Ещё в романе «Гора в море» упоминалось некое квазигосударственное образование под названием «Стамбульский протекторат». Сам автор потом утверждал, что протектораты в романе и в цикле рассказов разные из параллельных вселенных. Что ж, пусть будет так. Осмелюсь предположить, что и в цикле рассказов события происходят в разных вселенных, ибо только так можно объяснить некоторые противоречия. Я уж не говорю о том, что хронология написания рассказов цикла сильно расходится с его внутренней хронологией.

Основным фантдопущением здесь является возможность переноса сознания человека, да куда угодно! И во что угодно, вплоть до брусчатки мостовой, а еще и во времени! Понятно, что с такими вводными происходящее здорово напоминает сборник сказок, слегка окрашенных в восточную экзотику. При этом окрашенных максимально небрежно на уровне топонимов (Фенер, Галата и т.д.), да даже об Аллахе никто ни разу не вспомнил даже в присказках, как оно обычно принято. С деталями всё тоскливо, нам не открывается предыстория мира, туманные намёки на какие-то войны, не более того. Сама технология переноса сознания оставляет множество безответных вопросов. В одних рассказах сканирование сознания однозначно разрушает мозг пациента, в других сканироваться можно будто в игре сохраняться, хоть каждый день без особых последствий. Для оставшихся без тел сознаний используются некие «оболочки». Что это и откуда они берутся непонятно абсолютно, по косвенным признакам можно решить, что это нормальные биологические тела. Тем более, что в паре рассказов мелькают андроиды, в которых что? Правильно, тоже можно загрузить бестелесное сознание. В конце концов ради счастья героя автор нарушает собственную же аксиому о невозможности копирования личности.

Ну это всё про антураж. Суть же рассказов в том, что люди одиноки, каждому нужны свой(свои) и не всегда их легко найти или же определиться с тем, кто для тебя действительно свой. Примерно как в «Эре Бивня».

Довольно условный цикл рассказов с минимумом пересечений между ними. На общем фоне в лучшую сторону выделяются «Океан среди листьев» и «Починщик воробьёв».

Химмет уникален даже по меркам Стамбульского протектората. Человеческое сознание в теле андроида. Поэтому он чужой и для людей и для андроидов. Приходится искать смысл своей уникальной жизни и определиться, кто для него действительно свой.

На ум сразу приходят многочисленные произведения Роберта Сойера на эту тему. Только там, чтобы загрузиться в андроида, тем самым продлив своё существование на много лет вперёд, требовалось заплатить и немало, У Нэйлера же Химмет обречён на одиночество и «починку» воробьёв, бесправный и мучающийся в поиске идентичности. Впрочем, одиночество и поиск своего(своих) у Рэя Нэйлера проходит красной нитью через всё, мной прочитанное. А финал «Починщика воробьёв» даже можно признать светлым и оптимистичным.

«Эра Бивня» по-туркменски

Бяшим и другие туркменские подростки зарабатывают на жизнь тем, что прислуживают богатым арабским шейхам, устраивающим охоты в Каракумах. Разговаривать у слуг с хозяевами принято по-английски, арабский в пустыне почему-то не в почёте. Бяшим изучает язык Альбиона с помощью чуда техники, называемого «окулус». Однажды Армен (понимаю, что имя не слишком туркменское и заставляет улыбнуться), старший брат, попросил Бяшима переночевать вдали от лагеря, старших братьев у туркмен принято слушаться. Бяшим захватил окулус и отправился в палатку..

Бяшим почему-то мечтает уехать жить в Лондон и там чему-то учиться. Мёртвый арабский шейх в теле сокола (это вам не мамонт, тут вообще чудеса миниатюризации) энтузиазм мальчика не разделяет. То ли дело Стамбульский протекторат! Всё очень динамично, воспринимается скорее как фэнтези, а то и просто восточная сказка о предательстве. Детей надо воспитывать, в противном случае их воспитают враги.

Тот случай, когда гуманитарий написал про космос. Несмотря на множество прочитанных фантастических книг я так и не смог восстановить последовательность событий в космической программе и понять суть происходящего в рассказе.

«Первые шаги к звездам: восхитительная опера, звучащая на фоне непрекращающегося насилия. Теперь, по прошествии веков, первые запуски стали казаться Ирем эдакой гекатомбой, массовым жертвоприношением космосу в надежде, что однажды люди изживут в себе худшее.» Кого и куда отправляли? Это были ковчеги? В абсолютную неизвестность?

«Сотни лет спустя: семь ресиверов на кораблях-ковчегах наконец получили сигналы из открытого космоса – с планет, якобы обитаемых и уже благополучно заселенных людьми.» Что значит «из открытого космоса»? У сигналов в космосе есть направления.

«Однако путешественники, которым обещали, что они прибудут в процветающие колонии, выходили из ресиверов на пустых, бесплодных планетах, где не осталось ни следа от экипажей первых кораблей. Специально созданные для них оболочки неизбежно гибли, блуждая по пустошам или застряв в ресиверах. Оказалось, кто-то взломал ресиверы и послал на ковчеги ложные сигналы надежды.

Сделала это группировка антиколониалистов из Протектората Сан-Франциско. Вот только к тому времени, когда задуманное ими исполнилось – спустя сотни лет, – от самой группировки, их структур, политических целей, принципов, задач и идеологии не осталось и следа. Как и от ценностей, за которые они боролись.» Сигнал с Земли однозначно был бы определён как сигнал с Земли.

«а ресивер создавал резервную копию моего сознания для возвращения домой. Таким образом я умирала уже пять раз.» Ресивер — это приёмник, а тут он, получается, ещё и передатчик. Но тогда зачем было умирать аж пять раз?

«По вашей милости я умирала там снова и снова. Мой мозг препарировали, разрезали на миллиард частей, а сознание отправили на лазерном луче за сотни тысяч световых лет.» Если так, то как она вернулась через 200 лет всего, ведь световой барьер в мире «Стамбульского протектората» не преодолён?

Сам рассказ, конечно, не про космос, а про гуманизм и боль андроида от того, что люди заставили его делать. Но вот это мельтешение терминов и невозможность понять последовательность событий сильно ухудшили моё впечатление и оценку.

Тихая сирота Фериде неудачно поухаживала за садом своих богатых арабских хозяев. В результате — сепсис, кома, госпитализация, прогноз неутешительный. Неожиданно очнувшись в чужом теле, девушка поняла, что у неё есть шанс...

Собственно ничего нового. Крысиные гонки потогонной системы капитализма. В наше время людей загоняют в долговое рабство через ипотеку и потребкредиты, а там уж хочешь — не хочешь приходится крутить колесо. В рассказе же вернулись к старой забытой с рабовладельческих времён мотивации — не хочешь трудиться, тогда умрёшь. С одной стороны посыл у рассказа банален, основание пирамиды должно усиленно работать, чтобы ресурсы наверх уходили максимально быстро и в солидных объёмах. С другой — автор намекает на то, что люди могут при желании оставаться людьми даже в столь бесчеловечной системе.

Роман от «позднего Пелевина», когда писатель начал выдавать книги с точностью метронома раз в год и на злобу дня. Ожидаемо срок годности приготовленной по рецепту прозы несколько снизился. И вот уже прочитанный через десять лет после написания роман не поражает воображения. Если сравнивать со «средним по больнице» уровнем, то всё и не так уж плохо. Эксперименты со стилистикой, конспирология (Голгофский однако), несколько удачных афоризмов (особенно понравились определение российского либерала и сравнительный анализ проституции и феминизма), но литературного события как в случае более ранних романов, таких как «Generation П» или же «S.N.U.F.F.» не произошло. И подозреваю всё же, что дело не во мне, а в том, что «служенье муз не терпит суеты...».

Хазан Тезри — женщина гениальная, но с тяжёлым характером, проводит эксперимент с «коннектомом», забрасывая своё сознание в прошлое. Подобного рода опыты безопасными не назовёшь, но Хазан это не останавливает...

«Хазан выросла в нищете и нужде; свою обиду на мир она объясняла трагической смертью прапрапрапрадеда – торговца рыбой, погибшего под колесами мусоровоза в попытке спасти свой товар от взяточника-полицейского. Такого рода гнев, полагала Хазан, не проходит даром и неизбежно передается следующим поколениям на эпигенетическом уровне.» Очевидно, что прапрапрапрадед Хазан успел оставить потомство до смерти, поэтому, даже если эпигенетика работает, последующим поколениям ничего не передалось.

Честно говоря, я вообще не понял, что именно отправлялось в прошлое и в каком виде. Тут в ККФ масса копий сломана на тему можно ли сознание человека скопировать в тело мамонта, в этом же рассказе несчастное сознание куда только не перемещается как во времени так и в пространстве. Просто скопировать его, как утверждается, нельзя.

Есть вопросы и про деятельности Института. Вообще говоря, в современной науке все эксперименты заранее планируются, согласовываются и объективно контролируются. Никакой отсебятины с записью в дневник, всё же не «частная лавочка», а какое-никакое научное учреждение. Запинывание в рассказе этого несчастного администратора Серхана тоже непонятно. Такие люди прямо необходимы в любом научном институте. Так уж получилось, что гениальные учёные не слишком хороши в вопросах поисков финансирования или же взаимодействия с государством и прочими внешними институциями. Так что администраторы от науки и гениальные исследователи друг в друге нуждаются, а не расплёвываются при встрече.

Регина и Илькай давно умерли, но будучи ценными специалистами в своих сферах деятельности, удостоились сканирования сознания. Теперь они успешно трудятся в виртуальности, но даже таким работникам положено отдыхать от трудов. Они и отдыхают. Каждый год. В Стамбуле. В «оболочках». Всё бы хорошо, пусть место встречи и не меняется, зато меняются «оболочки», эффект новизны гарантирован, но вот только живые вокруг завидуют мёртвым...

Судя по терминам типа «абгланца» да и по самому топониму «Стамбульский протекторат» события рассказа происходят во вселенной «Горы в море». Из хорошего — показано, как мужская гормональная система буквально перекрывает сознание и, чтобы с этим бороться приходится долго учиться с самого детства. То, что виртуальным персонажам тоже иногда хочется «воскреснуть» несколько спорно. Собственно, никакой гарантии, что весь этот «зимний таймшер» не является очередной симуляцией, нет. Тем более, что с «оболочками» тоже не всё понятно. Что это? Искусственные тела? Биологические тела, выращенные с единственной целью сдаваться в аренду? Мне в рассказе не хватило деталей, будь он частью романа, раскрывающей мир с одной из сторон, вопросов бы не было. Ну а бессмысленная отправка сознаний к звёздам свидетельствует только о глубине тупика, в который попало человечество.

О, это просто песня! У голливудских умельцев есть специальный «российский» светофильтр, когда всё серо и холодно даже посреди лета. Читая «Эру Бивня» постоянно про него вспоминаешь. Главных героев аж трое. Во-первых, это Дамира Хисматуллина, биолог и спасательница слонов. Её сознание переместили в мозг мамонта и теперь она водит стадо по Заполярью. Любовь к слоновым девочке привил родной дядя Тимур, зарабатывавший на жизнь северными вахтами. А потом он умер, когда девочке было 12 лет. И они с матерью пошли в бывшую дядину квартиру в «холодном подъезде», вскрывавший дверь слесарь «многоэтажно матерился». Вот зачем он это делал? Дамира выросла и поехала из Томска в Москву учиться. Заметьте, нигде не говорится о том, что девочка, дочь рыночной торговки рыбой, смогла поступить в один из лучших вузов страны (а по хоботным специализацию получить, полагаю, только на биофаке МГУ и можно), жить в Москве, зато написано, что в Томск её приходилось возвращаться «в дешевом плацкартном вагоне – другого билета не могла себе позволить, – где воняло немытым телом, перегаром, едой, табаком и туалетной химией вперемешку с дерьмом.» Вторым главным героем повести является Святослав. Отец у него работает браконьером — истребляет редкую фауну и бухает, а мама? А мама тоже умерла как дядя Тимур у Дамиры. «До маминой смерти его жизнь проходила среди угрюмых городских коробок: тускло освещенный, заваленный мусором подъезд с облупленными стенами, морозные цветы на окнах спальни, ржавая детская площадка.» Ну и жемчужиной среди персонажей повести выглядит Владимир, дедушка и бабушка которого «бежали» из Москвы, ибо были признаны иноагентами. За что? «За работу в западном благотворительном фонде, который помогал детям проводить операции по исправлению заячьей губы! Серьезно? Они заячью губу лечили!» Дедушка не любил вспоминать о России (я всё же сильно подозреваю, что был агентом под прикрытием), но внука у него почему-то зовут Владимир, хоть тот и не знает русского языка. Живёт Владимир с «другом» Энтони, который, по всему выходит, эксплуатирует Владимира международно-экстремистским способом, но в российском издании этот момент благоразумно обойдён вниманием.

Что касается фантастики в повести, то один момент заставил скептически поднять бровь. Представьте себе, что люди научились сканировать сознание, переносить его на биологические и небиологические носители, генетики оживили множество вымерших видов. Но никто не придумал генномодифицированных дрожжей, чтобы те выращивали материал, идентичный слоновой кости. А ведь именно на нехватке бивней построен весь сюжет повести. Да там даже зоопарки штурмуют!

При этом я должен признать, что написана повесть отлично. Писательское мастерство у Нэйлера со времён «Горы в море» выросло кратно, перевод тоже не подвёл. И нет в повести никакой «клюквы» в том смысле, в котором об этом принято говорить. Дюма в своё время катали по стране, поили и кормили. У того не было ни сил ни времени глубоко вдаваться в детали. Нэйлер же знает фактуру не понаслышке и сознательно мажет чёрно-серой краской российскую жизнь. И мне более всего обидно за тех людей на Западе, который воспримут всё это за чистую монету. Впрочем, им не привыкать. Ну зачем ты так, Рэй?

Отечественную войну 1812 года большинство россиян знает не столько благодаря урокам истории, сколько благодаря Лермонтову (стихотворение «Бородино»), Льву Толстому (роман «Война и мир»), Алексею Кившенко (картина «Военный совет в Филях») и Иллариону Прянишникову (картина «В 1812 году»). В лучшем случае есть общее представление о походе Наполеона от Немана до Москвы (Смоленск, Бородино) и обратно под ударами «дубины народной войны» (Малоярославец, Вязьма, Березина). В «Рижском редуте» соавторы открывают совсем малоизвестную страницу той кампании, посвящённую попыткам X корпуса французской армии под командованием маршала Этьена Макдональда захватить Ригу и далее двинуться на российскую столицу.

Главным героем романа является молодой флотский переводчик в звании мичмана по имени Александр Морозов. Будучи облыжно обвинённым в двойном убийстве, Морозов вынужден не только скрываться, но и вести собственное расследование этих преступлений, с которыми всё непросто, ведь в деле замешана французская разведка и её рижская резидентура. Но верные друзья, юркий ум и нестареющий девиз: «С нами Бог и андреевский флаг!» помогут мичману не только вырваться из болота неприятностей, но и сделать свой не такой уж и маленький вклад в победу российской армии над неприятелем.

