Свершилось: сегодня в базу данных сайта внесено издание с порядковым номером 500 000.
Всего за двадцать лет трудами десятков админов описано и учтено полмиллиона книг, журналов, газет, диафильмов.
Вряд ли такой объём печатной продукции есть в чьём-то личном собрании, но совместными усилиями десятков админов и тысяч читателей, список приобретает приличный размер. Надеемся наш консолидированный многожанровый каталог помогает читателям ориентироваться в бумажном океане литературы и составлять личные библиотеки для чтения, самообразования и просто для радости. Огромное спасибо всем кто присылает заявки о фантастике во всех её проявлениях, помогает дополнять карточки изданий, делает фотографии выходных данных, уточняет сведения об авторах, художниках, переводчиках. Спасибо всем админам-библиографам, как работающим сейчас, новому поколению, так и конечно же всем ранее трудившимся, которые скрупулёзно обрабатывают массивы информации и складывают кирпичик за кирпичиком здание библиографии.
Изданием под номером 500 000 оказался журнал фантастики из Англии "Новые миры", выпуск за декабрь 1959 года.
Номер весьма неплохой, там собран, как мы сейчас понимаем, звёздный состав фантастов. В журнале опубликованы произведения Филипа Дик, Роберта Сильверберга, Майкл Муркока, Баррингтона Бейли и Кеннета Балмера (последние трое — под псевдонимами). Тут надо напомнить лайфхак, как узнавать подробности о произведениях в карточках изданий, не переходя по синим ссыкам: наводим курсор на надпись, и появляется окошко с настящим именем пистеля, название рассказа на русском языке (если был перевод), и оценка коллектива читателей.
К сожалению, в "Новых мирах" примерно с 1957 года отказались от внутренних иллюстраций, поэтому особо порадовать глаз там нечем, кроме может быть заметки об авторе центрального материала номера, с фотографией писателя:
В справке об авторе написано:
цитата
Ещё одним необычным событием стала публикация в "Огоньке", самом тиражном журнале Советского Союза, его рассказа "Фостер, ты мертв", который первоначально появился в третьем номере сборника научно-фантастических рассказов "Звезда Баллантайна". Как он сам отмечает: "В Советском Союзе он достиг многомиллионной аудитории, тогда как в этой стране (США) он, возможно, попал не более чем в несколько десятков тысяч рук".
Упомянутый журнал "Огонёк", в котором состоялась первая публикация Ф.К.Дика в СССР, ещё не внесен полностью, вот его карточка:
Комментарий: Vol. 29, No 86. Иллюстрация на обложке Brian Lewis.
Джон Карнелл Извинения ... и планы
Британские читатели прекрасно знали о семинедельном споре между работодателями и профсоюзами по поводу печати, в течение которого издательская индустрия была практически парализована, но зарубежные читатели вряд ли успели ощутить последствия или, возможно, даже не осознавали, что их обычные британские журналы не печатались. За исключением небольшого числа периодических изданий (в основном научно-популярных), печатаемых преимущественно не входящими в профсоюзы предприятиями, единственным разделом, который серьезно не пострадал, были лондонские ежедневные газеты. Все остальное было снято с продажи.
В связи с этим мы приносим свои извинения всем вам, как в стране, так и за рубежом, за задержку с выходом этого номера журнала "Новые миры", хотя и не по нашей вине. Он должен был выйти в июле, но не был напечатан к моменту начала забастовки 20 июня. Поэтому мы датируем этот номер августом/сентябрем; следующий номер, № 87, будет датирован октябрем. Это означает, что впервые почти за шесть лет журнал «Новые миры» пропустил дату публикации и фактически выйдет всего 11 раз в течение 1959 года. Подписка не затронута, так как срок действия подписки истекает в номерном номере, а не в дату.
Выпуск журналов Science Fantasy и Science Fiction Adventures был задержан из-за неудачного стечения обстоятельств. Для Science Fantasy № 36 (который в итоге вышел на прошлой неделе) обложки были готовы только к печати, когда произошел "Великий карантин", и его пришлось ждать, пока не восстановятся нормальные условия работы. Чтобы ускорить производство, мы решили сократить количество страниц на 16, но даже эта мера не помогла преодолеть запрет. Кстати, оба двухмесячных издания к концу года наверстают упущенное и будут выходить примерно каждые шесть недель вместо каждых восьми. Таким образом, все три журнала будут выходить одновременно.
