сообщение модератора

Импринты и редакции АСТ:
Неоклассика, Мейнстрим, Астрель-СПб, Жанры, Редакция Елены Шубиной(РЕШ), Corpus.

сообщение модератора

C сегодняшнего дня начинаем жить по-новому.
Напоминаю, тема посвящена издательству АСТ (в дальнейшем АСТ). Представителями АСТ на Фантлабе являются chief, ДМЧ и Aleks_MacLeod.
В теме можно обсуждать: издательство АСТ, книги АСТ, авторов АСТ. Также допустимо предлагать к изданию авторов, подходящих под формат издательства.
Обсуждение книг других издательств допустимо только в сравнении с книгами АСТ. Если автор обсуждаемой книги издавался и в АСТ, и в другом издательстве. (Даю пояснение. Стивен Кинг издавался в АСТ, но не издавался в Азбуке. Обсуждение красот гипотетического издания Кинга Азбукой будет сочтено оффтопиком. Уилбур Смит издавался в Азбуке и АСТ. Значит эти два издания можно сравнивать.)
Обсуждение недостатков книг АСТ допустимо только с примерами, фотографиями и/или сканами книг.
Не допустимо обсуждение цен и интернет-магазинов, кроме информирования о том, что книга доступна там-то по такой-то цене.
Все остальные сообщения будут сочтены оффтопиком.
Общение в теме необходимо вести корректно, проявляя уважение к собеседнику. Оскорбления, хамство, троллинг будут наказаны. Хамство представителю АСТ будет наказано немедленным баном.
Наказания ужесточены. За одно сообщение, нарушающее правила, будет вынесено одно предупреждение.
Также в теме действует регламент сайта.
--------------------------
07.07.2022
heleknar

сообщение модератора

Обсуждение радужных проблем — только в разделе ОИ. Во всем разделе "Фантастика и Фэнтези" это является флудом и будет удаляться с выписыванием предупреждений.

Брайан Герберт Увидевший Дюну Издательство: М.: АСТ, Neoclassic, 2025 год, 3000 экз. Формат: 84x108/32, твёрдая обложка + супер, 640 стр. ISBN: 978-5-17-164412-3 Серия: Дюна (суперобложка) Аннотация: Знаменитая эпопея "Дюна" Фрэнка Герберта захватила воображение многих поколений читателей. Книги разошлись миллионными тиражами по всему миру и многократно экранизированы. Известный в первую очередь благодаря "Дюне" – Фрэнк Герберт автор более двадцати книг, в том числе романов "Зеленый мозг", "Долина Сантарога", "Белая чума" и "Досадийский эксперимент". Брайан Герберт, старший сын Фрэнка, рассказывает историю о судьбе своего отца. Уже в восемь лет объявив, что станет писателем, на протяжении жизни Фрэнк Герберт работал телеоператором, ведущим на радио, журналистом и редактором нескольких газет, параллельно занимаясь писательским трудом. Но настоящего успеха он добился только после публикации "Дюны" в 1965 году. Брайан Герберт пишет об этих годах увлекательно и искренне. Комментарий: Литературная биография Фрэнка Герберта. Иллюстрация на обложке Д. Андреева.

цитата Издание АСТ

"Примерно в это же время, когда отец работал над «Арракисом», они с Брюсом поняли, что больше не могут жить вместе, и, по версии Брюса, Фрэнк выгнал его из дома. Отец вспоминал об этом иначе, утверждая, что «Брюс хотел расправить крылья» и ушел по собственному желанию. Отношения между отцом и «сыном номер два», хоть и остались натянутыми, не были разорваны полностью. Брюс сохранил хорошие отношения с мамой и ради нее регулярно навещал родителей.

Все это время мама мечтала о мальчике Герберте, который бы продолжил нашу фамилию. На данный момент у нас с Джен было две дочери. Пенни родила троих сыновей, Дэвида, Байрона и Роберта Мерритта, но из-за брака потеряла фамилию Герберт. Мама надеялась, что Брюс скоро женится, чтобы повысить шансы."

цитата Оригинал

Around this time, while Dad was working on Arrakis, he and Bruce found it impossible to live together any longer, and, according to Bruce, Dad kicked him out of the house. My father didn’t remember it that way, asserting instead that “Bruce needed to test his wings,” and made the move on his own. The relationship between father and “Number Two Son,” while tenuous, was not severed entirely. My brother remained close to his mother, and for her sake went to visit his parents regularly.

Unbeknownst to me or to my parents, Bruce was living in a “drug house” with people who injected themselves with amphetamines. The favored drugs were little pills called “criss-crosses” that looked like aspirins with crosses on them. Also known as “CCs” or “beans,” they were ground into powder on a spoon with the end of another spoon or a pocket knife. A little distilled water was mixed with the powder on the spoon, then cotton was laid on top and liquid was drawn through the cotton with a syringe. The mixture was, in turn, injected by the addict. My brother didn’t take criss-crosses that way, because he hated needles and didn’t want track marks on his arms. Instead he “dropped” the pills, swallowing up to thirty-five a day. Eventually Bruce moved out of the drug house and returned to the San Francisco Bay Area.

By now my younger brother wasn’t dating girls anymore. In the new relationships he was forming, he was becoming a gay man, expressing feelings that had previously been latent or which had surfaced and been suppressed. Thus he was entering two worlds that were at once dangerous and socially unacceptable—those of hallucinogenic drugs and homosexuality. I had no idea these metamorphoses were occurring in him.

In part it was a reaction to our macho father, who spoke of homosexuality as if it were an immature, unseemly activity. I recall him saying to me that “repressed homosexual energy” could be employed for killing purposes by armies. In God Emperor of Dune and Heretics of Dune he described homosexual, lesbian and adolescent forces at work in armies. And, in an unpublished version of his epic poem, “Carthage,” Frank Herbert wrote:

Homosexuals,
Bureaucrats
And bullyboys
Increase before
Each fall into darkness.

All the while Mom, unaware of Bruce’s sexual inclination, or turning her head away so as not to see the indications, was longing for a baby boy Herbert to carry on the family name. Thus far Jan and I had two daughters. Penny bore three sons, David, Byron and Robert Merritt, but through marriage had lost the Herbert name. My mother hoped Bruce would marry soon, to improve the odds.

цитата Перевод Грока

Примерно в это же время, пока отец работал над «Дюной» на Арракисе, он и Брюс пришли к выводу, что больше не могут жить вместе, и, по словам Брюса, отец выгнал его из дома. Сам отец этого так не помнил и утверждал, что «Брюсу нужно было расправить крылья», и тот ушёл сам. Отношения между отцом и «сыном номер два», хотя и были натянутыми, полностью не прервались. Мой брат оставался близок с матерью и ради неё регулярно навещал родителей.
Ни я, ни родители не знали, что Брюс жил в «наркоприюте» с людьми, которые кололи себе амфетамины. Любимым наркотиком были маленькие таблетки под названием «criss-crosses» — они выглядели как аспирин с крестиками. Их ещё называли «CC» или «бобы». Таблетки растирали в порошок на ложке другой ложкой или перочинным ножом, добавляли немного дистиллированной воды, клали сверху ватку и через неё набирали жидкость в шприц. Потом эту смесь вкалывали себе. Брюс так не делал — он ненавидел иглы и не хотел следов на руках. Вместо этого он «закидывался» таблетками, глотая до тридцати пяти штук в день. В конце концов Брюс съехал из наркопритона и вернулся в район залива Сан-Франциско.
К тому времени мой младший брат уже не встречался с девушками. В новых отношениях, которые он заводил, он становился геем, давая выход чувствам, которые раньше были скрыты или всплывали, но подавлялись. Таким образом он входил сразу в два опасных и социально неприемлемых мира — мир галлюциногенных наркотиков и мир гомосексуальности. Я понятия не имел, что в нём происходят такие метаморфозы.
Отчасти это было реакцией на нашего мачистского отца, который говорил о гомосексуальности так, будто это незрелая и непристойная деятельность. Я помню, как он сказал мне, что «подавленная гомосексуальная энергия» может использоваться армиями для убийства. В «Боге-Императоре Дюны» и «Еретиках Дюны» он описывал гомосексуальные, лесбийские и подростковые силы, действующие в армиях. А в неопубликованной версии своей эпической поэмы «Карфаген» Фрэнк Герберт написал:
Гомосексуалисты,
Бюрократы
И задиры
Размножаются перед
Каждым падением во тьму.
Всё это время мама, не подозревая о сексуальной ориентации Брюса или сознательно отворачиваясь, чтобы не видеть признаков, мечтала о маленьком мальчике Герберте, который продолжит род и сохранит фамилию. Пока что у меня и Джен были две дочери. У Пенни родилось трое сыновей — Дэвид, Байрон и Роберт Мерритт, но из-за замужества она потеряла фамилию Герберт. Мама надеялась, что Брюс скоро женится — это повысило бы шансы.

цитата Издание АСТ

В том же году Пенни и Брюс посетили Порт-Таунсенд на День благодарения.

Брюс был усидчивым молодым эксцентричным гением в электронике...

цитата Оригинал

That year my sister Penny and brother Bruce were visiting for the Thanksgiving holiday, staying in Port Townsend. During his visit, Bruce confided to me for the first time that he was gay, and said one of the reasons he felt he had taken this course was because of the terrible example his own father had been for him. “After seeing how Dad treated children,” Bruce said, “I didn’t want to have any.” He asked me not to discuss it with Mom or Dad yet, since he wasn’t sure how he wanted to break it to them.

I thought of, but did not comment on, Mom’s desire for a boy grandchild to carry on the Herbert family name. I didn’t know anything about the gay community, didn’t know what to say to him. I told him I loved him anyway, that his sexual preference would never change how I felt for him. But I felt awkward discussing the subject. Words did not come easily.

Bruce was a studious young eccentric, a genius in electronics...

цитата Перевод Грока

В тот год моя сестра Пенни и брат Брюс приехали к нам на День благодарения и остановились в Порт-Таунсенде.
Во время этого визита Брюс впервые открыто сказал мне, что он гей, и объяснил, что одной из причин, по которой он пошёл по этому пути, стал ужасный пример собственного отца. «Увидев, как папа обращался с детьми, — сказал Брюс, — я решил, что не хочу иметь своих». Он попросил меня пока никому не говорить ни маме, ни отцу, потому что ещё не решил, как и когда им об этом сообщить.
Я подумал о маминой мечте о внуке-мальчике, который продолжит фамилию Герберт, но промолчал. Я ничего не знал о гей сообществе, не знал, что ему сказать. Я просто сказал, что люблю его в любом случае и что его сексуальная ориентация никогда не изменит моих чувств к нему. Но говорить на эту тему мне было неловко. Слова давались с трудом.
Брюс был прилежным молодым чудаком, гением в электронике...

цитата Издание АСТ

Мама вновь заговорила о надежде на появление мальчика Герберта, который продолжит род, и о давнем желании, чтобы Брюс женился. Она уже теряла надежду.

цитата Оригинал

Mom spoke again of her hopes for a boy Herbert baby to carry on the family name, and of her long-standing desire for Bruce to get married. She was losing hope that he ever would, and commented, “I’m afraid he’s running with the boys from San Francisco.” This was a suspicion only and a reference to the gay community there, one of the most politically active in the world. I said nothing.

цитата Перевод Грока

Мама снова заговорила о своей надежде на мальчика Герберта, который продолжит фамилию, и о давнем желании, чтобы Брюс наконец женился. Она уже почти потеряла надежду, что это когда-нибудь случится, и сказала:
«Боюсь, он там бегает с мальчиками из Сан-Франциско». Это было лишь подозрение и намёк на гей-сообщество города — одно из самых активных и политизированных в мире. Я промолчал.

цитата Издание АСТ

Двигаясь по этому пути, отец потерял любовь своих сыновей. Мы не сблизились с ним. Он не стал для нас примером для подражания. Я почти убил себя алкоголем. Младший брат, полагая, что отец его не любит, экспериментировал с наркотиками. Среди детей Фрэнка только Пенни не испытывала к нему сильной антипатии.

цитата Оригинал

In taking this course he lost the affection of his sons. We didn’t bond with him. He wasn’t our role model. I nearly killed myself with alcohol. My younger brother, believing his father disliked him, was experimenting with drugs and homosexuality. Of his children, only Penny did not have strong feelings of antipathy toward him.

цитата Перевод Грока

Выбрав такой путь, он потерял любовь своих сыновей. Мы с ним не было близости. Он не был для нас образцом для подражания. Я чуть не угробил себя алкоголем. Младший брат, уверенный, что отец его не любит, экспериментировал с наркотиками и гомосексуальностью. Из всех его детей только Пенни не испытывала к нему сильной неприязни.

цитата Издание АСТ

Мы с отцом оторвались от игры в карты. Шел град!
Она рассказала, насколько теплее было в Кавалоа, где дули теплые пассаты. На следующий год они планировали вернуться в Порт-Таунсенд чуть позже, в мае, и остаться там до конца октября или ноября. Отцу требовалось двести дней постоянного проживания на материке из-за чрезвычайно высоких подоходных налогов на Гавайях, и это еще одна деталь, которую он упустил из виду, поспешив с переездом. Если он проводил столько времени вне островов, его доход не облагался налогом по гавайскому законодательству.
Родители сказали, что домик смотрителя на участке уже достроен и выглядит очень уютно. Строительство главного дома только началось.
Вслед за этим мы сообщили родителям потрясающую новость: этой осенью у нас с Джен должен родиться ребенок. Внезапно они пришли в восторг. Отец повел меня в винный погреб и достал специальное вино, чтобы отпраздновать событие, – «Шато Приер-Лишин Марго»[254]. Мы открыли бутылку и выпили за появление нового Герберта.

цитата Оригинал

Dad and I glanced up from our card game. Hail was coming down!
She spoke about how much warmer it was at Kawaloa, with warm trade winds blowing. They planned to return to Port Townsend a little later the following year, in May, staying through October or November. Dad needed two hundred days of residency on the mainland because of extremely high state income taxes in Hawaii, yet another detail he had overlooked in the rush to move there. By spending that amount of time away from Hawaii, his income would not be taxed under Hawaiian law.
They said the caretaker’s house was finished on their property and was very comfortable. Ground was just being broken for the main house.
We spoke of Penny, who was doing well. Then the matter of Bruce came up. My parents said he had revealed to them what they had long suspected, that he was a homosexual man. Furthermore, he was participating in “Act Up” gay political marches and other events in San Francisco. Mom and Dad were not at all pleased by this information.
On the heels of this we told my parents exciting news: Jan was going to have a baby that fall. Suddenly they were ecstatic. Dad took me to the wine cellar and located a special wine to celebrate the occasion, a Château Prieuré-Lichine Margaux. Before anything else was done we opened it and shared a toast to the newest Herbert.

цитата Перевод Грока

Папа и я оторвались от карточной игры и посмотрели в окно. С неба сыпался град!
Мама рассказала, как там тепло в Кавалоа, как дуют тёплые пассаты. Они планировали вернуться в Порт-Таунсенд чуть позже в следующем году — в мае, и остаться до октября или ноября. Папе нужно было провести на материке двести дней из-за огромных подоходных налогов штата на Гавайях — ещё одна деталь, которую он проглядел в спешке переезда. Если он проведёт столько времени вне Гавайев, его доход не будет облагаться налогом по гавайским законам.
Они сказали, что домик для смотрителя на их участке уже достроен и очень уютный. Как раз начинают рыть котлован под основной дом.
Поговорили о Пенни — у неё всё хорошо. Потом речь зашла о Брюсе. Родители сказали, что он наконец подтвердил то, что они давно подозревали: он гомосексуал. Более того, он участвует в политических маршах «Act Up» и других акциях геев в Сан-Франциско. Маме и папе это совсем не понравилось.
Сразу после этого мы огорошили родителей радостной новостью: осенью Джен должна родить ребёнка. В одно мгновение они стали счастливы до небес. Папа потащил меня в винный погреб, нашёл особую бутылку для такого случая — Château Prieuré-Lichine Margaux. Не откладывая в долгий ящик, мы тут же её открыли и подняли тост за самого нового Герберта.

цитата Издание АСТ

Пенни также сказала, что мама очень беспокоилась о том, как сложится жизнь у Брюса. Она считала, что наше с Пенни финансовое положение лучше, чем у младшего брата, и что мы сильнее, чем он. Родители обсуждали вопрос о найме для него бизнес-менеджера, который давал бы ему советы по финансовому планированию. Маму также беспокоило, что Брюс не нашел себе спутника жизни.

цитата Оригинал

Penny also said Mom was extremely worried about how Bruce would fare in the future. She felt Penny and I were set up better financially than our little brother, and that we were stronger than he was. Mom and Dad had discussed hiring a business manager for him, to give him financial planning advice. It troubled Mom as well that Bruce had not found a lifelong companion, and that he was exposing himself to grave dangers in the gay community. The rest of us, especially Penny, had also been concerned about this.

цитата Перевод Грока

Пенни также рассказала, что мама очень сильно переживала за будущее Брюса. Она считала, что мы с Пенни устроены в финансовом плане гораздо лучше младшего брата и что мы сильнее его характером. Мама с папой даже обсуждали возможность нанять для него бизнес-менеджера, чтобы тот помог Брюсу с финансовым планированием. Маму тревожило ещё и то, что Брюс так и не нашёл спутника жизни, и что он подвергает себя серьёзной опасности в гей-сообществе. Мы все, особенно Пенни, тоже очень за это беспокоились.

цитата Издание АСТ

В начале июля тысяча девятьсот восемьдесят второго года родители объявили, что на следующий день отправляются на месяц на Гавайи, это решение они приняли спонтанно.
На спешно организованном ужине в Сиэтле незадолго до отъезда Фрэнк резким сердитым голосом рассказал нам о трудностях, с которыми они столкнулись при поиске продуктов с низким содержанием соли для мамы в ресторанах и продуктовых магазинах, и о том, как это его раздражало. Он утверждал, что соль в рационе американцев присутствует повсеместно, и большая часть вины лежит на невежестве медиков. Врачи слишком мало знают о диете, и проводится недостаточно значимых исследований о пользе и вреде определенных продуктов.
Уже летом, после возвращения родителей, Джен, Джули и я одолжили «Каладан» и отправились в недельное плавание к островам Сан-Хуан вместе с одним из братьев Джен, Роном Бланки, и его женой. Поездка удалась, стояла прекрасная погода и дул теплый ветер. Однако когда мы вернулись в яхт-клуб Порт-Таунсенда, я неправильно поставил лодку в док, не так, как хотел Фрэнк. Побоявшись идти задним ходом, я зашел носом. Отец смотрел с пирса, неодобрительно качая головой. После того как мы сошли на берег, он поднялся на яхту и снова завел мотор. «Отдать швартовы!» – крикнул он.

