(данный текст является гипотезой, потому не надо воспринимать его как истину в последней инстанции)
Есть глобальная проблема текучки кадров.
В литературе она тоже имеется. И решают её различными путями.
Скажем, текучку можно запустить на полную — издавать в год по шестьсот романов, мало что вкладывая в раскрутку каждого из них, ограниченными тиражами, и точно зная, что 95% авторов второй раз никогда не пройдут через сито этой же редакции. Кто издаст глупый трэш по второму разу?
И наоборот, можно создать пул, круг, междусобойчик из четырех десятков персон, которые будут давать устойчивый поток небольших или больших текстов. Что важно — они не будут так откровенно лажать с качеством. Потому можно спокойно комплектовать портфели, избавив себя от текучки (отключив прием текстов по электронной почте :) ).
Легко заметить, что это крайности с одинаковой проблемой — они плохо генерируют новизну.
Один из шестисот безвестных романистов — даже если и родит что-то оригинальное, то его с высокой вероятностью не заметят, а работа с текстом не проведена, и сырой-пережаренный блин покажется читателю неаппетитным. Если же новизна все-таки прорывается — она приходит в максимально стихийной, дикой форме. Например, вспышка моды на попаданчество.
Каждый из «сорока бессмертных» (ага, как во французской академии), конечно, ищет новых идей, и что-то находит, а иногда получается настоящий прорыв. Но все понимают, что если болотце застоялось, то лягушки начинают квакать в унисон.
Из этого противоречия, казалось бы, есть выход: редактор должен перелопатить сотню лишних текстов, вчитаться, оценить, прикинуть, где надо поправить и согласовать — и напечатать нового человека. Пусть это будет один текст автора, студента, приехавшего с периферии («Конёк-горбунок»), но жемчужина должна оказаться в короне.
«За что?» — вопрошает меня сейчас тень среднестатистического редактора. В смысле — и за редактуру не платят, и так работы хватает, а тут еще ругаться с авторами, которые воображают себя невесть кем. На доработку текста в редакции просто нет времени и сил, текст по умолчанию должен быть годным. Максимум — это поверхностная корректура, и вперед, в печать. Или в корзину. Только побыстрей. Но если мы посмотрим на тексты, для которых качество «деталек» архиважно — это переводы многоуровневых по смыслу произведений — то читательская масса едва ли не драться начинает с редакторами. Возникают не издаваемые, но читаемые в сети переводы книг о Гарри Поттере, а, скажем, перевод «Радуги тяготения» Пинчона клепали не один год.
Так и рождается бессмертная фигура из трех пальцев.
Из этого противоречия надо как-то выходить.
Можно сделать «двухэтажную» литературу — маститые авторы перебирают кучу сыро-пережаренных блинов просто в поисках идей. И уже сами доводят их до хорошего литературного уровня.
Редактора могут держать нос по ветру — и задавать темы сборников-романов — широковещательно объявляя «политику партии». Да, что-то родится.
Авторы могу объединяться в тройки-двойки-пятерки («хоровое» авторство последние годы себя показало), коллективно вправляя друг другу мозги.
Два самых фантастических выхода: либо появится, наконец-то, «креативный доводчик», который автоматизирует часть функций редакторов (как «Ворд» частично автоматизировал вычитку), либо издатели все-таки поймут, что на согласование и доводку текстов надо тратить какой-то процент прибыли.