Журналы возобновят работу в обычном режиме с января 1960 года. Только в этом номере New Worlds также сократили на 16 страниц, чтобы мы могли выходить в обычный день, но вернёмся к обычному размеру в следующем месяце. Ещё раз приносим свои извинения.
Этот вынужденный "период затишья" дал мне хорошую возможность наверстать упущенное в чтении рукописей и планировании работы. Просмотрел остальные номера всех журналов за оставшуюся часть года и даже попытался собрать воедино некоторые из номеров начала 1960-х годов. Если я и испытываю некоторое воодушевление на этом раннем этапе, то для этого есть все основания — статьи выглядят лучше, чем когда-либо, хотя вам придется подождать подходящие промежутки времени, прежде чем вы окажетесь в том же завистливом положении, в котором нахожусь я сейчас.
В следующем номере журнала New World's рекомендуются рассказы Джеймса Уайта "The High Road" (рус. пер нет) и Колина Кэппа "Железные дороги на Каннисе", последний — действительно захватывающая история, для которой Брайан Льюис создал прекрасную обложку. В этом номере завершается сериал Кеннета Балмера "Терпеливая тьма" (рус. пер. нет), история, которая уже получает более чем положительные отзывы и которая, очевидно, впишется в нашу долгую историю успешных публикаций романов с продолжением из номера в номер.
Ноябрьский (датированный) выпуск содержит полную историю, в том числе повесть Джеймса Уайта "Grapeliner" (рус. пер. нет), которая действительно рассказывает о космических путешествиях, не похожих ни на что другое. Следом за Уайтом в борьбе за первое место развернется весьма необычная история Джима Балларда "Место Ожидания", одна из лучших в его творчестве.
Декабрь начинается с первой части одного из лучших современных романов, которые я читал за последние годы, — "Распалась связь времен" Филипа К. Дика, который только что вышел в США в издательстве Lippincott. Не только сюжет поразительно необычен, но и уровень написания великолепен. По своей тематике он столь же революционен, как Wild Talent Уилсона Такера и "Take-Off" в свое время. (а это произведение угадать не удалось — С.С.)
В списке ожидания — новый роман Брайана Олдисса, только что завершенный, «X For Exploitation» (рус. пер: "Переводчик", о котором подробнее позже; еще один рассказ из сериала "Космический госпиталь" Джеймса Уайта, «Сирота О'Мары» (рус: "Эскулап") ; а также множество коротких рассказов от старых любимцев и новичков.
В целом, вынужденная задержка оказалась более чем неприятной, но, как и в случае со многими хорошими вещами, ожидание в конечном итоге оправдает себя.
Комментарий: Vol 26, No 77. Иллюстрация на обложке Brian Lewis.
Ноябрь 1958
Джон Карнелл Это новая тенденция?
Хотя зима уже практически на пороге, эта осень — одна из самых спокойных в жанре научной фантастики за многие годы. В летние месяцы издательства, выпускающие книги как в твердом, так и в мягком переплете, обычно планируют свои зимние прайсы, и информация о предстоящих планах и названиях поступает постепенно от авторов, агентов и издателей, что позволяет составить полную картину того, что, вероятно, принесёт предстоящий зимний сезон в плане расширения или сокращения, в зависимости от преобладающего интереса.
О перспективах британской литературы можно многое предположить, исходя из событий на американском рынке, хотя не всегда верно предполагать, что наша страна автоматически следует за пиками и спадами на другом берегу Атлантики. Фактически, 1958 год стал пиковым для британских авторов, продававших свои книги в США: после первой публикации в Штатах было издано больше романов, чем в любой другой год с начала бума научной фантастики в 1948 году, и всё указывает на продолжение продаж с востока на запад.
Однако, несмотря на отсутствие новостей, по обе стороны Атлантики особенно заметна одна важная особенность — внезапное расширение ассортимента научно-фантастических изданий в покетах. В своей апрельской редакционной статье я цитировал расследование, проведенное в Нью-Йорке журналом Publishers' Weekly, в котором было показано, что продажи покетов НФ резко выросли после запуска космических спутников, но в то время американские издатели не ожидали увеличения количества уже запланированных к выпуску наименований.