Честно говоря, я и сам до прочтения романа не знал о захвате французами Курляндии и об их попытках взять Ригу. Так что роман сам по себе полезен уже тем, что расширяет исторический кругозор. Помимо прочего он достаточно увлекательно написан, Морозову сопереживаешь и искренне радуешься успехам его самого и его друзей-дальних родственников из «Братства Роченсальма».

Виктор Остроумов только попадает на службу в сыскное отделение и первым его поручением становится доставка начальства на отдых ,только вот спокойной рыбалки не получилось. В планы вмешалось убийство...

Я было подумал, что рассказ написан специально для сборника «Рождество в Российской империи», но оказалось, что это именно тот рассказ, с которого и начинались «Хроники Петрополиса». И должен сказать, что категорически рекомендую именно прочтением «Парослава...» начинать знакомство с циклом. Здесь сконцентрировано всё то, что в дальнейшем разовьётся в целую альтернативную историю. Но как по капле воды можно судить об океане, так по этому рассказу моно судить обо всём цикле. Опять же как персонаж Виктор Остроумов, главный герой цикла, на этих нескольких десятках страниц раскрывается едва ли не лучше, чем в трёх последующих томах.

Так что, если хотите понять, стоит ли читать «Хроники Петрополиса», то начните с рассказа «Парослав Котельников сердится» и сразу поймёте ваши ли эти автор, герой и мир. Ещё раз подчеркну, что это не примыкающий к циклу рассказ, а его полноценное начало.

XV век. Каетан Клиховский клянётся своей кровью вернуть Бафомету Лигуэт, чудесный меч, который тевтонцы увезли с Ближнего Востока во времена Крестовых походов. Клиховский не преуспел. И вот уже в XX веке его далёкий потомок Винцент должен выполнить клятву предка.

«Просто вы, русские, влезли туда, где не ваша история.» Похоже, что ради этой фразы, брошенной главным героем советскому сержанту, и написан весь роман. Но в ней нет правды. История России тесно связана с Восточной Пруссией еще со времён Семилетней войны, когда регион, пусть и ненадолго, вошёл в состав Российской империи. Во время Первой мировой войны русские войска также воевали на этой территории. Ну и окончательную точку в судьбе бывших земель Тевтонского ордена поставили войска 2-го и 3-го Белорусских фронтов во время Восточно-Прусской стратегической операции. А фразу эту я бы отнёс к самому Алексею Иванову, который строил и, надеюсь, будет строить прекрасные сюжеты своих книг, опираясь на историю родного Урала. И если в части, касающейся XV века, я никаких дыр не нахожу, просто в силу отсутствия должных знаний, то в том что касается века XX-го недостоверность происходящего бросается в глаза. Да уже один тот факт, что капитан СМЕРШа в одиночку ловит гауляйтера Восточной Пруссии и бывшего рейхскомиссара Украины вызывает множество вопросов. Да и в целом создаётся впечатление, что автор придумал средневековую часть, крепко поработав с материалом, а потом начал натягивать на неё историю XX века, и получилось неубедительно.

Ограничься Алексей Иванов историей несчастного Каетана, то вышла бы довольно крепкая книга для любителей библейской мистики, но он хотел показать историю, движущуюся по спирали. И не вывез.

К названию романа тоже есть вопросы. Тевтоны — древнее германское племя, рыцари Тевтонского ордена — это тевтонцы.

Пилот Джейк Пембертон работает в компании «Транслунные перевозки», занимаясь доставкой людей и грузов от станции «Супра — Нью-Йорк» на орбите Земли до Космического терминала на лунной орбите. И хоть путешествующая публика жалуется на маршрут с двумя пересадками, но так выходит экономичнее и безопаснее. Пока Джейк выполняет свою высокооплачиваемую работу в космосе, на Земле его ждёт жена Филис. Однако издержки профессии дают себя знать, и их брак становится всё уязвимее.

Еще одна история, понятная и близкая не только любителям фантастики. Ведь есть множество профессий, не обязательно опасных, но крепко связанных с разлукой и ожиданием. И опять через драматичный поворот в семейной жизни Пембертонов Роберт Хайнлайн раскрыл этап в освоении Луны, между которой и Землёй были налажены регулярные перевозки.

Рассказ удивительно точно ложится в сборник «Русская проза конца XX века». Речь в нём идет о не слишком долгом и не слишком удачном браке учительницы и бизнесмена «силового типа». Бизнес как проход по минному полю, где один неудачный шаг — и звонит красный телефон, возвещающий окончание прежней, а то и жизни вообще для абонента и его близких.

По прошествии почти 30 лет с момента написания читается как банальное сочинение на тему «У тебя всё было», но дух той шальной эпохи с одного из ракурсов передаёт. Судя по этому рассказу в малой форме Юрий Поляков сразу лишается своей едва ли не самой сильной стороны — умения показать, как меняется страна и люди в ней живущие на протяжении десятилетий. Таковы лучшие поляковские романы. Здесь же всего лишь краткая зарисовка, мгновенный снимок тех лет, когда одним днём можно было многое приобрести, но так же быстро всё потерять. .

Не ожидал, что книга окажется в базе данных Фантлаба. Но раз уж так случилось, то отзыв оставлю.

В последние годы интерес к Китаю, китайским обычаям, товарам и к туризму растёт. Эта книга поможет ответить на некоторые вопросы о жизни в Китае и о тамошних нравах. У неё два автора, но о соавторстве речь не идёт. Вадим Чекунов, проживший в Китае в качестве преподавателя русского языка 10 лет, написал первую, «материковую» часть. К вопросу выпускник филфака МГУ подошёл системно. На бытовом уровне он описывает китайские медицину. еду, транспорт, алкоголь, развенчивает некоторые стереотипы, другие подтверждает. В любом случае с его заметками стоит ознакомиться тем, кто в Китай едет не туристом, а на более серьёзные сроки. Гарри Савулькин, автор второй части, попал в Китай, точнее в Гонконг, а это важно, в долгую командировку, поэтому описывает не столько китайцев, сколько особенности местного бизнеса. И вообще пишет в основном не об окружающем, а о себе, о происходивших именно с ним событиях. Делает он это легко и остроумно.

Любопытная книга, рождённая личным опытом реальных людей. И, к счастью, не имеющая никакого отношения к Лю Джану, Танаки Тайдзи и прочим странным псевдовосточным авторам, из-за наличия которых в портфеле издательства, теперь сто раз подумаешь, прежде чем купить книгу о странах Азии.

Томас Джерико, руководитель отдела палеонтологии в КМО (Королевском музее Онтарио), смертельно болен раком лёгких, но упорно продолжает ходить на работу. И вот однажды на музейную парковку приземляется космический челнок, внутри — инопланетянин-арахнид Холлус, который очень интересуется земными окаменелостями, а потому ищет главного палеонтолога музея. Холлус не просто верит в существование Бога, но и считает его научно доказанным фактом. Убеждённый атеист Джерико вступает в теологический спор с пришельцем...

Пожалуй, это лучший из прочитанных мной романов Роберта Сойера, слегка испорченный наивным и абсолютно неправдоподобным финалом. Со времён романа «Конец эры» писателю удалось многое — понять, что такое антропный принцип и то, что фундаментальные константы потому так называются, что обладают свойством неизменности во времени. Поэтому следить за спорами двух коллег-палеонтологов было познавательно и интересно. Это лучшее что есть в книге. Правда, Бог, про которого идёт в ней речь, весьма далёк от христианских или же мусульманских представлений. С одной стороны — он создатель Вселенной, её генеральный конструктор, с другой — не чурается вмешиваться в происходящие в ней процессы, такой вот инженер по охране труда и технике безопасности. Неплохо показан и Королевский музей Онтарио. По крайней мере книга порождает желание посетить его при случае.