цитата Оригинал

EARLY IN July 1982, my parents announced that they were leaving for a month in Hawaii the following day, a decision they had made on the spur of the moment.
At a hastily arranged dinner in Seattle just before their departure, Dad told us in a sharp, angry voice about the difficulties they were having finding low-salt foods for my mother in restaurants and grocery stores, and how frustrating it was. Salt was everywhere in the American diet, he said, and much of the blame had to do with the ignorance of the medical profession. Doctors knew too little about diet, and not enough meaningful research was being conducted about the benefits and dangers of particular foods and diets.
While Dad was taking care of Mom, Penny was trying to keep Bruce—now thirty-one years old—out of trouble. An incurable disease had recently been discovered that was killing homosexual men—AIDS. From her home in Stockton, California, Penny telephoned Bruce in San Rafael near San Francisco. The most thoughtful and generous person in our family, Penny was always sending us notes and little gifts. Now, with her stepmother seriously ill and weakened, Penny tried to be a mother figure to Bruce, providing him with important advice. She warned him about the dangers in the homosexual community from the new disease and cautioned him against having unprotected sex and relationships with multiple partners. Like the rest of us in the family, she wished he wasn’t homosexual at all. We were all worried about him.
Bruce promised to be careful.
Later that summer after my parents returned, Jan, Julie and I borrowed the Caladan and took it on a week-long sailing trip to the San Juan Islands, along with one of Jan’s brothers, Ron Blanquie, and his wife. It was a great trip, with beautiful weather and excellent winds. When we returned to the Port Townsend Yacht Club, however, I didn’t back the boat in the way Dad wanted it done. Backing confused me, so I took it in bow-first. Dad was on the dock watching, shaking his head in disapproval. After we disembarked he boarded the sailboat and restarted the engine. “Release the lines!” he shouted.

цитата Перевод Грока

В начале июля 1982 года родители внезапно объявили, что завтра улетают на месяц на Гавайи — решение было принято спонтанно.

Накануне отъезда мы быстро организовали прощальный ужин в Сиэтле. За столом папа резким, злым голосом рассказывал, как сложно найти для мамы продукты и блюда с низким содержанием соли в ресторанах и магазинах, и как это его бесит. Соли, по его словам, было полно во всей американской еде, и большая часть вины лежала на невежестве врачей. Врачи слишком мало знали о питании, а серьёзных исследований о пользе и вреде конкретных продуктов и диет почти не велось.

Пока папа заботился о маме, Пенни пыталась уберечь от бед тридцатиоднолетнего Брюса. Недавно была открыта неизлечимая болезнь, убивавшая геев, — СПИД. Из своего дома в Стоктоне, Калифорния, Пенни звонила Брюсу в Сан-Рафаэль, рядом с Сан-Франциско. Самый заботливый и щедрый человек в нашей семье, Пенни постоянно присылала нам записки и маленькие подарки. Теперь, когда мачеха была серьёзно больна и ослаблена, Пенни старалась стать для Брюса чем-то вроде матери и давала ему важные советы. Она предупреждала об опасности новой болезни в гей-сообществе, уговаривала не заниматься сексом без презерватива и не иметь множества партнёров. Как и все мы в семье, она в глубине души желала, чтобы он вообще не был геем. Мы все за него очень боялись.

Брюс пообещал, что будет осторожен.

Позже тем же летом, когда родители вернулись, мы с Джен, Джули и одним из братьев Джен, Роном Бланки, с его женой взяли «Каладан» и отправились на недельное плавание по островам Сан-Хуан. Поездка получилась замечательная: отличная погода, прекрасный ветер. Но когда мы вернулись в яхт-клуб Порт-Таунсенда, я не смог завести яхту кормой вперёд, как хотел папа. Задний ход всегда меня путал, поэтому я пришвартовался носом. Папа стоял на причале и неодобрительно качал головой. Как только мы сошли на берег, он запрыгнул на парусник, завёл двигатель и крикнул:
«Отдавай концы!»