Однако издатели, работающие в сфере художественной литературы, должно быть, заинтересовались отчетом Publishers' Weekly, и оценили открывающиеся возможности, поскольку сейчас мы видим внушительный список американских компаний, предлагающих научно-фантастические произведения. По-прежнему лидируют постоянные издательства: Ballantine, New American Library, Bantam и Ace; за ними следуют Berkley, Pyramid, Avon, Crest, а совсем недавно и Dell Books после успеха их третьего регулярного сборника научной фантастики: The Year's Greatest, под редакцией Джудит Меррил.
Внезапный рост на британском рынке в данном случае не является отражением американской тенденции. Здесь мы наблюдаем запоздалый подъем всех видов бумажных книг. В издательском деле популярность дешевого подхода к массовому рынку, безусловно, стала естественным следствием высокой стоимости переплетенных книг. Никто точно не знает, когда рынок покетов достигнет точки насыщения, хотя есть множество признаков того, что он стабилизируется.
Ввиду этого огромного нового потенциала можно ожидать увеличения количества научно-фантастических произведений, предлагаемых в Великобритании. Процент таких изданий, естественно, по-прежнему крайне низок, но за этот год их количество значительно превышает показатели книг в твердом переплете, которые издавались в период пика первоначального подъема четыре года назад.
Сообщения из Лондона и Нью-Йорка указывают на то, что продажи научно-фантастических романов в мягкой обложке сейчас выше, чем раньше, несмотря на усиление конкуренции. Важным показателем потенциала продаж в Великобритании является тот факт, что издатели сейчас предлагают гонорар в четыре раза больше за права на издание в мягкой обложке, чем пять лет назад. Большинство наших ведущих писателей обнаруживают, что один роман теперь продается в твердом и мягком переплете в Великобритании и Америке и приносит чистую прибыль, которая ранее не ожидалась в этом специализированном жанре.
Более высокая прибыльность означает что всё больше писателей обращаются к роману, но в настоящее время в сегменте покетов существует фактор, который не сулит больших надежд дебютантам. Практически все книги в карманном формате берутся из списков уже изданных книг в твердом переплете, где в настоящее время имеется значительный запас качественных материалов от известных авторов. Немногие оригинальные издания всегда принадлежат признанным авторам — ни один издатель покетбуков не станет рисковать своими деньгами, покупая книгу неизвестного автора, если его имя хотя бы не известно в научно-фантастических журналах.
Несомненно, компромисс материализуется в виде ограниченных тиражей в твердом переплёте (для продажи библиотекам и ценителям), за которыми последуют крупные тиражи изданий в мягкой обложке. Фактически, многие книжные издательства уже работают над этим.
Таким образом, похоже, что научно-фантастический роман очень скоро раскроет свой потенциал.
==========================
В разделе обратной связи с читателями напечатано письмо от Брайна Олдисса — у него уже вышел в том же году роман "Без остановки". (Второй корреспондент ничем вроде бы не запомнился в истории жанра).
.
.
.
Уважаемый г-н Карнелл,
Я с сожалением и некоторым раздражением заметил, что большинство авторов научной фантастики явно неохотно указывают конкретную дату в будущем, связанную с событиями в их рассказе. Мы, читатели, вынуждены определять временной промежуток, наиболее подходящий для нашего индивидуального воображения, чтобы проследить развитие сюжета. Меня это довольно сильно раздражает, и я склонен обвинять автора в преуменьшении своей ответственности.
Если сюжет задуман таким образом, чтобы предвещать события, которые произойдут примерно через две-три тысячи лет, то почему бы не начать первый абзац с даты 4958, чтобы создать необходимую атмосферу? Спешу отметить, что автор серии о семье Трун именно так и поступил, создав весьма удачное начало для достойной истории.
Ричард Дж. Андерсон. Хейз, Мидлсекс
.
.
.
.
Дорогой Джон,
Я вижу, как какой-то парень в колонке писем критикует Брайана Льюиса*, и, на мой взгляд, он прав, говоря, что обложки не являются абстрактными в том смысле, в котором этот термин используется в художественных кругах. Они также не являются строго сюрреалистическими, хотя многие из них напоминают мне работы Танги. Вам следовало бы придумать для них новый термин; как насчет "космических гизмов"? Или, проще говоря, "гизмов" или "чисмиксов". Ошибка вашего корреспондента в том, что он считает их плохими обложками. Я не думаю, что это всегда хорошее искусство, но, черт возьми, это всегда хорошие обложки! Они придают всему стиль. Теперь уже не страшно взять одну из них с книжного прилавка — как, например, в случае с одним из современных американских переизданий. Я говорю: молодцы Брайан Льюис и Джон Карнелл!
