 |
|
===========================================
Портреты писателей журнала "Новые миры": Джон Браннер (Лондон)
Одна из приятных сторон работы редактором научно-фантастического журнала — помимо наблюдения за его неизменным успехом — это видеть, как многие из его авторов, начиная с самых низов, добиваются успеха, который можно назвать настоящим достижением. Приглашенный редактор Джон Браннер — один из наших молодых писателей, которым мы по праву гордимся, ведь он перешел от коротких рассказов к повестям, и от повестей к романам с такой легкостью, что многие более опытные авторы оказываются в неловком положении.
Более того, идеи, лежащие в основе многих его сюжетов, особенно фантастических историй, столь же увлекательны, как и размышления о космических путешествиях (истории о которых он также пишет исключительно хорошо). Источники многих из этих сюжетов он объясняет очень просто в своих комментариях, и начинающие писатели вполне могли бы обратить внимание на приведенные им примеры.
Хотя читатели могут не согласиться (включая самого Джона), мы считаем, что его величайшим литературным достижением на сегодняшний день является восхитительная короткая повесть «Земля — всего лишь звезда» (рус. пер. нет), опубликованная в журнале Science Fantasy № 29. Нам бы не помешало больше рассказов такого уровня.
(автор заметки — Тед Карнелл)
 |
|
=============================================
Четвертая статья из нашей серии спорных гостевых редакционных материалов: Джон Браннер отмечает, что, несмотря на пилотируемые космические полеты, существует более чем достаточно сюжетных идей, чтобы нас хватило на следующее столетие или около того.
Джон Браннер: Наши текущие потребности
Гагарин стал известным, Титов стал известным, Шепард и Гриссом тоже стали известными, хотя и в меньшей степени, а я в это время читал «Секс в истории» Рэттрея Тейлора, «История сексуальных обычаев» Левинсона, его «Пророки и предсказания», «Все наши завтрашние дни» Дугласа Рида (что, увы, не научная фантастика, но, к сожалению, правдиво), его «Ярмарка безумия», «О термоядерной войне» Германа Кана, «Слушай, янки!» К. Райта Милля и ежедневные газеты.
Главной причиной унылого настроения, в котором написана эта статья, являются ежедневные газеты, но свою роль сыграло и получение нескольких отказов. Конкретные отказы, о которых я говорю, гласят примерно следующее: «Спасибо за приложенный материал, но, к сожалению, он не соответствует нашим текущим требованиям». (Вы знаете, о каких я говорю. Большинство людей, читающих научную фантастику, хотя бы раз пробовали писать, и большинство из них получали подобные отказы).
В чём, собственно, наши нынешние потребности? Как я уже говорил, Гагарин и остальные уже встали. Муттники и спутники, футники и лунники, и всякая всячина...
Эти безделушки превращают ближнее пространство в магазинчик всякой всячины. На днях они продемонстрировали дешевое автоматизированное устройство, которое можно адаптировать для самостоятельного выполнения различных задач. Одна фирма разработала систему электрического грузовика с прицепом для внутризаводской транспортировки товаров, которая не требует водителя, а следует по проложенному в полу проводу и сама открывает и закрывает двери. И так далее.
Несколько лет назад, когда вышеупомянутые изобретения были на горизонте, а люди всё ещё игнорировали тот факт, что русские действительно заявили о своём выходе в космос, потому что американцы говорили об этом громче (это явление известно психологам как «избирательное невнимание»), среди любителей научной фантастики (фэнов, писателей и редакторов) прокатилась волна выпрямленных спин и гордых улыбок. Научная фантастика взрослеет, — так звучала приемлемая фраза, — или становится зрелой, или респектабельной, или что-то в этом роде. Помните?
Так что, с моей точки зрения, всё обстоит иначе. Тем невеждам, которые спрашивают, чем я теперь буду зарабатывать на жизнь, когда всё это сбывается, я коротко отвечаю, что у меня в работе больше сюжетов, чем я знаю, что с ними делать: семь романов ждут завершения, тридцать рассказов в черновиках и столько же идей, лежащих в основе. Вечером после полёта Гагарина мы с женой пригласили друга из советского посольства выпить тост за этих проклятых русских, которые пытались лишить нас, бедных писателей-фантастов, работы, — но это было сказано не всерьёз. Научная фантастика ещё полна жизни.
И вот тут мы подходим к серьезной проблеме. Так вот, мы упускаем пару сюжетных линий о первых космонавтах, примитивных роботах и так далее. Получается, что существуют целые науки (и я имею в виду науки, а не псевдонауки вроде парапсихологии), которые мы едва затронули, — обширные области человеческого опыта, ожидающие своего исследования в уникальной манере писателей-фантастов, — и слишком многие из них помечены как неприкасаемые, спорные или непопулярные. Я в это не верю.
Это гостевая статья. Я специально исключаю из того, что собираюсь сказать, моего главного редактора (да, Дж. К., я имею в виду вас), потому что вопрос в основном касается американских рынков, на которых я зарабатываю себе на жизнь. Я буду предельно откровенен, потому что отношусь к этому вопросу серьезно.
Начнём с клинической психологии. У нас уже бесчисленное количество историй о пережитках прошлого в обществе, которые отклоняются от нормы в сторону того, что мы сегодня считаем достойным восхищения, а это гипотетическая будущая культура называет безумием. Либо он побеждает и возвращает всё как было (что является глупой формой исполнения желаний), либо проигрывает, и это должно быть трагедией.
А как насчет истинной природы безумия в условиях будущего? А как насчет новых психологических расстройств? А как насчет новых — если хотите — извращений основных инстинктов?
Переходя к следующему пункту: пара книг, которые я недавно прочитал (упомянутых в начале этой статьи), полны захватывающих идей о том, как могут меняться взгляды на любовь и брак, и это лучшее, на что мог бы рассчитывать любой писатель, описывающий вероятные и возможные варианты будущего. В недавних работах, посвященных аффективным процессам у животных, также есть множество реальных сюжетов — под которыми я подразумеваю возможности для глубокого анализа характеров и должным образом мотивированных событий. Человек — животное. А как насчет содержательного исследования эмоционального отношения человека к инопланетянам?
Действительно, Бернард Вулф в «Лимбо» и «Автопортрете» создал великолепные пиротехнические шедевры на тему мазохизма и его связи с войной; Матесон написал "Любимая, когда ты рядом", превосходный хоррор; Фриц Лейбер в рассказа "Порядочная девушка и пять её мужей" затронул тему будущих брачных обычаев (то же самое сделал и Уайли, косвенно, в «Финнли Ренн», но это не научная фантастика), а также тему возможных новых неврозов в «Притяжении»; и таких примеров можно перечислить бесконечно.
Суть в том, что вы можете назвать их все. Каждая из этих историй была бы выдающейся в любой компании, но в научной фантастике они тем более ценны, что являются редкостью. Только Филип Хосе Фармер в книгах "Грех межзвездный" и "Странные родичи" всерьез выработал эту невероятно богатую жилу руды на сколько-нибудь значительную глубину.
 |
|
New York:  |
|
 |
|
Я же говорил, что буду откровенен. Ситуация такова, что если бы я просто хотел заработать денег, я мог бы написать порнографическую статью о путешествиях (поищите на любом книжном прилавке) для журнала "Мужские приключения" или для какой-нибудь заурядной издательской фирмы, в которую я мог бы вложить, ну, подробное, пошаговое описание пары лесбиянок. В двух книгах, которые я недавно просматривал, я нашел именно это. Если бы я захотел написать серьезное исследование будущего или инопланетного общества, в котором эта проблема была бы центральной, крайне маловероятно, что я нашел бы рынок сбыта.
Вы поняли идею.
Оглянитесь вокруг; я упомянул секс в первую очередь, потому что это самый наглядный пример. Но возьмем также политику. Сатира с политическим подтекстом — да. Роман с политическим контекстом, враждебным политическим взглядам человека из другой части мира — да. Политический роман об антиматерии, написанный человеком, который впервые услышал о ней на коктейльной вечеринке и не потрудился узнать, что известно любому поклоннику научной фантастики (например, благодаря рассказам Джека Уильямсона о Сити) об этом явлении — да.
Но серьезное, в художественной форме, осмысление тенденций, уже наблюдаемых здесь и вызывающих тревогу у людей, смотрящих в будущее, – нет. Не если оно открыто или косвенно критикует то, что освящено временем, хотя и истерзано им.
И одно из определений человека — это «политическое животное».
Еще религия. Здесь ситуация не так уж плоха. Но истории, которые приходят на ум, делятся на ограниченные группы. «Дело совести» Блиша и «Песнь для Лейбовица» Миллера, а также другие подобные произведения, выступают за религию, и, конечно же, это прекрасные романы. «Мессия» (рус. пер. нет) Гора Видала и множество менее значительных произведений выступают против: либо против фундаментализма, либо против какой-либо нехристианской религии.
 |
|
 |
|
 |
|
Однако история отношения человека к своим божествам столь же богата, как и история отношения человека к сексуальности, и может стать основой для научно-фантастических сюжетов. И снова, кажется, только Фармер исследовал эту тему в таких рассказах, как «Отец».
Прежде чем кто-нибудь укажет на это — да, я знаю, что говорю догматично. У меня нет бесконечного пространства в распоряжении!
Думаю, я достаточно сказал, чтобы показать, что науки, которые пока едва затрагиваются научной фантастикой, — это (используя вольный, но удобный термин) гуманитарные науки. Надеюсь, я не просто ворчу. Если говорить о личном контексте, в котором написана вся эта статья, меня раздражает, когда писатели из других областей рассматривают вопросы, которые научная фантастика могла бы раскрыть в новом и интересном свете, не имея возможности работать над ними самостоятельно, будучи уверенным, что им за это заплатят.
И, безусловно, часть этого недостатка ощущают и читатели. Посмотрите на это так: научная фантастика должна быть, и в этом смысле, физические и прикладные науки часто опережали время на шаг. Сейчас мир находится в плачевном состоянии, потому что мы знаем больше о том, как работают атомы, чем о том, как живут люди. Нам придётся с трудом восполнить этот пробел, иначе мы долго не просуществуем. Однако в научной фантастике мы упускаем целую область такого прогресса. Она помечена как область, в которой есть потенциал для отторжения.
Но это необязательно. Тот факт, что такие писатели, как Филип Хосе Фармер и Ричард Матесон, пользуются таким высоким авторитетом в области научной фантастики, является тому подтверждением. Если вы жаждете более сложных историй в своих журналах, пожалуйста, сообщите об этом, чтобы закон спроса и предложения позаботился обо всём остальном.
Поверьте, нам не терпится их написать. Возможно, они даже вернут давно утраченное «чувство удивления».
==============================================
цитировать
свернуть ветку