цитата Издание АСТ

Выйдя на улицу, я спросил Джен: «Почему именно в почтовом отделении? Почему?»
И тут меня осенило. Почта являлась нашей «линией жизни», инструментом выживания, когда я жил с отцом. Он отправлял рукописи агенту и внимательно следил за доставкой писем, потому что именно этим путем поступали чеки, контракты и важные письма. Для него, особенно в первые, тяжелые годы творчества, почтовая система олицетворяла надежду на получение хороших новостей от издательств.
Когда в Сиэтл приехал мой брат Брюс, он расплакался, сидя на заднем сиденье моей машины. Пенни и Джен утешали его. Позже он сказал мне, что плакал не от чувств, потому что не ощущал, что любил отца. Скорее, от того, чего никогда не испытывал в отношениях с отцом.
«Все прошло мимо, – продолжил Брюс. – Я никогда не видел той, хорошей стороны, которую он открыл тебе. Его никогда не было рядом».

цитата Оригинал

Outside in the car I asked Jan, “Why in the post office? Why?”
Then it dawned on me. The mails had been our lifeline, our instrument of survival when I lived with Dad. He mailed manuscripts to his agent and watched mail deliveries carefully, because checks, contracts and important letters arrived that way. For him, especially during the early years of creative struggle, the postal system represented hope more than anything else, his hope for the arrival of good news about a story.
Bruce’s homosexuality had never been fully accepted by my father, and they had never reached full rapprochement. Still, when my brother came to Seattle he broke into tears while riding in the backseat of my car. Penny and Jan consoled him. My brother told me later that he didn’t cry from love, because he didn’t feel he loved the man. He said he cried from what he had never experienced in the relationship with his father.
“I missed almost everything,” Bruce said. “I never saw the good side he showed to you. He wasn’t there for me.”

цитата Перевод Грока

Сидя в машине на улице, я спросил Джен:
«Почему именно на почте? Почему?»
И тут меня осенило. Почта была для нас спасательным кругом, главным инструментом выживания в те годы, когда я жил с папой. Он отправлял рукописи агенту и с трепетом ждал почтальона, потому что именно почтой приходили чеки, контракты и важные письма. Для него, особенно в первые, самые трудные годы творческой борьбы, почтовая служба больше всего символизировала надежду — надежду на хорошие новости о рассказе.
Гомосексуальность Брюса отец так до конца и не принял, полного примирения между ними никогда не наступило. И всё же, когда брат приехал в Сиэтл, он разрыдался на заднем сиденье моей машины. Пенни и Джен его утешали. Позже Брюс сказал мне, что плакал не от любви к отцу, потому что не чувствовал, что любит этого человека. Он плакал от того, чего никогда не получил в отношениях с ним.
«Я почти всего лишился, — сказал Брюс. — Я никогда не видел той хорошей стороны, которую он показывал тебе. Его просто не было рядом со мной».

цитата Олег Медведев

Песню не отменить, лета не избежать
Радостно мне…

цитата Издание АСТ

Чувство влечения брата к мужчинам смешивалось с ощущением того, что его должны привлекать женщины, что ему следует вести себя общепринятым образом. Он водил девушек на выпускные вечера в старших классах и другие свидания, и какое-то время у него была подружка, интеллигентная молодая девушка в круглых очках.
Но Брюс экспериментировал с амфетаминами, регулярно находясь «под кайфом». Он рассказал мне об одном ужине с родителями, когда он находился настолько не в себе, что смеялся над всем, что они говорили. Они никак не отреагировали на его поведение, возможно, решив, что дело в вине, которое подавали к блюдам. Или, возможно, как подозревал Брюс, наша мать «спрятала голову в песок», как и в других случаях, не желая видеть, сталкиваться с возможностью того, что ее второй сын встал на путь разрушения.

сообщение модератора

Заканчиваем политический оффтопик, пожалуйста.

heleknar, спасибо за подробные примеры.

цитата PetrOFF

Лемнер