Бертрам Чандлер «The Outsiders»

С использованием заметки для Medium (https://loadeddice.medium.com/outsider-context-problem-e1451ea43c5d).

Ориентироваться в исполинском цикле Бертрама Чандлера о Приграничье Галактики примерно так же неудобно, как в многосезонных аниме или киносериалах, и хотя в 1959 г. подобные виды искусства еще не получили масштабного развития, сравнения вполне правомерны: Чандлер не хуже анимешников или стартреккеров жонглирует параллельными вселенными, подстригает и прививает расходящиеся ветки реальности, а ближе к 1970-м, когда взметнулась Новая Волна, забавляется даже с непривычными пальповой эпохе постмодернистскими инструментами.

Космос здесь тот еще Океан, что естественно для опытного морехода Чандлера, который впервые пересек Атлантику на пароходе в 1928-м, а к Джону Вуду Кэмпбеллу-младшему в нью-йоркскую редакцию “Astounding” обычно заносил рукописи именно при отлучках с корабля. Обитаемые планеты частенько оборудованы единственным космодромом, и к их названиям прилагается приставка “Порт”, а стилистически Приграничье выступает уверенным кандидатом в общие предки «Ковбоя Бибопа» и «Светлячка» в том варианте реальности, где авторство сценариев этих последних взяли бы на себя поклонники морских и канадско-аляскинских рассказов Джека Лондона.

Капитан Дерек Калвер, его супруга Джейн, по совместительству офицер-снабженец корабля “Пламя Приграничья”, и прочие члены разношерстного экипажа не пожалели облицовки дюз своего прежнего судна, “Одинокой лорнянки”, чтобы спасти огромный круизный лайнер “Фермопилы” от падения на планету Иблис, вполне оправдывающую климатом и прочими спецификациями это имечко. Теперь им причитается три четверти миллиона от благодарных судовладельцев “Фермопил”, и, разделив эту сумму по справедливости, вполне можно позволить себе вернуться домой с галактического рубежа — или подтвердить лишний раз достигнутое ранее понимание, что домой возврата нет, и употребить бонус на покупку и ремонт несколько устаревшего трампового судна в коллективную собственность команды. На Восточном Кольце Приграничья у них уже сложилась неплохая репутация, и местные жители склонны доверять частным перевозчикам больше, нежели судам Межзвездной Транспортной Комиссии и земных корпораций.

Правда, Приграничье — не последний фронтир, как надеялись те, кого гнала сюда судьба, за ним своеобычно обнаружился еще один: пропасть мрака между галактиками. И судачат порой в тавернах подвыпившие старые мореходы, простите, космопроходцы, что оттуда нет-нет да заявятся незваные гости. Калверу с командой суждено будет убедиться, что не все в этих байках вдохновлено одним лишь виски. Высший балл рассказу, кстати, побуждают выставить именно события вокруг инопланетного артефакта — с редким для Золотого века пальпа психологизмом (до «Рожденного править» Резника, обогащавшего в свободное от заработка на кенийскую ферму время неопальповые сеттинги амальгамами изысканных постколониальных притч, оставалось еще двадцать с лишним лет) прописаны впечатления команды Калвера: капитан наверняка сделал бы после такого рейса крупную скидку ганновским паломникам к Машине Трансценденции.

Даже современные англосферные критики, обожающие чихвостить пальповую классику, вынужденно признают (поворчав, конечно, на сексизм и чрезмерно привлекательные фигуры женщин экипажа), что Чандлер “на удивление дотошен в проработке характеров”, и его цикл меланхоличностью напоминает некоторые работы Пола Андерсона из мира Психотехнической Лиги.

А мы им подскажем, что столь проницательный вывод можно было бы сформулировать и быстрее, прочитав озорной роман «Темные измерения», где с командором Граймсом, вынужденным не то уже после, не то еще до четы Калверов разруливать проблему аналогичного

Жаль, конечно, что по пути он не застопил корабль Культуры.