Как так получилось, что мир изменила книга, которую мало кто читал?
«Das Kapital» — легендарное творение Карла Маркса, классика экономической мысли, синтез экономики и философии, одна из самых любопытных попыток синтеза картины мира XIX века…
Эту книгу скупают целыми тиражами – затем, чтобы она красиво стояла на полке. Она является настольной книгой нескольких групп политический партий – при этом большая часть очень приблизительно знает её содержание. Лично я знаю только одного человека, который всерьёз читал «Das Kapital», ещё в советские годы – увы, его изыскания по этому поводу в те времена посоветовали попридержать при себе…
Естественно, экономический трактат, пусть даже и столь мифологизированный, стоит внимания, в любом случае. Экономисты всех без исключения направлений так или иначе отдают оммаж Карлу Марксу, любой обзор истории экономической мысли, начиная с чудака Йозефа Шумпетера и кончая либертианцем-маржиналистом Лаонелом Робинсоном не обходился без его имени. Вот и я, сирый, решил, что готов приобщится к сему трактату, тем паче, что неволей приходится заниматься и марксистской историософией, и её причудливыми мутациями в самых различных мозгах. Грубо говоря, нужно понять, что у Маркса есть, чего – нет.
Но сначала – немного истории.
Разгадка создания полемических критических работ Карла Маркса проста – ему жутко не нравился окружающий мир. И он всю жизнь пытался понять, что его именно не устраивает, и что с этим делать. Выпускник Берлинского университета, ученик Бруно Бауэра, он изначально пытался отыскать ответ в хитросплетениях классической немецкой философии, откуда вышел сам, и чью печать нёс всю жизнь. Однако вскоре стало ясно, что гегельянский «идеализм» не сможет дать ответ на вопрос, почему общество настолько несправедливо устроено? Свои ответы молодой философ начал искать в сфере, к которой его соратники обращались нечасто – к экономике. Один из первых трудов Маркса на эту тему – «Экономико-философские рукописи 1844 года», представляет собой ряд сумбурных набросков на тему корявости общественного устройства современного мира, в базисе которого заложены вполне конкретные экономические язвы – эксплуатация рабочего класса, их оторванность от средств производства, несправедливое распределение продуктов экономической деятельности… Свои представления Маркс и его друг Фридрих Энгельс изливали и на страницах периодики – они основали в Кёльне революционную газету «Neue Rheinische Zeitung», где излагали свои острополитические памфлеты. Апофеозом стала знаменитая программа, получившая название «Das Manifest der Kommunistischen Partei», ставшая одним из важнейших памфлетов революций 1849 г.
После неудачных революций Маркс перебирается в Лондон, где продолжал заниматься революционной деятельностью, но уже с меньшей интенсивностью. В течении следующих 15 лет он работает над своей материалистической теорией капитализма, пытаясь выявить механизм его работы и вероятную эволюцию этой конструкции. В 1867 г. он наконец-то завершает первый этап работы, и выпускает первый том сочинения, который красноречиво называет «Das Kapital».