Брайан Олдисс, Оксфорд
.
.
.
================
*) Брайан Льюис (Brian Moncrieff Lewis, 1929-1978) — британский художник, жил в Лондоне. Справку о художнике можно найти в журнале "Новые миры", июнь 1958:
цитата
Брайан, технический художник ведущей компании по производству радаров, лишь в последние годы заинтересовался научно-фантастическим искусством, поскольку большая часть его работы связана с инженерным черчением. Он справедливо считает, что эта профессия дала хорошую базу в механике и позволяет быть технически точным при изображении сцен с космическими кораблями. Недавно его даже консультировала компания Associated Rediffusion, и он был указан в титрах как технический консультант тридцатиминутной телепостановки, выданной за научную фантастику.
После окончания технического училища поступил на семилетнюю службу в Королевские ВВС, и именно в этот период впервые начал читать научную фантастику, хотя и не ожидал, что будет связан с этим жанром иначе, чем просто как читатель. Большой поклонник Эда Эмшвиллера, ведущего американского художника-фантаста, но не намерен подражать его стилю, хотя и признает, что сходства могут быть, поскольку оба стремятся создать в своих картинах атмосферу инопланетян.
"Новые по стилю картины, запрошенные редактором Карнеллом, — заявляет он, — дают художнику с богатым воображением огромную свободу, и я надеюсь сделать каждую картину максимально уникальной. Нет предела сочетаниям цветов и абстрактной символике, которые можно использовать, и я считаю, что мы устанавливаем новый стандарт иллюстраций для обложек, специально предназначенных для научной фантастики".
Если посмотреть на работы Б.Люиса и на работы Эда Эмшвиллера, представленные на их страницах, можно заметить сходство.
Комментарий: Volume 22, No 65. Иллюстрация на обложке Brian Lewis.
Ноябрьский номер 1957 года
Джон Карнелл Космическая эра, год первый
Эта редакционная статья, по сути, является продолжением текущей статьи Кеннета Джона о ходе реализации проекта I.G.Y. (Международного геофизического года*), но из-за сжатых сроков подготовки материалов практически невозможно включить самые свежие новости в статьи, которые планируются на несколько месяцев вперед.
Пока я пишу эти строки, в день, который один газетный репортер, искавший новый ракурс, назвал "Космическая эра, первый год, третий день", первый орбитальный спутник человечества только что пролетел над головой, совершая свой сороковой оборот вокруг Земли, и его радиосигналы теперь так же привычны, как сигнал гринвичского времени. В последние несколько дней появилось множество статей о космических полетах, и это действительно сильно отличается от тех времен, когда научная фантастика и межпланетные путешествия регулярно высмеивались в прессе.
В поисках интересных ракурсов газеты окрестили российскую искусственную луну "Московской мышью", что происходит от аббревиатуры Minimum Orbital Unmanned Satellite Earth (минимально орбитальный беспилотный спутник Земли), и до сих пор гадают, как долго этот прототип сможет оставаться на своей эллиптической орбите на высоте 560 миль над атмосферой, оценивая это от нескольких недель до двадцати лет. Думаю, российские ученые не будут беспокоиться о том, как долго он пробудет на орбите, учитывая, что это, должно быть, прототип, а не основной тип спутника, который будет нести все необходимое оборудование для научных исследований ближних уголков космоса. Главное, что их, должно быть, волновало, — это запуск 23-дюймовой сферы и вывод её на орбиту. Успешно справившись с этой задачей, они теперь могут приступить к созданию настоящих спутников — ведь их, очевидно, будет больше одного.
На высоте 560 миль нет причин, по которым спутники не могли бы оставаться на орбите неограниченное время, но если крошечный радиопередатчик прототипа, скорее всего, выйдет из строя через несколько недель, и направленные сигналы прекратятся, то будущие спутники будут оснащены приборами для получения энергии от Солнца и пополнения крошечных батарей, необходимых для работы миниатюрной массы оборудования внутри каждой сферы. Они должны быть способны передавать непрерывный поток информации на Землю в течение многих лет.