К сожалению, не обошлось и без «голливудских» поворотов в сюжете. Во-первых, в нём очень много личной драмы главного героя. Он умирает, страстно того не желая, боится оставить сына и жену. Короче, в тексте очень много страданий, боли и служебного героизма. Во-вторых, как и в «Мнемоскане» не обошлось без захвата заложников и прочего ураганного действия, хотя поверить в неких христианских фундаменталистов с риском для жизни пытающихся уничтожить древние кости, я не могу. Ну и те, конечно, американцы. Ибо Сойер не забывает традиционно вставлять в текст упоминания о том, какая великая страна Канада и какие в ней прекрасные жители.

Во в целом очень добротном переводе Александра Мальцева присутствует одна досадная неточность. Постоянно утверждается, что корабль пришельцев прибыл на Землю из системы Беты Гидры. Но Бета Гидры находится в 360 световых годах от Солнечной системы. В оригинале же романа речь идёт о Бете Южной Гидры, которая действительно отстоит от нас на 24 световых года.

Слезливый и наивный финал здорово подпортил впечатление. Не вывез Роберт Сойер космических масштабов и вселенских замыслов.

2045 год. Компания «Иммортекс» продаёт бессмертие, копируя сознание человека в тела неуязвимых андроидов. Старые тела отправляются умирать на обратную сторону Луны, дабы не создавать юридических коллизий и не смущать кибернетических «наследников». Владелец пивоваренной империи Джейкоб Салливан с рождения страдал опасным заболеванием, связанным с системой мозгового кровообращения — синдромом Катеринского, поэтому в возрасте 44 лет решил подвергнуться мнемосканированию в «Иммортексе». Но уже после операции, будучи в лунном пансионате, Джейкоб узнал, что его болезнь можно теперь излечить. И после излечения бывший пивовар решил вернуть себе свою жизнь...

Никаких технических предсказаний на 2045 год Роберт Сойер не сделал, кроме собственно требуемых сюжету полётов на Луну и мнемосканирования. Политические прогнозы провалились, ни Хиллари Клинтон, ни те более Пат Бьюкенен президентами США так и не стали и теперь уже, очевидно, не станут. Глобального потепления, чтобы все ледники растаяли тоже не произошло и, похоже, его не случится в обозримой перспективе.

Сначала Роберт Сойер сам создал ситуацию, невозможную в реальной жизни. Ибо никто не дал бы творить нечто подобное, описанному в романе, предварительно не утряся всех юридических последствий. Да, компания «Иммортекс» располагается в Канаде и в тексте десятки раз подчёркивается то, какие канадцы либеральные прекрасные люди, но даже там никто не позволит захватить и насильно удерживать граждан, пусть даже старых, пусть даже и на Луне. Создав проблему, Сойер бросился её решать в формате судебной драмы. Один из андроидов бьётся за наследство оригинала с алчными потомками. И надо сказать, что написано это всё довольно увлекательно, по-журналистски бойко, скучать не приходится. Книгу я прочитал за два дня. И уж было решил, что это лучший роман Сойера из мной прочитанных. Но ближе к финалу общее впечатление было испорчено. Сойер категорически не знает и не понимает физики. Причём речь не о квантовой механике или же гидродинамике, а об элементарном школьном курсе. В одном из эпизодов на Луне андроид «с суперсилой» открывает дверь, прижатую земным атмосферным давлением. При этом ранее упоминалось, что масса андроида равна 50 кг. На Луне его вес равнялся бы 8 кгс, а дверь, пусть её площадь будет 2 квадратных метра, прижималась бы с силой 20 000 кгс. Ну андроид смог бы очень быстро отжиматься от этой двери, раз уж у него сверхсила.

Добил же впечатление от книги по-голливудски слащавый эпилог, нечто в духе уировского финала романа «Проект «Аве Мария»».

Без Книжного Клуба Фантлаба шансов пересечься со сборником венгерского хоррора у меня не было вообще. Но и в рамках Клуба я старательно пытался избежать этой участи, голосуя за другие книги. В основном мои опасения подтвердились. Часть сюжетов можно объяснить сумасшествием главного героя, например в начальном рассказе «яма с зубами», часть сном персонажа — тот же «Транзистор» или же его продолжение «Контакт для связи». Даже в тех рассказах, где одним сном или сумасшествием объяснить всё происходящее не удаётся, зачастую и то и другое присутствует. Страха как такового ни один рассказ не вызвал, хотя иногда героям и сочувствуешь. Общим мотивом для сборника являются национальные комплексы венгров — мол, мы — европейцы, но сорта второго. Собственно те же хунгарикумы из той же оперы. Отличную оценку в сборнике я поставил только рассказу «Восстанавливая мир», не удивлён, что он не понравился даже тем, кто высоко оценил весь сборник. Рассказ вообще не похож на художественный текст. Это скорее детально расписанный маркетинговый план, где продвигается весьма специфичный товар — самоуничтожение человечества. В остроумии и оригинальности не откажешь. Неплохи вышеупомянутый «Транзистор», квазирелигиозный «Урон» (мастер игры — тот же бог, только он бросает кости вопреки утверждению Энштейна про квантовую механику) и финальный «Ад...», оформленный в виде интервью с писателем. Не знаю уж насколько сборник соответствует стандартам своего жанра, но в будущем ничего подобного читать не хочу.

Городское семейство (отец, мать и дочка) решили заняться экологическим туризмом, приобщиться к корням и вообще славно отдохнуть в деревне, заодно поучаствовать в производстве хунгарикума (это нечто специфически венгерское типа гуляша или токайского), только вот в данном случае речь совсем не о гуляше.

То ли пародия на сельскую жизнь с улиточным маслом, настойкой на пауке и сверлением отверстий в полутораметровых личинках, то ли пародия на городской взгляд на эту самую жизнь. Люди творят некую дичь физиологически неприятную, дети напрочь лишены права голоса да и вообще любых прав, все вокруг считают такое положение нормальным ,да и вообще по заветам предков из глубин веков.

Написано энергично, но оставляет в недоумении.

Венчает сборник рассказ-мистификация в виде интервью с самим Аттилой Верешем. Эти несколько страниц отлично передают общий дух всего сборника. Реальность уязвима, и никогда нельзя быть в чём-то уверенным до конца. Удачный финальный аккорд, слегка повышающий настроение и добавляющий автору очков за счёт развитой самоиронии. Впрочем, её наличие было очевидно ещё в «яме с зубами».

Завершение мини-цикла, начатого рассказами «Вот я, узри меня!» и «Гештальт». Гештальты не стали размениваться по мелочам, поедая собачников, а собрались в небе и унеслись в «новый мир». Идея слегка похожа на сериал Leftovers. В «Нашем городе» прослеживается судьба неудачливого оператора Левенте и психолога, теперь уж бывшего, Далмы. Опять много недосказанности — таинственные монеты, охотники за ними, стихийно возникающие секты и даже явление Бога в ресторане. Традиционный сюр, который так же традиционно можно объяснить галлюцинациями на фоне нехватки сна, принятия веществ или развивающегося психического заболевания.

В любом случае рассказ восторга не вызвал.

Довольно банальный рассказ про создание искусственной жизни на замену жизни биологической. Последнюю уничтожил невероятно беспощадный вирус. Речь в рассказе идёт от лица последнего человека на Земле, которому и суждено сыграть в Бога, решив останется ли планета безжизненной или же получит новый шанс. По антуражу всё в духе остального сборника — кошмарные сны, кто-то садится на грудь, несчастные дети, тоска и безнадёга. Главным достоинством рассказа является его компактность.

Сумасшедшая мать постепенно сводит с ума собственного сына ,придумав зловещую игру в болезнь и смерть плюшевой игрушки. Психика ребёнка постепенно изнашивается, начинаются галлюцинации, но никто и ничто не может остановить венгерского «гения педагогики».

С одной стороны всё банально — таких историй далеко не единицы. Понятно, что ментальные проблемы родителей сказываются на детях дважды — через генетику и последующее воспитание. С другой — поразили две вещи. Образовался целый «кружок молодых матерей» невзирая на классовые различия. А ведь не надо быть педагогом или психологом чтобы понять, что практика нездоровая. Ну и ещё удивила полная отстранённость отца от происходящего. Рождение сына — величайшее счастье, именно в сыновьях мужчина обретает бессмертие. Мальчику важно, чтобы отец был не просто рядом, а активно интересовался и участвовал в жизни ребёнка. А тут полное ощущение, что отец исчезал и появился только через десятки лет, чтобы прояснить некоторые моменты из истории детства сына.

В детстве Балаж стал жертвой автокатастрофы, из трёх человек в автомобиле, а за рулём был его старший брат ребёнка, выжил только он сам. Физические травмы были не столь значительны как психическая. С того времени мальчик потерял веру в устойчивость мира вокруг. Собрать реальность и получить опору в жизни Балажу помогло увлечение созданием настольных игр — кубики не подводили, стабильно предсказывая восход Солнца в придуманном им мире Эстрата. Проведение игр стало смыслом жизни Балажа, но однажды игра пошла не по плану.

Рассказ заметно отличается от большинства остальных в сборнике, по крайней мере события в нём нельзя объяснить сном главного героя. В самом деле «Транзистор» мог присниться Жужи в поезде, а на самом деле её отец потом всю жизнь проработал слесарем на заводе электромеханических изделий, а мать контролёром ОТК на том же предприятии, «Контакт для связи» мог присниться мнительному специалисту по продажам с фобией на ос перед поездкой в зарубежную командировку и так далее. «Урон» же получается объяснить только если предположить существование Мастера игры, который бросает кубики, чтобы выяснить взойдёт ли Солнце уже в нашем мире. И однажды кубики выпали так, что брат Балажа погиб, а он выжил. Т.е. рассказ получается в конечном счёте про Создателя и про воздаяние за грехи.

Очередная книга из цикла «Хроники Петрополиса» примечательна прежде всего тем, что автор наконец решил открыть детали своей «новой хронологии». И надо сказать, что альтернативность истории в этого мира отнюдь не ограничивается победой декабристов. Куда большее влияние на её развитие оказало вторжение «сибирских богов» в духе Лавкрафта. Причём инопланетяне эти захватили не только Сибирь, но и Венеру с Марсом. Несмотря на то, что многие моменты прояснились, цикл остался всё таким же развлекательным, о природе связей в котором лучше не задумываться. Детали альтернативного мира тоже оставляют множество вопросов. К примеру есть в здешней реальности город Санкт-Шлиссельбург. Так ведь Санкт-Петербург — это город святого Петра. А Санкт-Шлиссельбург получается город святого Ключа? Или же у декабристов, захвативших Урал существует красная лейб-гвардия. Ну так ведь всё, что «лейб-« должно находиться при теле монарха, а на Урале вроде как республика.

Сами дела, составляющие основу книги тремя частями-преступлениями, тоже довольно проходные, причём если во втором и третьем случае действительно кого-то или же что-то похищают, то в первом расследуется «ритуальное жертвоприношение» в городе Юргут, что на границе с Сибирью.

Если писать о цикле вообще, то для АТ он вполне приличный, и уж точно лучше откровенно женской прозы типа «Графа Аверина», развлечь в состоянии, а вот серьёзно увлечь уже едва ли.

Сатира даже не столько на корпоративную культуру, сколько на всю систему корпораций, когда человек должен расстаться с основами своей личности, чтобы вписаться идеальным винтиком в машину, исправно качающую деньги из населения. Причём система выстроена так, что с каждым годом затягивает всё глубже и глубже через бонусы, льготные кредиты и тому подобные ништячки. В этом же ряду сектантские практики с тимбилдингами и попытки ограничить проведение досуга сотрудников всё тем же коллективом. К сожалению ничего не сказано о том, что и корпорации порой обжигаются, сокращая расходы, либо же признавая те или иные рынки бесперспективными. И вот тогда гордые бойцы корпоративного фронта остаются не у дел, смысл существования на протяжении предыдущих лет, а то и десятилетий резко обнуляется. А ведь жизнь одна.

Неожиданное продолжение рассказа «Вот я, узри меня!». Эпидемия одержимости закончилась. Жена Томаша ожидаемо забрала детей и сбежала с оператором Левенте. Томаш остался в одиночестве, в напоминание о событиях глаза у него стали цвета меди. И таких как он в Венгрии было достаточно много. Вот только достаточно для чего?

Поначалу рассказ читался как агитация за толерантность и бережное отношение к меньшинствам, но затем случился резкий смысловой переворот. Жертвы одержимости начали объединяться в «гештальты». И когда от них уже ждёшь возникновения Сверхразума, трансцендентности или хотя бы инопланетного вторжения (в процессе чтения «Кукушата Мидвича» вспоминаются постоянно), те

Цикл романов про сыщика Остроумова и его механическую помощницу постепенно набирает обороты. И если первый источник авторского вдохновения был очевиден сразу — «Граф Аверин со своим котом», то о втором я догадался только читая «Проклятие дома Грезецких». Речь о сериале «Проект «Анна Николаевна»». Начиная с какого-то момента при чтении все реплики Ариадны в моей голове стали звучать голосом и с интонациями Зои Бербер в роли полицейского андроида. В плане детектива по сравнению с первой книгой всё стало проще — в обоих делах преступники угадываются заранее. Постепенно проясняется история мира Петрополиса и личная история главного героя.

Как развлекательное чтиво на пару вечеров книга близка к идеалу. События мелькают калейдоскопом, автор упражняется в остроумии, зачастую удачно, серьёзные темы тоже присутствуют (чудовищное классовое расслоение, этические вопросы, связанные с научным прогрессом, суть человечности), но не выносятся на передний план.

Рассказ в виде журнальной статьи о великом венгерском комике прошлого, настоящего и будущего Этеле Хорвате. Даже после смерти Этеле Хорват продолжает выступать уже из гроба, а вокруг происходят странные вещи. Моя трактовка такова, что любой юмор, заставляя человека смеяться, крадёт его волю пусть хотя бы на несколько секунд. А вот юмор Хорвата настолько специфичен — тёмен и аморален, что крадёт души — навсегда. И этот сбор урожая всё продолжается и продолжается. Несчастная Венгрия...

Нехватка средств к существованию вынудила семью Жужи переехать из деревни в город. В городе они всей семьёй за исключением младшей сестры Марики устроились работать на фабрику. Фабрика производила «синь», которую вырабатывали члены трудового коллектива три раза в неделю питаясь «грязью». Так жизнь Жужи, едва только начавшись, превратилась в жизнь домашнего животного. И обрёк её на эту жизнь человек, который должен был её защищать и оберегать — родной отец. У части «работников» фабрики со временем открывались сверхспособности под воздействием «грязи», у таких, а Жужи как раз вошла в число этих счастливчиков, появлялась возможность выбиться в «транзисторы». Жужи удалось, так она из домашнего животного превратилась в комбайн, совмещающий функции радиолы для связи «с другими мирами» и аппарата для индивидуального омоложения.

Рассказ несколько манипулятивен. Понятно, что страдания ребёнка равнодушным мало кого могут оставить. В теме Клуба разгорелся спор о том, виновата ли Жужи в своей судьбе или нет. Я так однозначно никакой вины не вижу. Ибо обвинять можно человека, а эта девочка до самой близкой старости была то животным, то механизмом и никакой свободы воли не имела.

После успехов книг Дашкевича про графа Аверина логично было бы ожидать появления разнообразных вариантов «Альтернативной Российской империи» на любой вкус. «Ариадна Стим» приготовлена со вкусом стимпанка. Автор пытается развлечь читателя сразу по нескольким направлениям, чтобы увеличить потенциальную аудиторию. Кому-то придутся по нраву отсылки к русской классике вроде капитана Полушкина или же дворника, утопившего чёртопса. Кому-то — немудрёные игры с именами-фамилиями типа Парослав Котельников. Кому-то — размышления о природе человечности, при чтении частенько вспоминались «Космоолухи» Громыко. Про отсутствие проработанности мира говорить не буду, возможно, в дальнейшем автор даст больше сведений о том, как появилась страна со столицей в Петрополисе. Скажу лишь, что это не альтернативная история нашего мира, а совсем другая вселенная, от нашей заметно отличающаяся. Стимпанк тут карикатурный до абсурдности, этим роман напомнил сериал «Кибердеревня».

Читается неплохо, в качестве развлечения на вечер-другой подходит заметно лучше того же Дашкевича. Так что чтение продолжу, ибо развлекательной литературы, и при этом не совсем глупой, выпускается не так чтобы много.

А вот этот рассказ не так прост и совсем не ужасен. Да, «восстановить мир» предлагается, уничтожив человечество руками самих людей. И действительно всегда можно сначала найти тех, кто не удовлетворён существующим положением вещей, а затем методами социальной инженерии и через устранение мешающих процессу раздувать разрушительный огонь, который на каком-то этапе станет самоподдерживающимся. Тут на ум сразу приходит практика организации «цветных революций», когда страны либо уничтожаются, либо на десятилетия отбрасываются в своём развитии, и процесс этот идёт руками самих граждан, умело и аккуратно направляясь извне. Нельзя не вспомнить и про тоталитарные секты, что со скоростью вируса захватывают тела и души. И тут в основе правильная организация процесса через психологическую уязвимость жертв. Нельзя также не упомянуть и роль системы образования. Сейчас в школах стоит задача научить выпускников выполнять тесты на много баллов, а вот научить думать никто даже и не пытается, ибо тогда ученики сразу станут неудобными и плохо управляемыми.

Однажды Томи неузнаваемо изменился, дар речи оставил его, как и остальные признаки разумности, зато охватила страсть к сложной акробатике. Гуманная венгерская госбезопасность не стала забирать Томи «в поликлинику для опытов», а подселила к нему оператора по имени Левенте. Так они стали жить втроём в квартире — одержимый не пойми чем Томи, его жена Виктория и этот самый Левенте, который сильно мучался после развода с женой Шари. Не то чтобы Левенте любил жену, скорее он задавался вопросом — что не так с ним самим. Через некоторое время Виктория плавно перетекла в постель к Левенте, но тот продолжал думать о бывшей жене и страдать.

Не знаю, где здесь бояться. Читать невыносимо скучно, все страдают от одиночества и ничего не делают. Возможно, дело в том, что Венгрия страна маленькая и проблемы у граждан соответствующие. Я долго ждал, что в финале случится небольшой свальный грех, но обошлось.

На третьем свидании Николетт призналась Золтану, что укусила собаку. Так родилась новая ячейка венгерского общества. Молодые люди съехались, но в окрестных парках кто-то упорно продолжал кусать собак.

У рассказа возможны две трактовки. Первая, либеральная — встретились два одиночества, оба больные, зато нашли друг друга, давайте придумаем им специальную букву в известной экстремистской аббревиатуре и включим новую дисциплину в Олимпийские игры (навскидку можно придумать несколько видов соревнований — кто покусает больше собак за отведённое время, кто быстрее покусает самую крупную собаку, опять же бои кусателей друг с другом). Вторая, адекватная — психиатрия серьёзно не дорабатывает, по улицам ходят не совсем здоровые люди, представляющие прямую и явную угрозу общественной безопасности.

Ужас в рассказе, по-видимому, в том, что горожане не способны объединиться и изловить преступника, раз уж государство от исполнения своих обязанностей открещивается.

Главный герой рассказа, не слишком удачливый венгерский писатель, получает соблазнительную халтуру — за счёт евросоюзовского гранта издать свой рассказ на исчезающем языке малоизвестного племени, двести евро и зуб прилагаются в качестве награды. Не долго думая герой соглашается и вот дальше начинают смешиваться друг с другом литература реальность и сны...

Я не слишком люблю три вещи для сюжетостроительства — сны, безумные видения и наркотический бред. Вот в «яме» причудливо совмещены первые два приёма. Ибо самая простая трактовка рассказа — на почве безденежья и творческого бессилия герой медленно падает в бездну ласковой шизофрении, когда мозг начинает выстраивать собственную систему мира, в которой при желании даже можно найти некоторую логику. Пещеру с зубами при этом можно смело трактовать как фрейдистский символ — страх перед женской сексуальностью, ну а ещё зубы — это явный символ агрессии. И когда герой боится потерять свои зубы, то здесь речь об утрате активного начала, превращении в жертву.

Общее впечатление скрашивает уместный юмор, при этом я в очередной раз убедился, что хоррор не совсем моё, однако сборник никуда не спеша дочитаю.

Июль 1914 года. Европа живёт в ожидании большой войны. Гвардии поручик Рябцев оказался немецким шпионом, но был разоблачён и на встречу с резидентом отправился не один, а в сопровождение агентов Контрразведочного отделения Генерального штаба. Казалось бы до мелочей продуманная операция не учитывала только одного — нахождения на одной из близких дач студента-математика Алексея Парисовича Романова.

Ещё один жанровый эксперимент Бориса Акунина, как и все предыдущие и последующие, открывающий часть авторской картины мира. Итак, что мы видим? Российская контрразведка делает первые шаги, возглавляет её генерал из жандармов, руководит операцией кавалерист-неудачник со сломанной ногой штабс-ротмистр Козловский, который прямо стыдится своего нынешнего занятия. Некомпетентность цветёт пышным цветом, контрразведчики не в состоянии ни задержания произвести, ни тщательный обыск устроить, ни даже организовать нормального оцепления. На их фоне немецкий агент Йозеф фон Теофельс выглядит настоящим сверхчеловеком (вот он и есть истинное авторское alter ego, а никакой не Фандорин), сыпя направо и налево русскими поговорками и частушками спокойно расправляется с контрразведчиками и с помощью плохо говорящего по-русски слуги (Никого не напоминает?) вчистую переигрывает этих русских, которые должны знать своё место в мире грядущего германского господства. Всё это подано столь стремительно и нахраписто, что и не успеваешь задуматься о том, насколько оно может быть близко к истине.

Теперь попробуем разобраться что не так с «Младенцем и чортом» (такое написание винтажнее). Во-первых, контрразведывательная деятельность в Российской империи велась всегда. Просто занимались ею сразу несколько ведомств — Пограничная стража, Охранное отделение, Жандармский корпус, Генеральный штаб. В начале XX века, точнее в 1903 году, по инициативе военного министра Куропаткина контрразведка была выделена в отдельную структуру, о которой, собственно, и пишет Борис Акунин. Возглавлял её на момент описанных в книге событий Николай Августович Монкевиц — личность весьма примечательная, о судьбе которого можно написать книгу и даже не одну. Жандармом Монкевиц никогда не был. Во-вторых, к 1914 году контрразведка успела разоблачить сотни иностранных шпионов, в том числе и в высоких чинах.

