прогнать внезапного гостя (удержать стремится Марья, а все прочие — изгнать Финиста). Поскольку сказку все мы более-менее помним, то понятно, что Финист улетел и отправилась Марья по белу свету в поисках своего возлюбленного жениха.

И тут мы переходим от одного рассказчика к другому и соответственно перемещаемся в другие русские места. Помните, там в сказке девушка должна была истоптать железные сапоги, изгрызть железный хлеб и стереть железный посох? Вот с этого момента мы и встретимся с нашей слегка повзрослевшей и почти отчаявшейся героиней И тут уже сюжет старой новой сказки пойдёт слегка иначе, как было написано в исходнике. И потому о сюжете дальше — ни гу-гу. Но по-прежнему интересно, красиво, романтично и драматично.

А когда Марья попадает в небесный город, где живёт Финист — ясный сокол (и тут у нас уже третий весьма необычный рассказчик), то тут и вообще всё содержание является авторским подарком. Потому что сохранить сказочный дух в этом романе и не испортить ни сказку ни книгу — задача, на мой взгляд, непростая.

Однако Андрею Рубанову эта непростая задача оказалась вполне по плечу. И старая сказка заиграла новыми красками и зазвучала новыми голосами. Замечательный подарок автора современному читателю!

Оценка: 9


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх