ЛОВУШКА ТЕСЛЫ («Nowa Fantastyka» 269 (362) 11/2012). Часть 5
16. Статья польского журналиста Конрада Вонгровского (Konrad Wągrowski), напечатанная на стр. 12 – 16, носит название:
Научно-фантастическое кино 1982 года затрагивало важнейшие темы фантастики. Продолжалась технологическая революция, начатая «Звёздными войнами». Жанром интересовались визионеры, возносившие его на художественные высоты. Оправдали ли следующие 30 лет возлагавшиеся на него ожидания?
1982 год, несомненно, стал великим годом для фантастического кино. Именно тогда вышел на экраны «Инопланетянин» (“E.T.”) -- самый личностный фильм Стивена Спилберга.
Джон Карпентер, солидный ремесленник, представил миру лучшую работу — фильм «Нечто», свою интерпретацию старой научно-фантастической классики «Нечто из другого мира» или, возможно, креативную переработку не менее классического рассказа «Кто там?» Джона Кэмпбелла (John W. Campbell “Who goes There?”).
Именно тогда был снят лучший (аж до версии Абрамса) фильм «Звёздного пути»: «Гнев Хана».
1982 год также стал годом премьеры одного из величайших фильмов в истории жанра — «Бегущий по лезвию» (“Blade Runner”), которому, однако, потребовалось больше времени, чтобы получить заслуженное признание.
И ведь уже вскоре за ним последовали другие важные работы. Год спустя достойным завершением самого известного киноцикла стал фильм «Возвращение джедая».
Два года спустя Джеймс Кэмерон представил пессимистическое видение будущего в «Терминаторе».
Три года спустя тот же режиссёр создал блестящее продолжение «Чужого» Ридли Скотта, фильма, также принадлежащего к этой эпохе, ибо вышедшего на экраны в 1979 году.
«Индиана Джонс» бушевал параллельно с тенденциями научной фантастики,
а «Новое Приключение» достигло своей прекрасной кульминации, когда несколько лет спустя Марти Макфлай (Marty McFly) вернулся в прошлое, в 1955 год. Да, первая половина 80-х, вероятно, была величайшим периодом кинематографической фантастики — на данный момент.
Конечно, тогда мы в Польше смотрели эти фильмы с задержкой, но это была незначительная задержка — фильмы появлялись на наших экранах через год-два после премьеры (что тогда казалось не таким уж плохим). С небольшой задержкой, не имея возможности следить за всеми мировыми тенденциями и не понимая всего контекста, мы здесь, в Польше, также наслаждались расцветом научно-фантастического кино.
⁕ ⁕ ⁕
Так каким же был этот научно-фантастический кинематограф 1982 года? Ну что ж, классическим, в том виде, в каком мы его понимаем сегодня, поднимающим важнейшие темы фантастики — видения будущего, проблемы возможного существовании инопланетных цивилизаций, последствия контакта, опасения по поводу развития новых технологий. Все еще актуальной темой выступало исследование космоса, зарождался киберпанк («Бегущий по лезвию» часто считается первым произведением этого жанра). Полным ходом шла технологическая революция, начатая «Звёздными войнами». Но прежде всего казалось, что жанр привлекает внимание талантливых людей, визионеров, которые поднимут его на художественные высоты, до которых научная фантастика до тех пор редко добиралась.
Оправдались ли эти ожидания в последовавшие 30 лет? Похоже, не совсем. Конечно, все мы можем назвать множество выдающихся фильмов, но рынок был под влиянием другого явления, зародившегося именно в этот период. Ошеломляющий финансовый успех «Звездных войн» привел к росту интереса инвесторов к киноиндустрии. До этого никто не ожидал, что продажи билетов на один фильм могут принести СТОЛЬКО денег. Начали сниматься блокбастеры — яркие, поверхностные фильмы, основанные на броских идеях, максимально неоригинальные и наименее рискованные (предпочтительно сиквелы, приквелы и ремейки — не слишком уважавшиеся до «Ответного удара»). Для успеха необходима огромная аудитория, стекающаяся в кинотеатры, поэтому продукт следовало адаптировать, подгонять под вкусы – он должен быть наипростейшим, понятным и привлекательным для как можно большего числа людей. Эксперименты не приветствуются. Это, несомненно, самая большая болезнь фантастического кино за последние три десятилетия.