Неудивительно, что русские первыми преодолели гравитационное притяжение Земли — все указывало на то, что такое событие произойдет в этом году. В августе они успешно запустили трехступенчатую ракету (межконтинентальную баллистическую ракету), но этот факт затерялся в водовороте предположений о том, на какое расстояние такая ракета может доставить атомную боеголовку. Межконтинентальная баллистическую ракета была необходима для вывода спутника на орбиту над атмосферой Земли. Вскоре после успеха русских две попытки американских ученых успешно запустить межконтинентальную баллистическую ракету потерпели неудачу. Еще до этого американцы заявляли, что не будут готовы завершить свою спутниковую программу до 1958 года.
Тот факт, что русские добились успеха примерно за шесть месяцев или даже больше до запланированного запуска американских спутников, доказывает, насколько далеко они продвинулись в совершенствовании трехступенчатой ракеты.
Мировая политика склонна замалчивать тот факт, что это российское достижение является частью запланированной ими деятельности в рамках Международного геофизического года, как они и заявляли. Отсутствие предварительной информации об эксперименте наводит на мысль о зловещих мотивах, однако вполне возможно, что русские предпочли, чтобы дела говорили громче слов. В данный момент лишь немногие из мировых центров слежения готовы к обработке всей информации, которая будет получена от самих спутников после их вывода на орбиту — пройдет еще два месяца, прежде чем Великобритания сможет принять в этом участие. К тому времени у России, вероятно, будет несколько спутников, опоясывающих земной шар, и вся программа встанет на свои места.
Вопрос о том, были ли русские первыми, кто покорил космос, несколько неактуален (хотя это одно из "первых достижений", которым не может похвастаться ни одна страна на Земле). Факт остается фактом: первый шаг к Луне и за ее пределы сделан, и добавление четвертой ступени к существующей межконтинентальной баллистической ракете — это все, что требуется для преодоления 240 000 миль до нашего собственного спутника. Однако наименее важным является доставка ракеты на Луну — гораздо важнее обеспечить ее взлет и посадку или разместить на ее поверхности автономное электрическое оборудование. Тогда мы действительно чего-то добьемся.
*)
цитата
В первой половине 1950-х годов международное научное сообщество предложило организовать масштабный эксперимент, в котором по всему земному шару по единой программе и методике проводились бы геофизические наблюдения. Он получил название Международный геофизический год (МГГ) и проходил в течение 18 месяцев, с 1 июля 1957 г. по 31 декабря 1958 г. В этот период наблюдался максимум 11-летнего цикла солнечной активности, а в 1957 году – рекордно высокая солнечная активность. МГГ стал третьей комплексной программой научных исследований полярных районов, ему предшествовали два Международных полярных года (МПГ): в 1882-1883 и 1932-1933 гг.
Идею первого подобного проекта сформулировал австрийский полярный исследователь Карл Вейпрехт. Он считал, что комплексные научные исследования в Арктике и Антарктике возможно провести, лишь объединив усилия ученых ведущих мировых стран при финансовой поддержке их правительств. И по сей день большие научные проекты реализуются в условиях международного сотрудничества.
Ключевая роль в Международном геофизическом году была отдана Антарктиде, как малоисследованному региону, тогда как предыдущие проекты по исследованию полярных регионов были больше направлены на изучение Арктики. До 1950-х в Антарктике работали экспедиции США, Великобритании, Норвегии и Австралии. В антарктических водах метеорологические, океанологические и морские биологические наблюдения проводились с судов советской китобойной флотилии «Слава».
В Международном геофизическом году приняло участие 67 стран, 12 из которых проводили исследования в Антарктике: СССР, США, Великобритания, Франция, Бельгия, Австралия, Аргентина, Чили, Норвегия, Япония, Новая Зеландия и ЮАР.
Комментарий: Vol 2, No 6. Иллюстрация на обложке Bob Clothier.
Джон Карнелл, редакционная статья "Никакого сравнения", весна 1950
Поскольку журнал New Worlds распространяется среди постоянно растущей аудитории любителей научной фантастики, к нам поступает все больше писем с выражением мнений, предложениями, похвалами, критикой, осуждением (с оговорками и требованиями продолжения!). Я глубоко ценю эти письма, которые являются зеркалом нашей читательской аудитории, и верю, что многие напишут свои оценки и мнения о рассказах. Если я не буду отвечать на каждое письмо индивидуально, я могу лишь попросить вашего снисхождения и заявить, что основная работа должна быть направлена на то, чтобы сделать этот журнал еще лучше. Что, косвенно, и будет моим ответом каждому читателю.
