Фридрих Дюрренматт «Подозрение»

Стареющий комиссар швейцарской полиции Берлах проходит длительное лечение в клинике знакомого хирурга. К сожалению, у врача нет хороших новостей для пожилого мужчины: жить тому осталось недолго. Утомлённый трудным восстановлением и необходимостью смириться с неизбежным, Берлах гоняет в голове невесёлые мысли и как-то пытается отвлечься.

Однажды, листая журнал, он натыкается на жуткий снимок, сделанный некогда в лагере уничтожения, где нацистский преступник, некий доктор, готовится проделать над узником бесчеловечный эксперимент — прооперировать живого человека без наркоза. Реакция друга на снимок вызывает немалый интерес Берлаха: кажется, врач узнал запечатлённого на фотографии человека в марлевой маске.

Вскоре интерес сменяется подозрением, когда Берлахом овладевает мысль, что известный бернский врач и хирург на снимке могут быть одним человеком. Чтобы проверить страшную догадку, комиссар переводится в клинику к знаменитому доктору…

Завязка романа Фридриха Дюрренматта может обмануть читателя, навести на мысль, что перед ним — классический детектив о разоблачении скрывающегося «под фонарем» нацистского преступника в декорациях послевоенной Европы. Это не вполне так.

Любители сложных ментальных игр, происходящих в голове традиционного детективного героя, вероятнее всего будут разочарованы. Никаких таинственных посланий, сличения показаний и восстановления фактов по крупицам и случайным событиям в романе не будет. Подозрение Берлаха укрепляется с каждым полученным сторонним свидетельством. А поскольку подозреваемый всего один, то единственной возможной для детектива игрой с читателем остаётся ответ на вопрос: на чем проколется злодей?

Увы, эта игра также не интересна автору. Но не спешите делать выводы, потому что история куда сложнее и интереснее, чем может показаться. Убеждённый в своей правоте комиссар не просто хочет отыскать преступника. Он желает раскрыть природу зла и разбить ставший его прибежищем живой сосуд. Повествование, начинающееся как детектив, быстро приобретает узнаваемые черты не только психологического триллера, но и притчи о борьбе с махровым злом.

В тексте прямо сказано, что Берлах бросает вызов не человеку, а выступает на борьбу с Князем Тьмы. Роман распадается на череду подготовок к схватке мировоззрений, достигаемой в кульминации; на поединок гуманизма и возведённой в абсолют бесчеловечности. В тяжёлых раундах своей экзистенциальной борьбы комиссар натыкается на искалеченные судьбы и сломленные души, становится свидетелем страшных трансформаций убеждений и даже отказа от человеческого облика.

Вся вторая половина романа, когда Берлах ложится в клинику подозреваемого, представляет едва ли не ускользающий от понимания кошмарный сон. Реальность движется, персонажи раскрываются с неожиданной стороны, а события, хотя и следуют твёрдой рациональной логике, обставлены такими иллюзорно-бредовыми деталями, что в какой-то момент можно усомниться в том, что комиссар всё ещё жив.

Дюрренматт создал очень страшный детектив, в котором даже разоблачение и поимка преступника не выглядит абсолютной победой над злом, потому что для его уничтожения потребуются усилия большие, нежели напряжённая работа интеллекта усталого служителя закона.

Благодаря комментарию smith.each прочитала эту повесть и не пожалела! Спасибо огромное за этот подробный комментарий.

Это действительно не похоже на классический детектив с поиском улик, вычислением преступника из множества вариантов проч. Но от этого повесть не пострадала. У нас изначально есть единственный подозреваемый, поэтому повесть так и называется «подозрение» — у нас возникает сомнительный повод к этому подозрению и теперь мы должны понять обосновано оно или беспочвенно. Возможно ли, что преступником является тот, кого уважают и любят, тот у кого идеальная биография и есть алиби, имеем ли мы право ставить под сомнение факты и свидетельства. Оказывается, что право такое не только есть, но это даже обязанность хорошего следователя. И это только первая часть повести.

Вторая — действительно психологический триллер, безысходность и ожидание конца. Но при этом автор поднимает вопросы о том, почему люди делают тот или иной выбор. Что делает с человеком и его взглядами на мир бесчеловечность других людей, как обесценивается человеческая жизнь, как легко искалечить разум и душу, как можно купить человека одной лишь надеждой. Как говорит один из персонажей «я мёртв, меня расстреляли фашисты» — это о том, что там, в концлагере, умер он прежний, тот кем он был раньше. Даже ассистентка Эменбергера на самом деле вызывает жалость — она тоже «умерла» в концлагере, та женщина, что помогает Эменбергеру не имеет больше души. В первой части повести словами одного из персонажей автор делит людей на мучителей и мучеников, а во второй части мы понимаем, что иногда и мучители и мученики — это одни и те же люди.

Это тяжелое в эмоциональном плане произведение, но читать его очень интересно и захватывающе. Пара моментов (про Гуливера и карлика) по правде говоря немного напомнила мне Эдгара По (его «Убийство на улице Морг» — между прочим первый классический детектив в истории литературы).