Первый том целиком посвящён механике производства капитала, и в данном случае Маркс опирается на классиков экономической мысли, в основном на Адама Смита, а также Давида Рикардо. Одна из главных заслуг философа в его синтезном подходе к экономической мысли: то, что у Смита и Рикардо изложено в сумбурном потоке мысли, Маркс объединяет в единую систему производства. Конечно, в первом томе тоже хватает лирический отступлений и несуразностей, но главная линия вполне жёстко и чётко обозначена: трудовая теория ценности, а в своём социальном измерении – противоречие между классом капиталистов (хозяев средств производства) и рабочих (непосредственных производителей). Смысл теории известен: философ, вслед за Смитом и Рикардо, определял ценность продукта как квинтэссенцию труда рабочего, точнее – рабочей силы. Рабочая сила, нанимая капиталистом за заработную плату («переменный капитал»), имеет свою ценность (правда, кем измеренную?), и от её оплаты зависит норма прибыли. Отсюда исходит марксовская теория заработной платы: работодатели-капиталисты (монолитное образование, в данном случае), молчаливо солидаризируясь друг с другом, сами определяют уровень заработной платы в сторону понижения, к минимальному прожиточному минимуму (Рикардо, и нелюбимый нашим героем Мальтус), поскольку работодатель заинтересован в лишь в воспроизводстве рабочей силы. Рабочий вырабатывает свой минимум, излишек же его труда (фактически, «недооплаченное рабочее время») является прибавочной стоимостью, то бишь – чистой прибылью. Отсюда же исходит и самый любопытный итог исследования Маркса: «Всеобщий закон капиталистического накопления». Смысл его заключается в том, что предложение рабочей силы будет расти, следовательно, будет падать его абсолютная ценность, что приведёт к катастрофическому обнищанию населения. Уменьшается потребительская способность населения, что ведёт к перепроизводству товаров, и кризису производства. Со временем, череда подобных кризисов приведёт к невозможности дальнейшего производства прибавочной стоимости, и сделает капиталистическое производство нерентабельным.
Но о первом томе сего трактата поговорим, пожалуй, в другой раз, когда у меня хватит духу более подробно заговорить о противоречиях концепции Маркса. Сейчас речь пойдёт о втором томе «Das Kapital», Всё вышеназванное – только самая общая канва его содержания, и я её привёл здесь для понимания контекста общей теории капитализма, в рамках которой работал Маркс, поскольку говорить о содержании второго тома просто так – бессмысленно. В первом томе говорится об основе производства капитала, во втором – его оборот, механизм воспроизводства капитала, движущих силах его обращения и возобновления потока. Читать второй том одновременно и проще, и сложнее. Почему проще? Мы привыкаем к специфическому стилю Маркса, и к его логике, тем более, что второй том значительно более последовательно следует избранной тематической направленности. Почему сложнее? Углубление материала ведётся за счёт глубокой проработки логических конструкций за счёт сложных математических уравнений, иногда следить за потоком мысли Маркса достаточно сложно, необходимо самому прокрутить в голове изложенное.
Итак, второй том «Das Kapital» — не просто дополнение к первому, но и вполне самостоятельные изыскания, которые имеют самостоятельное же значение.
Вспомним классическую схему Адама Смита, которую воспроизвёл Маркс в первом томе:
Т-Д-Т
Или Д-Т-Д’ ;
классическая схема капиталистического накопления: Т-Д-Д’ ,
производство: С+V= капитал, здесь С – средства производства (основной капитал), V – рабочая сила (переменный капитал);
прибавочная ценность – М’=М/U*V / K*A’/A*N ; здесь M’ – прибавочная ценность общая, M – ПЦ отдельного рабочего, U – цена рабочей силы за день, V – общая сумма переменного капитала, К – стоимость рабочей силы, N – число рабочих. С этим всё ясно, хотя и слегка мудрёно, но разобраться вполне можно.
Однако капитал должен не просто однократно получить прибыль, его задача – вновь пустить средства в оборот, чтобы набрать ещё больше. Однако у этой прибыли должен быть источник, как мы помним, он содержится в рабочей силе, в разнице между ценностью труда и переменным капиталом. Секрет воспроизводства заключается в механизме оборота капитала, для того, чтобы его понять, необходимо расширить старую добрую схему, вот так:
Д – Т (С+V)… П… (Т+Т’(М’)) – (Д+Д’(М’)) – и далее по кругу.