Судя по потоку писем, как британских, так и зарубежных, доминирует один фактор: сравнение с современными американскими журналами. В основном, сравнение весьма благоприятное, но я вынужден написать несколько слов по этому поводу.
Вполне понятно, что журнал New Worlds сравнивают с американскими научно-фантастическими журналами — они на протяжении многих лет были практически единственным источником удовольствия от чтения для многих людей в этой стране. Но я категорически не согласен с тем, что New Worlds должен следовать по американским стопам. Наша цель также не состоит в том, чтобы подражать какому-либо одному американскому изданию.
Вот уже двадцать лет эксперты в области фантастики в нашей стране пытаются создать по-настоящему британское научно-фантастическое издание — похоже, New Worlds более чем оправдают эти ожидания и амбиции, и уже сейчас некоторые традиции американских изданий начинают радикально меняться, чтобы соответствовать нашим собственным читательским вкусам.
Британские авторы почти всегда пишут истории, отличающиеся (по стилю и манере изложения) от американских писателей, сюжеты которых построены на ином интеллектуальном подходе, что является прямым следствием различий в среде, обычаях и условиях, существующих в двух странах. Написать американскую историю для них — непростая задача, а вот писать в английском стиле им гораздо приятнее!
Поэтому я предвижу, что пропасть между Новым и Старым светом будет скорее увеличиваться, чем сокращаться. Это хороший знак. Тенденция будет заключаться в отходе от традиций, заложенных издательским миром другой страны, без потери каких-либо достоинств этих традиций, и, возможно, в создании дружеского соперничества, которое должно в значительной степени способствовать развитию научной фантастики в целом.
Я не могу предсказать, в каком направлении будет развиваться New Worlds в ближайшем будущем — на данном этапе все зависит от авторов, которые присылают свои рассказы, — однако я могу быть уверен, что это развитие практически не оставит места для сравнения с современниками.
Письмо А.Бестера по поводу различий мелу фантастикой США и Англии, в разделе писем, ноябрь 1954 года
.
.
Дорогой Джон:
У меня есть вопрос. Он касается одной особенности, которую я обнаруживаю не только в ваших рассказах, но и во многих других британских рассказах и романах. По-видимому, это английский стиль письма, и он меня немного смущает. Суть в следующем: автор в начале своего рассказа ставит проблему или вопрос, а также указывает на вероятное решение. Затем он медленно и тщательно работает над достижением того же самого решения в конце. Нет ни неожиданности, ни стимула, ничего неожиданного. Иногда автор готовится к финальному конфликту и его разрешению — определив составляющие, которые приведут к финальному конфликту (который читатель легко предвидит), он затем конструирует и осуществляет этот же самый конфликт.
Поскольку я вырос и получил образование в американской школе неожиданностей, я обнаружил, что этот метод порой приводит к скуке, а также к разочарованию. Хотя я последний человек на свете, кто стал бы отдавать дань уважения монстру больших неожиданных поворотов, иногда меня начинает раздражать эта скрупулезная разработка очевидных вещей; и я чувствую себя обманутым, когда автор не потрудился перехитрить меня.
Я понимаю, что это не неумение. Должно быть, это сделано намеренно или, возможно, в соответствии с традиционным стилем, но я никак не могу понять цель. Может, я что-то упустил?
Альфред Бестер,
Лондон, S.W.5.
.
.
(Я совершенно уверен, что многие из наших читателей попытаются опровергнуть ваши утверждения, Альфред, но я склонен согласиться с вашим недоумением. Это очевидно любому, кто внимательно читает как британский, так и американский стиль.
В литературе, где первый вариант более прозаичен, мы, кажется, работаем по формуле "один сюжет — одна история", тогда как большинство американских рассказов имеют формулу одного основного сюжета и множества второстепенных сюжетных линий, что обеспечивает более динамичное развитие событий и большую неожиданность в концовке. (Ред.)
Комментарий: Vol. 20, No. 59. Иллюстрация на обложке Elton.
Джон Карнелл Научная фантастика Европы, редакционная статья, май 1957
Предсказание будущего давно стало основополагающим принципом писателей-фантастов, но предсказание будущего самой научной фантастики в основном находилось в руках редакторов и рецензентов, ведь именно они формируют материал до и после публикации. Поэтому крайне интересно обнаружить, что одна из моих собственных теорий сбывается, с некоторыми неожиданными последствиями.
