fantlab ru

Издательства

загрузка списка...




рекомендует:

Книжный клуб фантлаба рекомендует: Паоло Бачигалупи «Навола»





Цикл: «Навола» (дилогия)

Аннотация: В Наволе, процветающем торговом городе-государстве, власть принадлежит нескольким олигархическим семьям. Самая успешная из них, ди Регулари, раскинула свои щупальца по всему миру. Ее престиж, влиятельность и богатство грандиозны, но защищать их приходится, не считаясь ни с какими жертвами. Юному Давико ди Регулари судьбой определено унаследовать «невидимую империю», и уже сейчас он подвергается беспощадным испытаниям на пригодность к этой миссии. Его экзаменаторы — не только родная семья и ее союзники, но и заклятые враги, явные и тайные, в которых нет недостатка. А самый суровый и беспристрастный судья — его собственная совесть.

Жанр:

  • историческое фэнтези
  • роман взросления

Вызывает ассоциации:


Мнения экспертов:

  • ааа иии: Исполнение громкое от красок и звуков, остроты переживаний и впечатлений, диалоги в мелкий горошек сочиненного романского диалекта — так писали яркие, эрудированые и эксцентричные.
  • Green_Bear: Яркая история наследника банкиров ди Регулаи, в которой преломляется изящество, красота и жестокость самой республики Навола. (оценка: 9)
  • Lilian: Полноценный другой мир со своей историей, мифологией, религией, традициями, песнями, ругательствами и даже оскорбительными жестами. (оценка: 9)




Отзывы и оценки экспертов:

ааа иии: Очень хорошо, фаворит на «книгу года». Но условие отсечки читателей жестковато — должен быть вкус к многословному и плавному течению повседневности псевдоисторического романа о другой планете, прерываемому кровавыми эпизодами и тонкими суждениями о высоком и умном.

Сюжет определяет взросление наследника нувориша среди конфликтов в духе южного Ренессанса. Аннотация уловила сходство декораций с Флоренцией, что ж, долевое участие пополанов и аристократии во власти, переход на наемников, имена, фрески, вина — да. Правда, дворянские башни и университет в реальности разминулись на век-другой, а тут еще и вместо моря Средиземного два океана, религия — патриархальное и доминантное многобожие (мифы его высокая фэнтези прерафаэлитно-борхесовского толка). Огнестрельного нет, есть метрологи и загоны для рабов.

Зарисовки ландшафта и климата, без фирменной для автора экологии. Персонажи, простые и сложные, мужчины, дети и женщины разных возрастов и наций даны рельефно, в деталях, не позволяющих, тем не менее, предсказать их значение и количество появлений, а, тем более, влезть в душу и голову — о, сколько в «Наволе» нежданного предательства и предателей! Любовная линия: эта «Джульета» органично смотрелась б в самурайском сказе, корейском боевике. Обожатель, он же единственный рассказчик, сын ди Регулари, типа, из Монтекки с Капулетти сок бы отжавшего и на мезге заработавшего, рук не запачкав. А сам парень комментировал бы (продолжая про себя страдать от любви и инстинктов) охоту за головами из зала, жалея, искренне, вот, и с Ромео больше не сидеть за культурной беседой.

Волшебное в «Наволе» поначалу вне основных событий. Почти гость другого жанра: ради украшения кабинета амбициозного финансиста вывезено из экзотических краев глазное яблоко страшного существа. Но что дракону своя смерть и окаменелость, он желает добычи. Режься, достойный, шипами витрифицированных нервов и узри, услышь, учуй другим невидимое... Оказалось, вполне практично и резко переключило повествование. Но в «Наволе» вообще изрядно поворотов.

Исполнение громкое от красок и звуков, остроты переживаний и впечатлений, диалоги в мелкий горошек сочиненного романского диалекта — так писали яркие, эрудированые и эксцентричные. Вулф, Макоули, Херберт... Кей?! Все «альтернативные Италии» можно притянуть, да адриатическое у того нудно. Мартин: если забыть о тронах и ограничить ПЛиО браавоскими делами, то может быть. С Желязны проще, явная отсылка в ослепленном узнике, на дне рождения крадущем ложку, однако, она похоже больше на возражение «Хроникам Амбера».

Ассоциации с Хербертом по первым главам «Дюны», с госпожой-наложницей и наставниками наследника: добрым доктором, великим воином и мастером по убийствам. Феодалами управляют финансисты. Талант в чтении языка тела, банкеты, брачная политика, люди как марионетки для тех, чьим планам уже готовит эпичное прерывание злобный толстяк... при равнодушии официально союзных. Есть сходство, есть.

оценка: -



Green_Bear: С первых же страниц «Навола» открывает читателю красочный, вдумчиво выписанный мир, в котором без труда узнается северная Италия эпохи Возрождения. В центре истории ярко сияет подаривший роману имя, город-республика, полный богатств, интриг, страсти и ненависти.

Многослойное и многоплановое квазиисторическое фэнтези, вполне достойное пера Гая Гэвриела Кея, можно долго исследовать и расщеплять на составляющие, восхвалять или хулить. Его можно трактовать, как драматичную историю взросления юного Давико, наследника своего отца, архиномо Девоначи ди Регулаи да Навола, владеющего Банком Регулаи со множеством филиалов. Можно любоваться стройной мифологической системой, сказаниями и легендами, которыми Бачигалупи щедро украсил книгу. Можно сфокусироваться на истории банковского дела и его трудностях, на сотрясавших город-государство социальных конфликтах и мучительно тянущихся трансформациях общества, наконец, на том, как роль личности определяет ход истории. Каждый ракурс демонстрирует нечто новое, дополняя объемную картину, подобную переливам света в драконьем глазе, лежащем на рабочем столе Девоначи.

Вдохновляясь Италией, Бачигалупи не столько копировал, сколько активно заимствовал и переосмысливал полюбившиеся ему детали, веяния, идеи, из которых он строил собственный город, свою Наволу. Даже псевдоитальянский — наволанский — диалект специально создан автором. Здесь влиятельные аристократы сходятся в танце изящных вежливостей, держа за пазухой яд, а за спиной кинжал; банкиры ведут сложные и запутанные расчеты, красавицы плетут тонкие паутинки хитростей и притворства, студенты шалят и буянят, а гениальные художники и скульпторы творят чудесные полотна, статуи, повинуясь капризным музам или щедрым заказам богачей. Прекрасное рождается из тленного сора и презренной монеты, доброта же низвергается в предопределенный ею же ад.

Будучи рожден, чтобы твердой рукой править семейным делом, Давико часто ведет себя слишком наивно. Ему намного ближе лечебное искусство, ботаника и анатомия. Если его отец — непревзойденный манипулятор и знаток человеческих душ и характеров, то Давико — широко распахнутая книга, в которой даже посредственный интриган прочтет его чувства и планы. Однако на фоне его неподдельной искренности и мягкости остальные персонажи выглядят ярче и острее. Неуловимый и смертоносный убийца-шпион Каззетта, скрупулезный и дотошный бухгалтер Мерио, расчетливый и гениальный архиномо Девоначи, его верная наложница-управляющая Ашья, а также вспыльчивый калларини Корсо, роковая и жестокая Фурия, хитроумный граф Делламон и многие другие, чьи нити судеб Бачигалупи вплел в свое полотно.

Но при всем при этом Навола — не только красивая или умная, но еще и бесконечно жестокая история, в которой насилие часто становится не средством, но целью. Здесь топят улицы кровью и сжигают башни вместе с владельцами. А изощренные пытки и казни служат и массовым развлечением, и средством утоления мести. Лишь немногие влиятельные люди могут себе позволить роскошь балансировать на тонкой грани прагматизма и честности, пока в их руках сосредоточена настоящая сила. Сила золота и обещаний, сила семейных связей и ума, сила знания. Но обманчиво мертвое око дракона равнодушно наблюдает и ждет, когда его вновь напоят свежей кровью, когда он вновь увидит крушение и смерти.

оценка: 9



Lilian: «То, что вы слабая карта в чьей-то руке, вовсе не означает, что вами не сыграют и вам не грозит опасность».