Отсутствие руководящей мысли
Если 1950-е годы можно описать как время страха перед ядерной катастрофой и напряженности холодной войны, 1960-е стали временем философского пробуждения жанра, а 1970-е — периодом оттепели и оптимизма, то доминирующие тенденции последних тридцати лет трудно точно определить. 1980-е годы были странными — с одной стороны, жизнерадостный, эскапистский оптимизм «Нового Приключения», с другой — возвращение холодной войны и страх перед ядерным конфликтом. Эта дихотомия, вероятно, останется неизменной, что лучше всего доказывает растерянность кинематографистов и отрыв жанра от реальности, которую он больше не представляет. Вероятно, это во многом связано с тем, что наше время меняется так быстро, что жанр больше не может идти в ногу с ним. Крах коммунизма, смещение линий конфликта, рост терроризма, колоссальные технологические изменения, череда экономических кризисов… За несколько лет видение мира изменилось с оптимистического на пессимистическое, с рационального на мистическое и наоборот. Как тут сохранишь связность? Возможно, сегодня это сработает — ведь пессимистическая концепция становится все более доминирующей.
Но, так или иначе, оглядываясь на эти 30 лет, вероятно, легче выделить технологические и эстетические тенденции, чем искать в кинематографической фантастике некую целостную философию. Хотя, конечно, некоторые темы были популярнее других. Но сейчас давайте глянем на основные тенденции.
Сиквелоз и рециклинг
Уже упомянутая тенденция непрерывного производства продолжений (иногда называемое польскими фэнами «сиквелозом» [cequiloza]) — настоящий бич жанра. Съемки сиквелов успешных произведений, с упором на зрелищность, но без особого натиска на сценарий, достигли беспрецедентных масштабов — бывали годы, когда 70–80% фантастических фильмов были сиквелами, приквелами или ремейками. Стоит отметить, что сиквелоз имеет много обличий, и, вероятно, лучше описать его как определенную тенденцию, предполагающую неустанную переработку, отсутствие стремления открывать новые направления и желание максимизировать прибыль от продажи того, что зрители уже знают. Наиболее очевидным является производство продолжений, каждое из которые почти всегда слабее предыдущего (исключения можно пересчитать по пальцам одной руки). Своеобразным феноменом стало финансирование сиквелов фильмов, оригиналы которых вообще не имели успеха («Фантастическая четверка»,
«Призрачный гонщик»),
в надежде, что на этот раз они добьются успеха. Другая тенденция -- поиск новых идей в анналах фантастики: экранизации старых, порой забытых произведений («Джон Картер»),
переосмысление старых телесериалов («Затерянные в космосе»)
и ремейки старых хитов («День, когда Земля остановилась»,
очередная версия «Вторжения похитителей тел»,
«Война миров»,
«Машина времени»,
«Планета обезьян»).
К сожалению, результаты были схожими – иногда получался сносный фильм, но чаще предприятие завершалось провалом. Причина такого положения дел была вполне очевидной – в большинстве случаев научно-фантастический фильм – это вложение изрядных денежных средств, поэтому ему необходимо обеспечение гарантированной прибыли от проката и иных вариантов использования. Но это также свидетельствует об обеднении, исчерпании формулы.
Возвращение на Землю
В тематических направлениях, с помощью которых кинематографисты пытались развивать жанр, также произошли значительные изменения. Можно сказать, что в последнем тридцатилетии научная фантастика вернулась на Землю. Конечно, мы побывали в кино на Марсе (несколько раз), даже однажды на Солнце и вернулись в окрестности Юпитера, но экспедиции в другие звездные системы стали редкостью. После космической гонки, учиненной в 1950-х и 60-х годах, считалось, что межзвездные путешествия — лишь вопрос времени. Когда эта гонка застопорилась, ее сочли несбыточной мечтой, и внимание сосредоточилось на нашей бедной планете.
На Земле же дела шли неважно. Фильм «Бегущий по лезвию» положил начало пессимистичному кинематографическому киберпанку. Таковой проявил себя наиболее интересным образом в японской анимации («Акира»,
«Призрак в доспехах»)
и японских фильмах ужасов («Тэцуо», «Тэцуо 2»),
показался в ряде менее успешных фильмов, блеснул в «Матрице»,
а затем практически исчез со сцены. Эскалация напряженности между США и СССР привела к появлению фильмов, посвященных опасности ядерного холокоста («Терминатор»,
«Военные игры»,
«На следующий день»,
«Завещание»,
российский фильм «Письма мертвого человека»,
наш «О-би, о-ба, Конец цивилизации»)
и различные видения мрачного антиутопического будущего («Деликатесы»,
«12 обезьян»,
«Гаттака»,
«Дитя человеческое»,
японская «Королевская битва»).
На Земле не обязательно должны были разражаться войны или другие катаклизмы, чтобы показать ее мрачные перспективы. Угрозы могли исходить от СМИ («Они живут»,
«Шоу Трумана»),
корпораций («Луна»,
киберпанк-аниме) и развитой техники клонирования («Остров»,
«Не отпускай меня»).
Поэтому у Земли нет никакого светлого будущего. Параллельный, фантастический оптимизм больше касался других миров и эскапистских историй.
(Окончание следует)