Для развлечения читать можно, но только если понимать насколько авторская картина мира далека от реальности. Хотя, как я думаю, сам Борис Акунин эту разницу тоже знает, ведь есть у него сочинение с говорящим названием «Сказки для идиотов».

P.S. Отдельно хочу сказать о паре женских образов из книги. Мать и дочь Чегодаевы — меркантильные мерзавки, не стоящие доброго слова. Так что в повести Борис Акунин умудрился оклеветать не только российскую контрразведку, но и русских женщин. А они у нас самые отзывчивые, искренние и благородные! Чему подтверждением служит не только наша классическая литература, но и сама жизнь.

В результате энергетического кризиса и последовавшей за ней техногенной экологической катастрофы Соединённые Штаты Америки вымерли. Американцы в основном вернулись в страны своих предков в Европе, Африке и Азии. Очень малая часть осталась кочевать по пустыне, в которую превратилась большая часть территории некогда великой станы. Из Европы на корабле «Аполлон» к берегам некогда Нового света отправляется экспедиция. На борт тайком пробрался честолюбивый молодой человек по имени Уэйн, грезящий о возрождении американского величия...

Если, прочитав аннотацию, вы настроились на описания приключений в духе игры Fallout, то это вы зря. Разочарование будет бездонным. Действие романа развивается медленно, отстранённо и даже сонливо. Ведь по сути это реквием по Америке. И не той настоящей ,в которой живут люди, а той глянцевой, яркой и немного безумной, образ которой транслируется на весь свет с помощью СМИ и Голливуда. Президенты, актёры, спортсмены, маньяки, гангстеры и гении, миллиардеры и пророки, всемирно известные бренды и город порока Лас-Вегас как Сердце Тьмы американского континента.

В произведениях Джеймса Балларда зачастую присутствуют безумцы или экологические катастрофы. В романе «Привет, Америка!» писатель стреляет дуплетом. Так что. если эти темы вам не близки, то лучше пройти мимо. Но, несмотря на всё вышеперечисленное, общий заряд у книги позитивный. В мире постоянны только перемены, вперёд — за счастьем, оно есть!

Книгой апреля в ККФ был сборник Джеймса Балларда «Голоса времени». Осилив его, я решил продолжить знакомство с творчеством автора и в пару к сборнику ранних рассказов поставить один из поздних романов. Благодаря обитателям профильной темы автора на форуме выбор был остановлен на романе «Суперканны».

Доктор Джейн Синклер прибывает в бизнес-парк Эдем-Олимпия, чтобы занять должность педиатра в местной клинике. До Джейн на этой должности работал её хороший знакомый по Лондону доктор Дэвид Гринвуд. Карьера и жизнь Гринвуда закончились 28 мая, когда он расстрелял из винтовки несколько руководителей Эдем-Олимпии и был уничтожен силами службы безопасности бизнес-парка. Вместе с Джейн на Лазурный берег приехал её муж Пол. Супругов поселили в бывший дом Гринвуда. Имея массу свободного времени Пол Синклер решил разобраться в запутанном деле о массовых убийствах, уж слишком много в нём нестыковок.

Кому-то роман «Суперканны» покажется непритязательным, слегка параноидальным, детективным триллером, но он далеко не так прост. Это роман-диагноз, роман-приговор западной корпоративной культуре, разрушающей жизнь и психику как людей случайных, так и своих рабов, глубоко встроенных в систему. Написанный более четверти века назад, роман показывает, что остров Эпштейна и творившиеся там преступления — это не случайность, не плод извращённой фантазии одного человека, чья смерть закрывает все вопросы, а предопределённость и далеко не последний подобный случай. Псевдоэлиты стремятся встать над законами, как нравственными, так прописанными в кодексах. Ведь, когда нечего желать из доступного, желания становятся преступными со стопроцентной вероятностью. Впрчем, автор даёт надежду. Пока есть такие люди как Гринвуд, Синклер, Гальдер — добровольцы, готовые отрезать прогнившие ветви, уничтожать зараженные плоды и паразитов, для «европейского сада» не всё потеряно. Главное не упустить время.

Любопытный рассказ, хорош как повод поговорить о природе власти и о безумцах-мономанах. Власть всегда старалась как-то себя сакрализировать. Поначалу всё было просто — сверху находятся то ли избранники богов, то ли их потомки, то ли просто живые боги, чего уж там скромничать. С какого-то момента схема работать перестала, и власти стали говорить о воле народа, демократии и свободном выборе. А у приматов идти против стаи не принято, это чревато, могут, если не убить, то прогнать, а это зачастую то же самое, только медленнее. Вся реальная борьба происходит за сценой, но народ спокоен, ведь это же он сам избирает своих лучших представителей. В рассказе же вся власть от вышек, и неудивительно, что после их исчезновения происходит некоторое замешательство в структурах управления городом.

Теперь по второму пункту. Так уж случилось, что в человеческой популяции встречаются ментально нездоровые представители, в том числе и с паранойей. И пусть даже для неё когда-то существовали основания, но время многое меняет, однако безумие так просто не проходит. У нас в стране тоже был прекрасный пример подобного поведения, когда женщина до самой смерти боролась с «коммуняками», хоть на тот момент КПРФ давно стала одной из карт властного избирательного пасьянса.

Некто Форбис раз за разом пытается подняться на крышу различных стоэтажных зданий в городе. Но сила необъяснимой природы заставляет его остановиться в последний момент. Так он привлёк внимание психолога Ванситарта, доктор пытается помочь Форбису.

Отличный короткий, но по-настоящему страшный рассказ. Ибо, что может быть ужаснее, чем потерять контроль над собственным телом и даже над мыслями, перестать понимать свои же поступки? Сюжет по-детективному чувствителен к спойлерам. Поэтому всем советую проесть рассказ, даже если автор не слишком нравится, он умеет быть разным.

Интересное всё же место эти Алые Пески... Сводить всю историю к классовым различиям героев — это значит превратить её в банальность. Ланора Гален не обращала внимания на бедного скульптора Мильтона не из-за скромного размера банковского счёта последнего. Она просто не нуждалась ни в Мильтоне, ни в Ротшильде. Ланора зациклилась на себе и скульптура была нужна ей как отражение самой себя, ведь та пела якобы исключительно для неё одной. Когда же обман вскрылся, в скульптуре тоже отпала надобность.

Ещё одна настроенческая вещь. И настроение тут примерно такое же, как и в рассказах «Конец» и «Голоса времени». Тоска, смерть, безумие, запустение. Ну и полное отсутствие логики, не без этого. Да, определённую красоту у этой элегии не отнять. Но, когда автор рассказывает, что для освоения Марса с Земли столько всего увезли, что она вот-вот сойдёт с орбиты, то я даже не знаю, как это комментировать. Каждый год на Землю выпадают десятки тысяч тонн метеоритного вещества. А чтобы изменить радиус орбиты планеты, надо не массу этой самой планеты корректировать, а орбитальную скорость. Хорошо, допустим, решили возить песок с Марса и сбрасывать его на берег океана, чтобы со временем его смыло. Но почему тогда не сбрасывать его сразу в океан? Опять же, если марсианский грунт заражён вирусами, хотя вирусы сколь-нибудь долгое время могут сохранять патогенность только в живых клетках, то почему его не дезинфицировали? Я уж не говорю о том, что возможность марсианских вирусов заражать земные организмы весьма сомнительна, всё же не во времена Уэллса живём. Как и почему мёртвые космонавты оказались на орбите, да ещё и в таком количестве, я не понял. Почему их небольшие капсулы видно невооружённым взглядом с поверхности планеты — то же самое.