В редакционной статье весны 1950 года я писал: "Британские авторы почти всегда создают рассказы, написанные иначе (по стилю и манере изложения), чем американские писатели, с сюжетами, рассматриваемыми с другой точки зрения; это прямой результат различий в среде, обычаях и условиях, существующих в двух странах. Поэтому я предвижу, что пропасть между современниками из Нового Света и Америки будет скорее увеличиваться, чем сокращаться".
На момент написания этого заявления Великобритания была единственной страной за пределами США, где регулярно публиковалась научная фантастика, хотя интерес к ней наблюдался и в некоторых континентальных странах. Сегодня практически каждая европейская страна, от Португалии до Финляндии, проявляет интерес к этому жанру, выпуская либо романы в покетбуках, либо публикуя рассказы в общедоступной прессе, либо выпуская журналы на родном языке. И эта тенденция неуклонно распространяется на восток, где научная фантастика появилась и в России (у этого журнала есть подписчики в Москве и Украине).
Значительная часть европейского интереса первоначально исходила из американских источников, во-первых, благодаря потоку американских покетов, распространяемых там, и, во-вторых, благодаря переизданиям на родном языке некоторых американских научно-фантастических журналов. Франция, например, издает Fiction, перевод журнала Magazine Of Fantasy And Science Fiction Энтони Бучера; Италия выпускает Urania, свою версию Galaxy Горация Голда; а шведский Hapna выбирает рассказы из многочисленных журналов, но отдает предпочтение Astounding'у Джона Кэмпбелла. Вполне понятно, что эти переиздания были взяты из основного источника.
Однако в читательских предпочтениях этих европейских стран назревают большие перемены; помимо естественного развития собственных писателей, которые лучше знакомы с местными вкусами, наблюдается заметный отход от научной фантастики американского типа. Европейские читатели обнаруживают, что в современных произведениях чего-то принципиально не хватает.
Опубликованные в США, а затем и в своих странах, многие из них откровенно признают, что в современной американской литературе так много принимается как должное, что за ней практически невозможно уследить. Ключ к литературной головоломке отсутствует.
Почему так произошло? В прошлом году в США широко распространилось мнение, объясняющее вероятный упадок и крах рынка журналов, о том, что «научная фантастика утратила чувство удивления». И в этом кроется ответ на европейский отход от американских историй: чувство удивления, этап взросления (примерно 1930-1940 годы), никогда не были представлены европейским читателям. Не имея никакого представления о годах становления научной фантастики, они внезапно столкнулись со зрелой технологической доктриной в литературе, которая предполагает, что все её читатели выросли вместе с ней с самого её зарождения. Неудивительно, что они озадачены и заявляют, что чего-то не хватает.
Чтобы еще больше запутать ситуацию, американская научная фантастика переживает застой, окончательно погрязнув в собственной изобретательности, а все старые сюжеты перерабатываются с помощью новых литературных приемов в попытке найти недостающую формулу, которая исчезла, когда угасло чувство удивления.
Вот тут мой прогноз на 1950 год неожиданно изменился: континентальный тренд теперь благоприятствует британской научной фантастике, которая, как мы знаем, не всегда соответствовала более строгим требованиям американцев. Всё больше британских рассказов попадает в переводы, и наоборот, что, вероятно, является чистым совпадением, всё меньше британских писателей появляется в американских журналах. За исключением Артура Кларка, имена Уиндема, Кристофера, Макинтоша, Селлингса и других ведущих британских писателей редко встречаются на страницах американских изданий, в то время как наши новые авторы вообще не могут попасть в американские журналы — в случае с молодыми писателями они просто не создают рассказы, которые требуются американским редакторам; их материал слишком прост!
По американским меркам, наши британские материалы несколько устарели, однако "Кто говорит о завоевании?" Лана Райта и "Зеленая судьба" Кеннета Балмера, если привести лишь два примера романов, получили значительное признание в континентальной Европе. И многие наши короткие рассказы тоже. Почему? Потому что в них до сих пор сохранилось чувство чуда!
Я даже готов сделать еще один прогноз: в течение следующих семи лет британская научная фантастика будет доминировать на европейском рынке.
облако тэгов
New York: 