Что значит сия китайская грамота? Сволочь-капиталист на определённый стартовый денежный капитал приобрёл себе средства производства (основной капитал – «С») и рабочую силу (переменный капитал – «V»). Две этих составляющих встретились, и начался процесс производства (П), завершившийся, естественно, изготовлением товара (Т). Товар содержит в себе обычную ценность (представляющую собой сумму затрат «С» и «V»), плюс прибавочную ценность, мы помним, из чего возникающую. Суммы ценностей образуют потребительскую стоимость, которая, собственно и реализуется на рынке сбыта. Это приносит капиталисту определённый денежный капитал с прибылью (Д’), который вновь включается в новый цикл производства. прибавочная ценность в данном случае просто необходима, так как новый цикл оборота требует определённых издержек ещё на этапе реализации (транспортные расходы, хранение, бухгалтерия и т. д.). Поэтому процесс производства (время) может несколько опережать реализацию уже произведённого. Для того, чтобы машина оборота не застревала, из резервного фонда нашего героя авансируются средства в его поддержание, в основной (ремонт оборудования и материалы) и в переменный (наём рабочей силы). Этот авансируемый в ходе производства капитал Маркс именует «оборотным», поскольку он поддерживает процесс производства и идёт как бы параллельно основному его циклу. Так, в течении одного оборота основного капитала может совершиться, при необходимости, несколько оборотов оборотного (прошу прощения), что помогает производственному процессу не останавливаться и продолжать получение прибавочной ценности.
Именно такое толкование обращения капитала в индивидуально взятом случае считается классическим (Пол Самуэльсон не даст соврать), более последовательно изложенным, нежели до этого у Смита и Рикардо. Конечно, определённые вопросы у меня, Homo Oeconomicus Practicus, вызывают сомнение, например, сама концепция прибавочной стоимости, но этот разговор я отложу до следующего раза. Пока речь об обороте капитала.
Маркс не был бы Марксом, если бы не пошёл дальше в своих изысканиях, ведь его основная цель заключается в построении большой, общей социально-экономической модели капитала, и, следовательно, оборота. Поэтому он, не размениваясь на мелочи, начал создавать свою теорию воспроизводства и обращения всего общественного капитала. А вот здесь уже начинаются проблемы. Почему? А вот смотрите.
Для того, чтобы подобная постановка вопроса вообще была возможна, Маркс делает любопытное допущение. Дробные части капиталистического производства, а, следовательно, продукта, в совокупности представляют собой часть некого общественного продукта и общественного капитала. Общественный продукт, и весь капитал Маркс делит на две части: на производственный (то, что может опять войти в процесс производства) и потребительский. Следовательно, все капиталистические предприятия делятся на два гигантских сегмента – условные I и II, которые обмениваются продуктами и денежным капиталом, выписывающими в красивой схеме Маркса весьма замысловатые «восьмёрки». Но дело не в них. За исключением этого разделения класс капиталистов представляет из себя монолитную целостность, которая действует в идеальном балансе друг с другом Это-то и смущает…
Схема Маркса практически не подразумевает конкуренции между капиталистами, в его модели никакой конкуренции не предусмотрено, иначе она не работает. Конкуренция, как я уже подсмотрел, появляется только в III томе, но он вообще как-то отличается от I, и говорить об этом мы сейчас не будем. Но факт: в глобальной схеме оборота капитала конкуренция не имеет никакого значения. Возможно, дело в том, что сам Маркс никогда не принимал участие в этих процессах, и все его рассуждения имели исключительно теоретический характер… в чём он постоянно обвиняет своих же оппонентов.
Впрочем, говорить о противоречиях сего труда рановато, поскольку впереди ещё III и не совсем «официальный» IV тома, которые, возможно, как-то объясняют противоречия в схеме Маркса.
В итоге: не стоит боятся взяться за «Das Kapital». Здесь нет ничего сверхъестественно сложного, текст достаточно неплохо логически выверен, и пониманию смысла никак не препятствует. Главное – привыкнуть к специфическому стилю изложения, к языку, который Маркс заимствовал у своей философской колыбели – это зубодробительный стиль немецкой классической философии, к которому просто нужно привыкнуть. А так…
Сложность и всеохватность «Das Kapital», мягко говоря, преувеличена. Однако это один из фундаментальных философско-экономических трактатов, и одна из самых интересных попыток создания целостной модели капитализма, которая заслуживает самого большого внимания. Поэтому, если у вас есть возможность – настоятельно рекомендую ознакомится с этой вещью, хотя бы для того, чтобы развеять устойчивые мифы и понять, что здесь есть, а чего на самом деле нет.