Виктор Варшавский

Виктор Ильич Варшавский (23 февраля 1933, Ленинград, СССР — 3 января 2005, Тель-Авив, Израиль) — советский инженер, учёный-кибернетик. Доктор технических наук (1970), профессор. Сыграл заметную роль в становлении кибернетики и искусственного интеллекта в СССР.

Родился в Ленинграде в 1933 году в семье Ильи Иосифовича и Луэллы Александровны Варшавских. Его отец позднее, в начале 60-х гг., начнёт писать фантастические рассказы и станет одним из ведущих советских писателей-фантастов. Мать воспитывалась Лилей Брик (фактически, была приёмной дочерью), хорошо знала Владимира Маяковского. Многие родственники Варшавских так или иначе связаны с литературой. Младшая сестра Лили Брик — писательница Эльза Триоле, жена писателя Луи Арагона. Бабушка со стороны отца Клара Варшавская — переводчица, член секции переводчиков СП СССР. Не чуждался литературных опытов и дядя, старший брат отца Дмитрий Варшавский. Троюродная сестра по отцовской линии — Маргарита Ковалёва, дочь Риты Райт-Ковалёвой.

С начала Великой Отечественной войны и до 1949 года Виктор Варшавский вместе с родителями находился в эвакуации в Барнауле. В 9-й класс перевёлся в школу № 203 им. Грибоедова в Ленинграде. В 1956 году окончил Ленинградский институт точной механики и оптики (ЛИТМО), по специальности «Приборы управления стрельбой». Был чемпионом ВУЗов Ленинграда по классической борьбе. Работал в КБ-4. Учился в заочной аспирантуре НИИ. Являлся сотрудником предприятий п/я 128 и п/я 536. С 1960 по 1980 работал в ЛО ЦЭМИ Академии наук СССР, в качестве научного сотрудника, затем заведующего отделом. В 1962 защитил кандидатскую диссертацию по специальности «Техническая кибернетика». С 1970 года — доктор технических наук. В 1978 году три месяца работал в Великобритании, в лаборатории искусственного интеллекта Эдинбургского университета. В 1980 году становится профессором кафедры вычислительной техники в ЛЭТИ. С 1993 по 2000 год — в Университете Айдзу, Айдзу-Вакамацу, Япония (профессор, заведующий лабораторией проектирования компьютерной логики). В 2002-2003 годах — в компании «Технологии нейронных сетей», Бней-Брак, Израиль (заведующий отделом логического управления). В 2003-2005 гг. — в компании «Advanced Logic Design» при университете Канадзавы в Японии (научный руководитель).

По свидетельству отца автора, Виктор Варшавский весьма любил фантастику, и то, что Илья Варшавский в возрасте более 50 лет обратился к фантастике — немалая заслуга сына. Вот что говорил Илья Иосифович в интервью С. Муратову и Г. Фере:

— Дело в том, что я терпеть не могу фантастику, по поводу чего неоднократно спорил со своим сыном, инженером-кибернетиком, которого можно причислить к ярым приверженцам этого жанра. Однажды, когда я ему сказал, что фантастика — чушь, он мне заявил: «Да? А ты попробуй сам напиши такую чушь!» Мы заключили пари на бутылку коньяку, и... спустя два часа бутылку я выиграл. Домашние признали мою стряпню «рассказом».

— Когда это было?

— В шестьдесят втором году. Отвращение к фантастике не прошло. Но возможность приобретения коньяка за счет средств сына меня заинтересовала, и я стал писать пародии. А пародии на фантастику привели меня в одно прекрасное утро к самой фантастике. Я проснулся и написал рассказ, в котором ничто не пародировалось. Это было несколько фантастично, но...

Словом, я как-то постепенно увяз. Вышла уже четвёртая книжка. После каждой я давал себе слово больше не писать. Но писал.

А ещё в своих рассказах Илья Варшавский вывел компанию друзей сына — молодых учёных и аспирантов. Участники компании называли её «гопа» и в неё входили небезызвестные в будущем учёные: сам Виктор Варшавский, Леонид Розенблюм («Лёка», «Лёкочка»), Владимир Яковлев («Лучник», «Лука») и другие. Именно эту «гопу» мы видим в рассказе «Аннигилисты». А прототипом главного героя рассказа «Биотрангуляция Лёкочки Расплюева» стал Леонид Розенблюм, молодой математик, кандидат физико-математических наук, работающий «в учреждении, скромно именуемом почтовым ящиком».

Кроме академических научных трудов в творческом багаже Виктора Ильича есть и научно-популярная книга «Оркестр играет без дирижёра» (в соавторстве с Дмитрием Поспеловым), где о кибернетике рассказывается простым и понятным языком. Книга ориентирована на широкие читательские круги, но вполне интересна и специалистам.

Писал Виктор Варшавский и беллетристику. Правда, при жизни автора она опубликована не была, сетевые публикации состоялись лишь после смерти автора. Вот что писал В. И. Варшавский в неоконченных воспоминаниях «Поток сознания»:

Так или иначе, мне тоже захотелось написать воспоминания. При этом возникают естественные вопросы — Почему?, Зачем? и Как?

Почему?

Во-первых, наверное потому, что почти в каждом из нас живёт червячок графоманства. У меня вся семья немного пишущая (об этом, я думаю, ещё будет повод поговорить), и лёгкий флёр графоманства у меня в крови. Я даже дважды пытался писать для внешнего употребления.

Первый раз я написал путевые заметки «Англия вдоль и поперёк». Я работал три месяца в Англии в 1978 году в лаборатории искуственного интеллекта Эдинбургского университета. Это тема специального рассказа, но я дважды пересёк Англию на машине, а свои впечатления о жизни, работе и поездках изложил на бумаге. Мой опус понравился редакции журнала «Звезда», и они готовы были его опубликовать, но в обкоме партии сказали, что не время хорошо писать об Англии. На этом мой первый опыт завершился. Правда, очерк, как мне казалось, с удовольствием читали многие мои знакомые. Где сейчас эта рукопись, я не представляю.

Второй раз лет через пять я взялся писать детективы и написал аж два:

• «Точка встречи» — история советского учёного, случайно попавшего в разборки между американскими и английскими спецслужбами. В качестве антуража детектив существенно использовал материал очерка.

• «Монастырская история» — компьютерный криминал с густой примесью древнерусского исторического гарнира, так как в то время я увлекался чтением Ключевского, Соловьёва и Карамзина.

Детективы прошли рецензирование в той же «Звезде». Рецензий было две, с диаметрально противоположными заключениями: «немедленно печатать» и «отклонить». На этом, собственно, всё и кончилось. Но всё это было ещё «при советской власти». А потом жизнь стала таким детективом, который трудно было придумать, хотя оба мои детектива, как говорят и если не врут, были прочтены моими знакомыми запойно. Говорят, что они лучше, по крайней мере, половины того, что сейчас печатается. Трудно считать это комплиментом. Говорю это не из чувства уязвлённого авторского самолюбия — «вот их печатают, а меня не напечатали». Или, как писал мой отец:

Всегда другая сторона

У каждой есть медали.

Особенно она видна

Тому,

Кому медаль не дали.