Пусть простят меня поклонники Джеймса Балларда, я не ворчу и не придираюсь. Но в рассказе всё должно быть прекрасно, и когда логика нарушена в одном месте в угоду идее, это можно простить, но когда он весь против шерсти, это здорово раздражает и мешает увлечься.

Прочитано в рамках отдыха от творчества Джеймса Балларда.

Первые три книги цикла представляют собой по сути один роман, разбитый на три части волюнтаристским образом. Другое дело, что внутри этого романа читатель получает множество повестей в разных жанрах, каждая из которых связана с личностью того или иного клона Боба. Сразу скажу, с этими повестями всё плохо, они глубоко вторичны и литературно слабы (сюжет, персонажи, диалоги, язык максимально упрощены). Но, удивительное дело, слитые воедино эти слабые повести становятся пусть не шедевром фантастической прозы, но довольно крепким развлекательным романом, пропитанным духом технооптимизма. Его тоже есть за что ругать, глобальный сюжет примитивен, но ещё есть надежда, что автор вырастет в литературном плане и сумеет всех удивить.

Очень далёкое будущее. Человечество заселило не только Млечный Путь но и освоило путешествия в соседние галактики. Судье Клиффорду Горрелу по статусу экстравагантные круизы не положены. Отпуск надо проводить чинно и консервативно, иначе коллеги не поймут. Вот только миссис Горрел, насмотревшись на экстравагантных подруг, мириться с таким положением дел не готова. В голове у Марго созрел хитрый план...

Сатира на общество потребления. Там, где услуги обещают сверхприбыль, а эксклюзивный туризм как раз из таких, капитал по классике не останавливается не перед чем. Никакая этика не работает, а клиент превращается в жертву охоты, один большой кошелёк, в идеале сеющий звонкие моменты до конца жизни хозяина. Хотя, кто тут хозяин, ещё можно поспорить.

Идея рассказа, как следует из примечания, возникла у писателя задолго до публикации. Видно, что здесь он ещё нащупывал свой стиль, отсюда явная выбиваемость из общего ряда рассказов сборника, при чтении скорее вспоминается Шекли.

«Я тебе, конечно, верю

Разве могут быть сомненья?

Я и сам всё это видел –

Это наш с тобой секрет

Наш с тобою секрет!»

Замечательный рассказ с двумя сюжетными переворотами. Рассказать больше — испортить удовольствие от чтения. Поэтому ограничусь эпиграфом. Хотя ситуация, в которой испытуемый является одновременно экспериментатором и наоборот, довольно необычна. Ну и должен заметить, что любые эксперименты и опыты над людьми должны производиться с их информированного и осознанного согласия.

Возвращение в Алые Пески. Адвокат Талбот с супругой решили приобрести престижный психотропный дом с историей по адресу улица Стеллависта №99 в Алых Песках. История у дома ,впрочем неоднозначная — в нём актриса Глория Тремейн пристрелила мужа-архитектора. Впрочем, присяжные актрису оправдали, часть заслуги в этом принадлежала самому Талботу, он входил в команду защитников на процессе. Актриса скончалась за 5 лет до описываемых событий, недвижимость простаивала.

Смысл психотропных домов в рассказе состоит в том, что они воспринимают эмоции и характер жильцов ,со временем формируя личностный отпечаток. так то каждый дом сугубо индивидуален. А уж дом, в котором проживали неординарные личности, да ещё и произошло убийство, обычным точно не назовёшь. Из-за такого вот исторического багажа дом даже продавался заметно ниже рынка. Тут у меня сразу возник вопрос — разве нельзя было сбросить настройки дома до заводских? Судя по дальнейшим событиям, можно, но сделано это не было. Очевидно, что в последовавшей семейной драме виноват никак не дом. Если уж мужу интереснее давно мёртвая актриса живой и тёплой жены рядом, то что-то с этим браком явно не так.

Завбавная история, закончившаяся в целом удачно. Особой глубины в ней я не обнаружил.

Тут тоже чистая притча. И понятно, что она не про пакистанцев в Бирмингеие и не про ужасы прокрастинации. Я вижу так — «Сад времени» про всех творческих людей. Каждый цветок — это произведение — поэма, книга, пьеса, симфония. Творцы давно умерли, но до тех пор, пока их творения используются потомками, они живы. Каждая книга отделяет писателя от забвения (а эта та самая безжалостная и неостановимая Орда). И даже, когда писатель кажется надёжно забытым, кто-нибудь откроет его книгу, прочтёт несколько строк, и вот уже он оживает, как в минуты прижизненной славы.

Далёкое будущее. По крайней мере построили Трансатлантический туннель от Касабланки до Атлантик-сити, но людей всё равно пичкают барбитуратами. В рамках борьбы за права человека запретили психиатрию, ибо нельзя мешать людям сходить с ума — это негуманно. Психиатры и клинические психологи оказались резко за бортом жизни. Главный герой доктор Грегори как раз из таких. Три года в тюрьме за профессиональную деятельность он уже успел отсидеть, теперь думает как же жить дальше. Как назло психов вокруг развелось так много, что доктору волей-неволей приходится с ними постоянно пересекаться.

Не рискну угадывать, что имел в виду Баллард 64 года назад. Но сейчас на ум приходит борьба за права «небинарных» персон и прочее подобное, вплоть до «атакующих боевых вертолётов». Одно можно сказать с уверенностью — за прошедшие годы безумцев меньше не стало, несмотря на все успехи медицины. Далеко ходить не надо. Предыдущий лидер самой могущественной страны мира был явно слабоумным, психическое состояяние нынешнего тоже внушает обоснованные опасения.

Доктор Джемисон, изобретатель машины времени, отправляется в прошлое, чтобы не дать свершиться личной трагедии. Многолетняя подготовка и тщательно продуманный план не оставляют шанса для неудачи.

Рассказ про временной парадокс, про обречённость попыток изменить прошлое, довольно стандартный и со стандартным же исходом. Но при чтении неудержимо поддаёшься его трагическому очарованию. С художественной частью отлично, за доктора и его борьбу за будущее переживаешь. Проблемы начинаются спустя какое-то время после прочтения рассказа. Во-первых, неужели нельзя было узнать все, даже мельчайшие, подробности события за столько-то лет, ведь не рядовое преступление? Наверняка рыли носом землю не только полицейские, но и многочисленные газетчики, журналисты и прочие расследователи. Во-вторых, ему же не требовалось предотвращать покушение на короля, спасти нужно было совсем другого человека. А для этого достаточно просто не дать ему добраться до места покушения. Способов это сделать бессчётное количество.

Иногда фантасты показывают чудеса прозорливости, на десятилетия вперёд предугадывая развитие техники или же общества. С данным рассказом случай обратный. Двадцати миллиардов людей на Земле жить никогда не будет, об этом уже можно говорить уверенно. Несмотря на то, что сокращение населения — это следствие целенаправленной политики (сначала идеалы общества потребления с доступным кредитованием, теперь вот радикальный феминизм, сознательный отказ от деторождения и 47 гендеров), даже если политику изменят, общество инертно, в лучшем случае достигнутый при этом СКР позволит замещать население. Спасает рассказ общий оптимизм и юмор, когда друзьям пришлось решать мебельный вопрос, покупая самую дешёвую мебель — викторианскую, не улыбнуться был о нельзя. Ну и последующий «Теремок» тоже порадовал.