***

Навола. Большой роман, фэнтези, другой мир. Навола в этом мире — центр торговли и обширной банковской сети, а Давико ди Регулаи — наследник семьи, владеющей крупнейшим из банков. Власть, деньги, интриги, предательства. И отчасти история взросления нашего главного героя.

Параллели с итальянскими городами-государствами, атмосфера жарких южных земель, горячий темперамент местных жителей. Страсть и искусство наравне с кровавыми заговорами и неприглядной изнанкой политики.

Вместе с тем — полноценный другой мир со своей историей, мифологией, религией, традициями, песнями, ругательствами и даже оскорбительными жестами.

Книга нетороплива (по крайней мере в первой своей половине), но на мой вкус отнюдь не затянута. Всего в меру, как раз хватит, чтобы «увидеть» калейдоскоп ярких красок, «услышать» манеру речи местных жителей, «почувствовать» тёплый ветер и ароматы трав, садов и близкого побережья. Ну и крови, не без этого.

Впрочем весь рассказ идёт от первого лица, с точки зрения одного героя, так что не удивительно, что наши знания о мире ограничены интересами и знаниями юного Давико. Мальчика образованного, умного, но всё же не способного на равных играть во взрослые игры.

Самый очевидный сюжетный слой — это история одной влиятельной семьи, которая за несколько поколений достигла вершин власти, за что потом и расплатилась в полной мере. И немалую роль в этом якобы сыграл юный Давико, «ягнёнок среди львов», который, не смотря на всё своё старание, оказался слишком слаб и наивен для роли наследника. Об этом не раз говорится на страницах романа, да что там — сам герой тоже в это верит. Но всё же… Всё же истина мне кажется несколько сложнее.

Проблемы не в наивности наследника, слепой любви его отца или в нравах наволанцев, «с умом изворотливым, как косы в волосах их женщин». Единственная и главная проблема (если уж её можно так назвать) в том, что все они были людьми. И потому не были идеальными. Мудрый политик был человеком, а не хладнокровной машиной, он любил своего единственного сына, а ещё порой совершал ошибки в оценке своих врагов и союзников. Умелый убийца, чьим именем пугали детей, был человеком, а не кровожадным духом, а значит и его иногда можно было застать врасплох. Преданный воин был силён, отважен и искусен в бою, но всё же он был человеком и потому не мог устоять против множества других воинов. А юноша очень старался не разочаровать свою семью, но нашлись люди хитрее и безжалостнее его, которым было выгодно потом оправдать свою корысть и злобу чужой слабостью.

То есть, как принято говорить, герои получились выпуклыми, а мир многогранным. Я могу не понимать, зачем в этой истории был тот же Филиппо, любитель анекдотов про монашек и козлов, но он точно запомнился своей противоречивостью, отсутствием рамок и смелостью говорить «нет». Да и не только он.

Темп истории неспешный, но умело играющий на внезапных переходах между расслабленным хмелем вечеринки и вспышкой насилия из-за предательства, между чувственной кульминацией запретной страсти и масштабной кровавой расправой.

Я не упомянула про переплетение любви, долга, страсти и ненависти (и имя им всем — Челия). Про идею о великой сети, соединяющей всю живую природу, из которой по поверьям выпал один только человек — и о людях, способных ощутить дыхание этой сети. О случайной знакомой главного героя, которая в кромешной тьме окажется его единственной человеческой союзницей. О падении в глубины унижений и страданий — и о преображении.

Но я упомяну про дракона. Пускай мир Наволы не знает магии, только предания и мифы. Пускай драконы вымерли много лет назад, оставив от себя только память и редкие ископаемые. Но драконий глаз и драконий дух играют огромную роль в этой истории и в жизни Давико. И да, к финалу отчетливо видишь, что это настоящее фэнтези.

История, рассказанная на страницах этой книги, допускает продолжение. Но сам роман выглядит вполне законченным, с правильной и логичной финальной точкой.

Ну а мне остаётся только повторить — да, это настоящее фэнтези.

оценка: 9






Другие рекомендации «Лаборатории Фантастики»:





⇓ ⇑ Наверх